Леонид Ангарин – Неандерталец: Навстречу солнцу (страница 58)

Река петляла по степи. На ее льду то там, то сям видны тушки погибших то ли от мороза, то ли от бескормицы птиц. Напуганные незавидной судьбой замерзших длинноногих люди Долгой дороги старались при первой возможности развести костры, у которых по очереди грелись в тесном кругу. Запасы дерева закончились, и Андрей попытался вместо нее использовать сухую траву, но она только тлела, почти не давая тепла. Тогда разломал короб позади саней.

— А если мороз не прекратится, то окоченеем, как умершие длинноногие и птицы! Или разломаем сани и пойдем без вещей, — Эсика грела в длинном горшке воду, чтобы он согревал детей в санях.

Андрей шел вдоль правого берега реки, надеясь найти в оврагах хоть какие-нибудь кусты, до которых не добрались Большие звери, или не заметили шедшие впереди люди Долгой дороги. Вдруг он услышал сухой треск. Треск повторился. Похоже, кто-то пытался разломать что-то крепкое ударом топора. Он пошел выше по течению на звук и увидел сына Иквы и Айни, которые ломали торчащий из подмытого берега одинокий бивень мамонта.

— Здесь, наверное, в половодье размыло берег, и длинный зуб стал виден — пояснил сын Иквы. — А за излучиной еще больше костей. Люди их сейчас ломают.

— Люди ввуу жгут эти кости вместо дерева, — обрадовался Андрей.

— Надолго их не хватит. Большая часть в замерзшей земле, не достать их, только то, что снаружи показалось.

Сын Иквы не обманул — за излучиной прямо из берега торчали бивни, черепа и ребра мамонтов. Люди Долгой дороги били по ним каменными молотками. Жаль только, что большая часть намертво застряла в глине — не достать. Андрей обнаружил спрятавшийся в снегу большой серый бивень и бил по нему топором, пытаясь выломать торчащую с его рост над землей толстую часть. Странно, что виднелась именно толстая часть кости, а в землю ушла узкая. От ударов бивень кололся на длинные узкие полосы, словно это был камень, а не кость. Наконечники бы из них делать, а не жечь. За несколько ходок Андрей и Эсика перетащили их к саням. Очень уж они тяжелые.

Бивни плохо разгорались, но раз занявшись, долго горели ровным жарким пламенем, оставляя после себя черный пепел. Эсика подбросила еще топлива:

— Везучий ты, Эссу.

— Надеюсь, что потеплеет. Чтобы спастись от такой стужи не хватит никакого везенья.

Еще несколько дней они шли по реке, русло которой с каждым днем становилось все уже, а берега — круче. Энзи, который взобрался на правый берег, подозвал его рукой:

— Ветер с Заката, — услышал он его голос.

Вслед за Андреем к нему поднялись и остальные. Прав Тень: преследовавший их северный ветер сменился на ощутимо более теплый западный. И равнина переменилась: появились невысокие холмы и растущие на них кустарники. Видны следы животных. Так вот куда они бежали⁈ А дальше на восток вроде бы даже лежали невысокие горы.

— В горах всегда есть где укрыться, — Энку даже подпрыгнул, пытаясь лучше разглядеть, что там за горизонтом.

— Туда мы и отправимся, Энку. Дальше по равнине мы пойдем вдоль этих гор.

Примечания

Долгое время считалось, что территория Западной Сибири в ледниковый период была покрыта огромным пресноводным озером, которое образовалось от того, что сток северных рек в Северный Ледовитый океан был перекрыт ледником. Однако на данный момент в научной среде эти гипотезы не считаются столь очевидными.

История палеолита Западно-Сибирской равнины относительно бедна, за исключением Алтая. Связывают это с суровым климатом и отсутствием месторождения пригодного к использованию камня. Во всяком случае, культурный слой на большинстве стоянок имеет признаки прерывания и возобновления. В полной мере эту территорию человек освоил уже в Верхнем палеолите.

Вытянутые возвышенности, которые являются распространенным элементом рельефа на Западно-Сибирской равнине, называются гривами. Они имеют длину от нескольких сот метров до километров, столько же — в ширину. Почти все откопанные стоянки располагаются в этом регионе на гривах.

Большая река — это Иртыш. Спасаясь от мороза, Андрей решил направиться вверх, на юг, к предгорьям Алтая, а не идти напрямую.

Согласно данным палеоботаникам флора предгорий Алтая в палеолите отличалась от современной. На равнине преобладали смешанные леса, выше в горах — хвойные. В плане видового разнообразия сохранялась еще связь с лесами передней Азии и Европы.

Глава 25

Большезубые

Глубокая ночь, а Айни все никак не может уснуть. Иногда он впадал в беспокойную дрему, из которой его вырывал чей-то тихий голос, зовущий его по имени. В первый раз ему показалось, что это «ныряльщица», но нет, слышно ровное похрапывание прижавшейся к нему сильной женщины семьи Гррх. Может это бизон, спрятавшийся в кости, достает его? Прижал здоровой рукой статуэтку к своей груди, но бык молчал. Тогда снова крепко закрыл глаза.

