Леонид Демиров – Ментор (страница 5)
Я нервно рассмеялся, оценивая размах. Ни за что не поверю, что эта невероятная конструкция появилась здесь естественным образом. Скорее всего, боги попросту перенесли сюда все эти планеты из других звездных систем. Да еще и каким-то образом поддерживают стабильность их орбит. Обычно общая масса спутников составляет от одного до десяти процентов, а в случае с планетами-гигантами и того меньше. Но здесь, насколько я могу судить, это примерно равные величины. Приглядевшись, я понял, что водный мир имеет сильно сплюснутую форму — наверняка это следствие действия приливных сил.
Даже с орбиты можно было разглядеть на поверхности гикеана плавучие города — циклопические сооружения, острые шпили которых уходили в небо на десятки километров. Зуб даю, что многие из них оканчиваются тросами космических лифтов, ведущих к базам на орбите. Несмотря на размеры планеты, по расчетам Немо, гравитация у поверхности должна быть меньше земной (из-за низкой плотности), так что подобные мегасооружения — это совсем не фантастика.
— Идиотизм, — пробормотала Селеста, скорчив кислую мину. — Я предлагала проект превращения газового гиганта в миниатюрную звезду и строительство крупного кольца вокруг нее из уже имеющихся в системе материалов. Обитаемая площадь была бы в разы больше, гравитация везде одинаковая, а расходы амброзии на строительство — на порядок меньше.
— И что, не срослось? — Я не смог сдержать улыбки: заметно было, что бывшую богиню буквально “бомбит” от одного только вида этой, с позволения сказать, астрономической несуразицы.
— Кольцо было бы общим, а эти кретины ни за что не станут работать сообща и уж тем более делиться территориями с новенькими. И при этом каждый хочет иметь в Метрополии собственную планету или, на худой конец, плавучую резиденцию на Альфе. Сам видишь, во что это превратилось за триста лет. Хотела бы я знать, сколько сил им теперь приходится тратить на удержание этого кошмара в стабильном состоянии.
Вокруг нас сновали корабли — грузовые, боевые, патрульные. Телепортационный хаб в этой части скопления Скорпиона — Центавра — очень оживленное место. Небольшой дрон приблизился и к нам, сканируя корабль какой-то сложной магией. И, не обнаружив ничего интересного или запретного, убрался восвояси. Мы, проводив его взглядом, выдохнули с облегчением: не хватало еще влипнуть в неприятности прямо на орбите.
— Ну что, куда отправимся? — спросил я свою напарницу, как главного “эксперта”.
— Наверное, лучше всего попасть в один из фермерских миров — пополнить наши запасы кристаллов. Может быть, нам даже удастся прибиться к какой-нибудь команде наемников.
— Но… А нас вообще пустят на поверхность без лицензии?
— Не узнаем, пока не попробуем, — пожала плечами Селеста. — Но на Альфу нас уж точно не пропустят так просто, поэтому придется рискнуть.
— Ясно-понятно, — пробормотал я, наращивая вокруг орба, нашего единственного якоря в этом мире, защитный кокон из самых прочных металлов и силовых полей, которые только были в моем распоряжении.
Заодно спрятал внутри пространственного хранилища ядерную батарею. Если корабль все-таки собьют, нам нужен будет хоть какой-то источник энергии.
— Как вообще создаются все эти кристаллы? — спросил я у напарницы. — Примерный состав элтелиона и родорита я уже выяснил, а вот технологию производства…
— А ты не знаешь? — удивилась Селеста. — Их создают специальные слаймы-кристаллиты. Выращивают в своем теле, как жемчуг. Добрая половина импорта полезных ископаемых из внешних миров — это корм для слаймов. А разводят их здесь, прямо на орбите. Иначе есть риск потерять монополию.
Ну да, мне следовало догадаться. В моем прежнем мире сложные лекарства тоже создают с помощью специальных бактерий с модифицированными генами. Видимо, здесь используется похожая технология. Только вместо бактерий — слаймы.
Предчувствия меня не обманули: на орбите первой же планеты, которую мы опознали как фермерскую (с учетом того, что выращивают на ней не продукты питания, а слаймов), у нас потребовали "документы". Точнее, одноразовый ключ для посадки на поверхность. Мы предпочли отморозиться, просто игнорируя автоматический сигнал. Наконец в дело вмешался кто-то из операторов.
— Эй вы, там, на корабле! Есть кто живой? У вас маяк не работает. Назовите свой позывной и цель визита.
— Мы… мы пришли с миром, — бросил я наугад первое, что пришло в голову.
Селеста посмотрела на меня как на идиота и покрутила пальцем у виска.
— Мы — это кто? — недоверчиво спросил голос.
— Мы — дипломаты с далекой планеты, прилетели налаживать с вами контакт.
