Леонид Иоффе – Четыре сборника (страница 7)

Обычным и прочим — холод да вой. Холод да вой, да жар гулевой. Щёки чохом — ночка та. Д’а чечётка начата. Выворачивай носки от тоски и до доски: Ой, венец, венец, венец. Свету белому конец. Разбирайте ложки, отдирайте брошки. Оплетайте гордых баб, отлетай, который слаб! Ой, венец, венец, венец. Свету белому конец. А конец не света бела, а гуляния… А с рассвета всем за дело, за деяния…

1965

Забытые мотивы — неловко и смешно. На радость, как на диво,— откуда снизошло? На время – по привычке. На лица – без любви. Квартирные кавычки — затхлый вид. По истину? — За морсом без дыбы и ножа высокие запросы ублажать.

1965

Поэтов тешили исправно. И под гитарные лады философии и страны перекладывались в дым. Клубились думы чудные горою пустяков, и песни были чутонькой от мира от всего. Был край земли – поранишься — кометовой тесьмой, и люди – тем же краешком от этого всего. Беспамятство целебное. Умением парим обменивать на слепок с мира мир.

1965

Глядишь на мир, когда он мил,— добрейший мим наш внешний мир: сегодня – то, а завтра – сё, ни то, ни сё и то не всё. Так припадая к лику и чудесам его, мы постигаем мимику