Леонид Каганов – Команда Д (страница 47)

– Я тебя отдам Янжану – это хуже.

– А зачем я ему?

– Это не моё дело. Если Янжан просит разыскать кого-нибудь, то это всегда такая же мразь как ты – вор и убийца. И с такими Янжан не церемонится. Где вода? – раскосый резко обернулся.

У двери стоял детина с ковшом.

– Дай ему воды и будьте здесь оба чтобы не сбежал. Вопросы есть? – раскосый последний раз повернулся к Зефу.

– Есть. Как вы меня выследили?

– Ты сам вышел на прииск, мои люди утром нашли следы и дерево на котором ты спал. Ты тот беглый зек, о котором сказал Янжан. Он велел срочно вызвать его если зек появится, он за тобой приедет сам – сейчаа он как раз неподалёку. Так что молись если у тебя есть Бог.

– Это прииск?

Зеф понял почему речка была мутной – речки около золотых приисков всегда мутные, старатели перелопачивают их, вымывая золото. И как он сразу не догадался? И кто такой Янжан? Ах да, вот оно что… Это и есть тот человек от Роговца, которому приказано убрать свидетеля, как они убрали Лочихина… Дело труба.

– Ещё вопросы? – повторил раскосый.

– У меня затекли руки, ослабьте верёвку пожалуйста.

– Забудь, руки тебе больше не понадобятся.

– А зачем тогда ты ты мне дал воды? Желудок мне тоже не понадобится?

– Я не палач. – ответил раскосый, – Но вода не поможет тебе сбежать.

Зеф осёкся – раскосый словно читал его мысли. Раскосый вышел. Зеф просидел до вечера – стало уже темнеть. Охраняли его сначала оба детины, затем поочерёдно. Верёвка, привязывавшая руки к столбу, была свободной, но когда Зеф сел и поднял колени так, чтобы закрыться ими и начать перегрызать верёвку на руках, детина красноречиво поднял винтовку. По просьбе Зефа его вывели в туалет – на задний двор из сарая. Кроме естественного облегчения в плане информации Зефу это почти ничего не дало – вокруг стояли ряды изб-бараков и людей не было, лишь бегали две здоровенные собаки – они то выли, то лаяли. Зефу принесли поесть в котелке – это был какой-то острый суп, густой и вкусный. Но руки так и не развязали – приходилось есть нелепо изогнувшись, поднося ложку ко рту обеими связанными руками.

Там, где золото – там всегда мафия. Зеф вспомнил всё, что он слышал раньше о дальневосточной мафии, и положение всё больше казалось ему безвыходным. Он он всё равно не отчаивался. За это время Зеф успел продумать с десяток планов побега – но все они были почти нереальны. Он успел придумать о чём будет говорить с незнакомым Янжаном – можно его просвятить в политических играх, если он конечно сам не в курсе, и убедить, что за Зефа могут заплатить больше другие люди, например люди Руднева, которым нужна информация. А там видно будет… Зеф уже надеялся, что Янжан не приедет до вечера, а ночью может подвернуться возможность бежать – только бы удалось развязаться, с рукопашной техникой Зефа снять охрану не будет проблемой. Но вдруг вдали послышался шум мотора, и через некоторое время Зеф услышал что к сараю идут несколько человек. Сначала вошёл раскосый и ещё двое незнакомых Зефу людей, затем вошли два китайца в городской одежде и встали возле двери. И наконец вошёл низенький человек в ослепительно белом костюме. В первую секунду Зеф смотрел только на его белый пиджак – с тех пор, как он попал в тюрьму, он не видел хорошей одежды и почти забыл что она есть на свете. И тоска сжала его сердце. Если бы ещё полгода назад кто-нибудь сказал гордому экономическому директору корпорации, что в грязной робе, исцарапанный и изодранный, он он будет бежать по тайге с зоны, боясь каждого шороха, прячась от света и людей – Зеф бы ни за что не поверил. Он отвёл взгляд от пиджака, глянул в лицо вошедшему – и обомлел. Это был Янг Вай.

Янг Вай медленно перевёл взгляд на раскосого и еле заметно взмахнул рукой. Послышался шлепок, раскосый отлетел в угол сарая и налетел на бревенчатую стену.

– Кто говорил вязать? – произнёс Янг Вай в наступившей тишине.

Оба китайца у двери быстро кинулись к Зефу и разрезали верёвки на нём. Зеф встал, Янг Вай подошёл к нему и крепко обнял, не боясь запачкать белый пиджак.

– Они тебе делать плохо? – строго спросил Янг Вай.

– Да в общем нет. – ответил Зеф, поразмыслив. – Очень даже хорошо для убийцы и бандита – даже накормили, напоили, водили в туалет во двор.

– Янжан, ты велел поймать зека. – робко сказал раскосый из угла.

– Янжан велеть найти друга. Кто плохо слышать – отрезают ухо, кто плохо понимать – отрезают голова. – но тон Янга Вая был уже миролюбивый.

Зеф улыбнулся – эта была любимая поговорка Янга Вая, он её повторял почти на каждой тренировке. Вошёл бородач и передал одному из китайцев Янга Вая мешок Зефа. Раскосый вытащил из-за пазухи золотой кинжал и тоже подал его китайцу ручкой вперёд.

