Леонид Ангарин – Неандерталец: Навстречу солнцу (страница 15)
(3)На стоянках зарзийской культуры зафиксированы скелеты собак. То ли они их сами приручили, то ли получили уже прирученными, точно об этом неизвестно.
(4)Пещера с неандертальским погребением — это знаменитый Шанидар. Работая над книгой, автор и не предполагал, что находится как раз на маршруте, который он проложил для людей Долгой дороги. Но так даже лучше получилось. Расположена пещера в нескольких километрах от иракского города Равандиз, на его месте временная стоянка людей Долгой дороги. Водопад, от которого отступили герои — это Бекхал.
(5)Как ни странно, если бы героям не помешали кроманьонцы, то они нашли бы перевал, который перевел бы их через Загрос. Он и сейчас есть до современного иранского города Пираншахр.
Глава 7
Шестой год семьи Гррх
Глава седьмая: Шестой год семьи Гррх
Четверо мужчин, не спеша, возвращались на временную стоянку людей Долгой дороги. Погоня отстала, и нет нужды торопиться— до цели совсем недалеко, успеют задолго до заката. Каждый думает о своем: Энку о том, где бы добыть себе Ввуу темнокожих; Энзи, что следующим утром отправится с Айолом подальше от многолюдной стоянки, чтобы разведать дорогу для каравана; Андрей жалеет, что не удалось пройти последним из четырех ущелий — вдруг перевал находился именно там; а Эхоут беспокоится, не родила ли Асила, пора бы уж ей, с лета с большим животом ходит.
Осталось завернуть за скалу, отделяющей каньон от широкой долины, и выйти на временную стоянку, до которой отсюда рукой подать. Энку вдруг остановился, зашевелил ноздрями и обрадовано сказал:
— Мясо жарят, много мяса…
Удивительно, с чего бы это посреди белого дня устроили пир. Чем ближе подходили к стоянке, тем сильнее Андрей хмурился. Вместо того, чтобы прятаться за укрепленными санями стоянкой, люди Долгой дороги расположились неподалеку от нее, на открытой равнине. И судя по множеству поднимающихся в небо дымов, крикливым женским голосам и просящему детскому нытью, они что-то собираются отмечать. Может Старшая объяснит, что она устроила, потому что как раз несет куда-то большой череп медведя.
— Сегодня ночью наступит шестой год по времени Гррх.
Все понятно. Хорошо, когда есть та, кто говорит женщинам, да и не только им, что они должны делать. И при этом ничего не забывает. Неужели целых шесть лет прошло с момента, как он очнулся в склепе на Холме ушедших. Как быстро летит время!
Словно снова оказался в ущелье, где родилась семья Гррх. Череп медведя на высоком камне, в глазницах которого в свете костра отсвечивают красные камни, найденные в пещере сына Иквы. Дети, выпрашивающие друг у друга кусочек сладкой еды Жжж. Взрослые, которые жадно смотрят на горы мяса, но не могут больше съесть ни кусочка. Все, как когда-то в Доме Гррх, только людей вокруг собралось намного, намного больше.
Насытившись, Андрей задремал, пока его не пробудил чувствительный толчок локтем от Эсики, которая показала пальцем на возникшую у костра Старшую, рядом с ней стоят Младшая и голубоглазый «художник». Указывающая женщинам держит в руках нечто блестящее и явно собирается о чем-то всем объявить:
— Младшая становится отныне женщиной Уони. И в знак того, что она та, кто она есть, Эссу подарит ей ожерелье и украшение из растаявшего камня.
Могла бы и предупредить, но это же Старшая. Андрей одел на голову Младшей украшение с бронзовыми висюльками, а «художнику» вручил большой нож из растаявшего камня.
— Да живет семья Гррх!
Такие же ножи и украшения он вручил еще и младшему охотнику из «каменщиков» и высокой девушке из длинноногих. Пара смотрелась немного комично — коренастый молодой охотник оказался на голову ниже своей женщины, но, похоже, на это обратил внимание только он.
— Да живет семья Гррх!
Костры догорели. Везде валялись обглоданные кости. Зря он переживал, что на праздник уничтожат весомую часть припасов. Мясо, как ни странно, оказалось свежим.
— Где вы добыли столько мяса, — задал Андрей вопрос, который интересовал его весь праздник. Ответил Эхекка:
— Со стороны большой реки сюда вышло небольшое стадо настоящих быков. Охотники добыли старого самца, еще один сорвался с обрыва, остальные повернули обратно.
Возможно, убегая от хищников, отбились от большого стада, в которое быки собираются зимой. В горах это легко может произойти. Завернули не в то ущелье и все — не найдешь пути назад.
Отдышавшиеся и неоднократно спевшие под бренчание ленмены Упеши «Битву у каньона» и «Сражение у Трех зубов» люди Долгой дороги осилили-таки вчерашние объедки и разбрелись по своим саням. Остались только те, кого Эссу попросил задержаться, чтобы рассказать об их неудачной попытке пройти через горы.
— Неужели Ввуу в этих горах живут вместе с людьми? Как такое может быть? — история Эссу настолько не укладывалась в голове, что расскажи ее не Эссу, а, например, Энку, то Эзуми ни за что бы в нее не поверил.