— Айни, Айни…

Голос стал громче и звучал прямо в голове. Темнокожего из племени Волка забила дрожь. Стараясь не разбудить «ныряльщицу» тихонько вылез из саней.

Временная стоянка людей Долгой дороги спала. В темноте видны сани и редкие уцелевшие белые снежные пятна на темной траве. Свежий ветер прояснил мысли и успокоил тело. Айни подождал немного. Голос молчал. И когда он почти убедил себя, что это все ему привиделось, и собрался вернуться в обратно, то он зазвучал вновь…

Весна вступала в свои права. Тепло, снег почти сошел. Андрей скинул с себя верхнюю одежду, улегся на нее и зажмурился, подставив под солнце, заросшее за последние месяцы бородой лицо. Правильно он решил свернуть от русла реки на восток, когда ветер переменился на западный, а не двигаться дальше на юг. Бросок через степь привел их к предгорьям, где местами росли как одинокие елки, так даже и целые рощи, в том числе к его удивлению, состоявшие не только из хвойных, но и лиственных деревьев. Значит морозов, вроде того, что их едва не убил, здесь точно нет даже зимой. А на север лучше больше не соваться.

Кто-то бесцеремонно заслонил ему солнце. Андрей недовольно открыл глаза, это оказалась Старшая.

— Айни пропал, «ныряльщица» сказала, что утром, когда проснулась, не обнаружила его в санях.

И почему с этим Айни постоянно что-то происходит? Особенно по ночам?

— Если он ушел только утром, то прошло совсем немного времени, и он ведь знал, что мы останемся на этом месте еще день, вот и решил уйти куда-нибудь, поискать кости.

Старшая в знак согласия кивнула головой:

— Подождем до завтра. Проголодается, вернется. Тем более по словам «ныряльщицы» он не взял с собой рыбу, а другое он и не ест.

Прошел день, затем еще один, а сухорукий так и не появился. Андрей злился из-за непредвиденной задержки. Младшие охотники успели найти подходящее место для летней стоянки в двух дня пути отсюда. По словам Эхекки, расположено оно у подножья невысоких горных хребтов, от которых начинается северная равнина, рядом река, на высокий восточный берег которой лучше перебраться до того, как сойдет лед. Оставить Айни в покое, где бы он ни был? В конце концов он сам ушел от них. Опять появилась Старшая:

— Мы перейдем на летнюю стоянку завтра, а Айни пойдут искать быстроногий Эхекка с младшими охотниками.

— Нет, Эхекка пусть покажет вам пусть путь до места летней стоянки, раз уж он сам с младшими охотниками выбрал его. А за Айни пойдут Энку и Энзи, один сильный, а другой хорошо читает следы.

— Энку не будет слушать Энзи, — Старшая нахмурила свой лоб.

В самом деле, могут и поругаться, а Энзи не будет нянчиться со вспыльчивым большеносым. Не тот у него характер, оставит одного и уйдет.

— Ну, тогда и я отправлюсь с ними.

Андрей слепил снежок из мокрого снега, уцелевшего в тени под ветвями одинокой елки и укусил его. Солнце палило не по-весеннему, хотелось пить. Вполуха он слушал бесконечную болтовню сына Иквы, который отправился с ними под тем предлогом, что Айни такой же мастер, как и он. И вообще он лучше всех знает его повадки. Андрей же подозревал, что он просто не хотел толкать тяжелые сани с разноцветными камнями до новой стоянки.

— Уааав…

Еще и Вууу за Энку увязался.

— Айни направился в горы, надо завернуть в самое ближнее ущелье, — не унимался сын Иквы.

На взгляд Андрея, предложение ничем не хуже любого другого, поскольку следы Айни, которые вначале четко были видны на снежных пятнах, потерялись, как только они добрались до покрытой желтой травой равнины. Даже Энзи ничего не нашел. Так и стоят вдвоем с Энку на пригорке, разглядывая окрестности.

— Ну и куда, по-вашему, он отсюда завернул? — спросил, подошедши к ним, Андрей.

— Дальше этого места следы не видны, — отозвался Энзи. — Но в этих горах определенно живут люди. Смотри, Эссу, кто-то отбивал здесь острие для копья и принес для этого камень. А куда мы пойдем, должен сказать ты, я не могу ничего посоветовать.

Андрей внутренне подобрался. Давно они не видели следов человека. Взял в руки серый булыжник со свежим сколом. Кто-то по-быстрому, видимо, торопился, отколол острие, прикрепил его к копью, а оставшееся выбросил, чтобы не таскать тяжести. Затем вспомнил слова сына Иквы.

— Пойдем в горы, зайдем в первое удобное ущелье, если не найдем его следов, то повернем обратно.

— Уаав…— поддержал его Ввуу, ему тоже надоело стоять на месте.

Невысокие горы, вдоль которых они шли, густо поросли елью. Если Айни зашел в них, то, пожалуй, найти его не удастся. Люди Гррх пересекли несколько текущих с них замерзших ручьев, прежде чем вышли на реку, выбирающуюся из горной долины.