– Нет, это твой. – возразил Зеф. Затем достал из мешка серебрянный кинжал и протянул Янгу Ваю. – А это твой. Подарок, я сам помогал мастеру его делать.

Янг Вай поклонился, принимая подарок.

– А это, – Зеф кивнул на рюкзак, – это не пригодилось, я не успел.

– Пригодится. – сказал Янг Вай, – Дорога дальняя.

На прииске затопили баню. Чистый и одетый в штатский костюм, загриммированный, с документами на имя Евгения Петровича Колёсного, Зеф сел в длинный джип Янга Вая. Лёгкий японский джип нёсся по раздолбанной дороге со скоростью сто двадцать километров в час, но тряски почти не было. Зеф сидел на заднем сидении рядом с учителем и много часов подряд рассказывал ему о том, что с ним произошло за это время.

Затем была Чита, хорошая квартира, где Зеф жил неделю – отъедался, отдыхал. Янг Вай сказал, что он рад был бы видеть Зефа на Дальнем Востоке, но это сейчас опасно – по сведениям Янга Вая повсюду разосланы приметы сбежавшего, и ищут его не только местные силы, а чуть ли не КГБ. Янг Вай предлагал Зефу поселиться пока в Гонконге – у него там были связи – а там видно будет. Но Зеф настоял на том, чтобы попасть в Москву. Там оставался надёжный человек, который мог переправить Евгения Петровича Колёсного в Германию – Зеф позвонил ему из Читы и они договорились об этом полунамёками.

Потом был ещё один переезд, прощание с Янгом Ваем на границе и синяя «Тойота» с двумя неразговорчивыми китайцами, которые гнали машину трое суток. Потом было два дня в Пекине – порученный молодой китаянке, немного знающей русский язык, Зеф бродил по улицам. Затем был самолёт в Москву и аэропорт Шереметьево-2, где Зефу передали германскую визу на фамилию Колёсного и билет в Берлин.

Октябрь 1990 года.

Зеф сидел в зале ожидания и читал газету – до рейса оставалось пять часов. Можно было конечно за это время съездить в город, побродить по Москве, позвонить из автомата знакомым. Но Зеф знал, что этого делать нельзя – наверняка телефоны прослушиваются, а адреса возможно под наблюдением. Как всё-таки печально уезжать из страны – пусть даже ополчившейся на тебя, вылавливающей и выслеживающей. Хотя можно устроиться на Западе и через пару лет приехать в гости… Хотя нет, опасно. Лучше пригласить в гости родителей. Нет, всё это не то и не так. Всё это неправильно.

– Извините пожалуйста, вы не подскажете кто снимался в главной роли в фильме «Девять с половиной недель»? – раздался голос слева.

Зеф обернулся – перед ним сидел мужичок в сером, немного помятом пальто с благородным лицом и кудрявыми волосами. В руках у него был кроссворд.

– Не смотрел. – сказал Зеф.

– Это очень жаль. – ответил мужичок. – А то понимаете, я инженер-строитель, сам из Донецка, попал в затруднительное положение.

– А что случилось? – поинтересовался Зеф.

– Материально затруднительное положение. – уточнил мужичок и вопросительно взглянул на Зефа ясными голубыми глазами.

Зеф полез в карман, но на полпути остановился – ему пришла в голову мысль.

– А куда вы летите?

– Я в общем не лечу никуда, я просто здесь… ну скажем ожидаю.

– Отлично. А в Москве бываете? Или только в аэропорту?

– Я обычно в Москве. – кивнул мужичок.

Зеф решительно полез в карман и вынул пятьдесят долларов.

– Это вам. Но не просто так. Сейчас я напишу письмо, нет, два письма. И адрес. А вы их отнсете – только не отправите, а отнесёте лично, о-кей?

– О, конечно, конечно, с превеликим удовольствием. – закивал мужичок.

Зеф быстро вырвал из блокнота листок и начал писать. Он написал большое письмо родителям, а затем жене Лочихина. Больше писать было некому. Хорошо бы конечно написать в Ярославль той девчонке, да адреса её нет. Мужичок терпеливо ждал. Наконец Зеф вручил ему письма, адреса и пятидесятидолларовую бумажку.

– Счастливо! – кивнул он, – Выпей за моё здоровье и здоровье этих людей.

– Вот это уж непременно! – искренне пообещал мужичок и быстро ушёл.

Зеф посидел ещё немного, затем вышел подышать свежим октябрьским воздухом. На крыльце у аэропорта было немноголюдно. Сновали таксисты и ещё какие-то мелкие личности. Краем глаза Зеф увидел пальто мужичка – тот стоял рядом с золотозубым смуглым парнем и о чём-то говорил ему. Парень отрицательно качал головой, затем кивнул. Мужичок оглянулся и вытащил из кармана пятидесятидолларовую бумажку. Парень быстро положил бумажку в карман, хмыкнул и оглядел мужика с ног до головы. После чего вынул пятьдесят рублей и протянул ему.

– А теперь вали отсюда, Толик. – он пихнул мужика в грудь.

– Как же так, а остальное? – заволновался Толик.