— Это правда, Эзуми. Но гораздо хуже, что нам придется вернуться к реке и искать проход через горы в другом месте.
— А есть ли она вообще, дорога через эти горы, Эссу?
Выросшему на прибрежной равнине у холодного моря длинноногому скалы и узкие ущелья казались недружелюбными и полными опасностей. Еще и эти непонятные Ввуу. Быстрее бы снова очутиться на равнине, где все видно до горизонта и так легко дышится.
— Во всех горах есть ведущая через них дорога, и мы найдем ее.
Люди Долгой дороги не торопились: лениво разворачивали сани, не могли выстроить по порядку свои отряды, теряли детей и свистели в свистки, чтобы найти их в образовавшемся бардаке. Даже Старшая не смогла заставить их двигаться быстрее. Переели вчера мяса что ли⁈ Андрею надоело ждать, и, посадив на сани детей на пару с Эсикой, он начал толкать их к выходу из долины. Пусть догоняют.
Сани быстро катились по утоптанному снегу. Жаль только, что он сошел, обнажив желтую землю, едва они достигли округлой равнины. Заслышав жалобный скрип, который издали наехавшие на камни полозья, Андрей решил сделать привал. На обратный путь у него ушло полдня вместо тех двух, которые они потратили на то, чтобы достичь ущелья. Скоро его догнал неусидчивый Эхоут, на полной скорости лихо тормознувший санями прямо перед ним. Асила, которая уже не могла быстро ходить из-за огромного живота, едва не вылетела из саней на камни. Андрей неодобрительно посмотрел на него, не стоило так гнать, рискуя своей женщиной. Он переживал за нее: Эсика и другие женщины Гррх в свое время переносили беременность гораздо легче. Неугомонный между тем осматривал желтоватую глину вперемешку с камнями:
— Быки, которых мы добыли, прибежали в ущелье отсюда. Кто-то гнал их.
— Нет ли там следов Ввуу?
— Нет, и следов чужих людей не видно.
Странно, от кого они тогда спасались бегством. Может ближе к выходу с плоской равнины что-то прояснится. Эхоут вертел головой во все стороны, взял с саней копье и указал им в сторону выхода с долины:
— Там кто-то есть.
Как не напрягал Андрей глаза, не мог ничего разглядеть кроме темных точек. Жаль Энку их еще не догнал, сейчас бы его превосходное зрение очень пригодилось.
— Ду-дуу-дууу…
Звук рога Рэту успокоил Андрея.
Стоянку белогорцы разбили у самого выхода с округлой долины на речную равнину. Прилично они отстали от основного каравана. Найди они проход в горах, семья с Белой горы рисковала никогда их не догнать. Но им и так хорошо, судя по количеству свежих бычьих шкур. Похоже, мужчинам белогорцев удалось добыть целое стадо.
— На равнину между горами и рекой вышло много настоящих быков. Охотники семьи из-под Белой горы добыли достаточно вкусного мяса, — Рэту заметил интерес Андрея к необработанным шкурам.
— Несколько быков отбились и убежали в горы, остальные ушли вверх по течению реки.
Так вот кто напугал быков, которых они съели на праздник. А направлялись животные, судя по всему, к равнине между двух рек, где и зимой достаточно травы.
— Откуда они пришли? На восход от большой реки нам даже облезлого Длинноухого за все время не повстречалось.
— Я не знаю этого. Утром появились Энзи с Айолом и ушли дальше по их следам.
— Аааааа…
Кричала Асила. Неужели ей подошло время рожать? Как не вовремя! Придется задержаться у белогорцев, не оставлять же ее с Эхоутом на этой стоянке. К саням, где она находилась, побежали Грака с Эдиной.
Уже глубокая ночь. Догнавший их караван светил огнями костров, на которых люди Долгой дороги готовили еду. Андрей греется у костра возле шатра Рэту, куда только что нырнула озабоченная Грака с горшком с узким горлышком, одним из тех, в которых она хранила настои трав.
— Ааааа…
Тяжело роды проходят.
Крики Асилы на время прекратились, на свежий воздух выглянула Эсика.
— Плохо ей: никак ребенок не выйдет. И живот у нее больше, чем у наших женщин.
Ну вот, опять кричит. После совсем уж отчаянного вопля раздался детский крик. Наконец-то. Андрей выдохнул. Из шатра вышла уставшая Грака, к ней торопится Эхоут с горшком воды, надо обмыть новорожденного.
— Стой! — Андрей заметил ледяную кашу на поверхности воды. — Подогрей на костре. Не хватало еще, чтобы новый человек семьи Гррх умер в первый же день своей жизни, подхватив пневмонию из-за купания в холодной воде.
— Зачем? — Грака не понимает, что он хочет. Открыла рот спросить, но в этот момент ее отвлекли возобновившиеся крики Асилы. Скоро раздался еще один писк. Неужели двойняшки. Событие необычайно редкое. За шесть лет ни разу не встретил людей, родившихся в один день и от одной женщины. А может и появлялись такие на свет, но один из них, а может и сразу оба не доживали до взрослого возраста. Что не удивительно, при таком-то отношении к новорожденным.