— Что за… Орт, просканируй их, тут какая-то ерунда творится. — (Шум, неразборчиво). — Да чтоб тебя, отчет с патрульного дрона тогда запроси по сигнатуре! — (Шум, неразборчивая ругань). — Да какая, в бездну, делегация? На борту ни души!
Я запоздало осознал, что при сканировании, скорее всего, на корабле не нашли признаков жизни, и поспешил поправиться:
— Приветствуем вас, братья по разуму, мы раса механоидов с планеты Шелезяка. От имени всего нашего вида выражаем…
— Тупые браконьеры, — раздраженно пробормотал голос. — Орт, вали их, короче, там все равно нет никого живого!
— Постойте, мы…
Но договорить я так и не успел. Мощный электромагнитный импульс вышвырнул нас из варпа и отключил всю электронику на корабле, а несколько точных залпов плазменного оружия, выпущенных с ближайшей орбитальной платформы, прошили корпус насквозь, приведя в полную негодность реактор и прочую жизненно важную аппаратуру.
Селеста ничего мне не сказала, но ее взгляд был красноречивее любых слов. Ну да, импровизация вышла так себе, в духе Звездного Лорда.
— Они все равно бы сбили нас, — я пожал плечами. — Главное, что орб не пострадал. А остатки корабля в любом случае упадут на планету, так что какая разница? Повреждений немного, может, я его даже починить успею.
Я перешел в режим “Ускоренного мышления”. Пауки-ремонтники тут же разбежались по отсекам, выполняя мои приказы. Орб все равно переживет посадку: я в любой момент могу снизить его скорость магией, но хотелось бы по возможности сохранить корабль или хотя бы самые важные его части. Первым делом нам нужно позаботиться об охлаждении обшивки: этот корабль совершенно не предназначен для входа в атмосферу на первой космической скорости, так что ему придется несладко. Надолго укрыть его щитом без поддержки реактора я тоже не смогу. Зато раскаленный металл можно использовать в качестве дополнительного источника энергии. Не так много, как хотелось бы, но и это уже неплохо. Нужно только установить правильный набор рун…
Так, теперь реактор. Беглый осмотр показал, что нам повезло*: несмотря на обилие повреждений, больше всего пострадала защитная оболочка, а ключевые системы остались нетронутыми. Хе-хе, а эта затея выглядит уже не так безнадежно! Да и необходимые материалы у меня имеются.
(
Мы с Немо принялись на скорую руку латать прорехи. Вот и пригодилась моя сверхъестественная способность собирать эту штуку за считанные секунды в сновидении. Дольше всего сопротивлялся глубокий вакуум. В металле образовались микротрещины, которые нам было сложно отыскать, так что пришлось заменить гораздо больше деталей, чем мы планировали. И все это в условиях ужасной тряски и турбулентности, под грохот срывающихся с корабля кусков обшивки! В общем, та еще работенка. Если бы я был тут в своем настоящем теле и от успеха операции зависела моя жизнь — даже не знаю, сумел бы я справиться или нет. А так всего лишь пару раз тихонько выругался (въелась-таки привычка после встречи с аватаром).
Наконец наша рабочая лошадка вышла на свою максимальную мощность. После обстрела уцелел один лишь аварийный бочонок с топливом, но неприятность эту мы, как водится, переживем. Я вцепился аурой в раскаленную докрасна обшивку корабля, стараясь погасить его огромную скорость. Наши ионные двигатели тут совсем бесполезны. Даже если бы они уцелели после обстрела, им на эту задачу потребовался бы месяц, как минимум.
— Немо, топографию, быстро!
— Слушаюсь, владыка!
Малышка недавно увлеклась легкой литературой из моей памяти и в свете последних событий окончательно уверилась в том, что служит как минимум воплощению вселенского Зла. Я устал спорить с ее романтическими фантазиями, подкрепленными “железной логикой” и длинным перечнем моих косяков, так что теперь просто дожидаюсь, пока она перерастет этот период своего странного взросления.
Потянул корабль в сторону от стремительно приближающейся горной гряды. Несколько лишних километров форы нам не повредят. Наконец мы с грохотом рухнули на склон, прокатившись брюхом корабля еще добрую сотню метров по голому камню. Корпусу это, естественно, не пошло на пользу. Датчик перегрузки выдал цифру, пятикратно превышающую летальный уровень. Слава богам, на корабле нет никого живого. Впрочем, технике такие перегрузки тоже противопоказаны. Реактор заглох. Легким косметическим ремонтом тут уже не отделаешься, это точно. Но, думаю, за пару дней мои паучки приведут его в норму. Ну или пересоберут по запчастям. Главное, чтобы не пришлось снова строить сложную производственную линию по очистке изотопов, которую я угробил на покинутом планетоиде.