Леонид Ангарин – Неандерталец. Книги 1–2 (страница 127)
— Мы дошли почти до самых гор и не встретили ни быков, ни оленей, только зайца подбили палкой, когда возвращались.
— Длинноухого отдайте женщинам, пусть сварят в горшке и накормят детей похлебкой.
Охотники заворчали, но все-таки отнесли мясо женщинам. Эзуми видел, как они незаметно отхватили по куску от тушки для себя, но сделал вид, что не заметил.
— Если рыба не вернется в реку, то в следующий раз мужчины поделятся едой только со своими женщинами и детьми, а не со всеми — его брат Эшунка наблюдал за сценой от начала и до конца. — Надо уходить отсюда, здесь нам не выжить. На равнине не нашли больших зверей, и мы не знаем, когда вернется рыба в реку.
Эзуми вспомнил, как они сюда попали. Длинноногие плыли по теплому морю вслед за белогорцами. С каждой стоянкой все слабее были видны огни их ночных костров на берегу, пока, однажды, совсем не пропали. Рэту не стал их дожидаться и исчез где-то среди извилистых бухт. Эзуми старался не показать своим людям, что не знает, как быть дальше, а просто двигался вдоль берега, надеясь найти подходящее для стоянки место. А там как-нибудь само все наладится.
На всем пути они встречали следы белогорцев — отломанное бревно от плота, остывшая зола костров, утерянные весла. Наконец, на реке они нашли брошенные плоты и вещи. На этом месте Рэту окончательно сошел на сушу. Берега, поросшие лесом, равнина, растянувшаяся до видневшихся на восходе гор, где должно быть много зверя, море в устье реки. Место выглядело удобным для стоянки, странно, что Рэту не остался здесь надолго, а отправился в неизвестность. Длинноногие такой ошибки не совершат.
Через несколько дней от них на другую сторону реки ушли заречные длинноногие. Семья снова разделилась на две. Словно и не было Долгой дороги — будто вернулись времена, когда они жили на берегах реки, впадающей в холодное море.
Эзуми не смог их удержать. А где-то в глубине души он даже испытал облегчение, меньше людей — меньше и забот, как их всех прокормить. Не надо думать кого отправить на охоту и как правильно поделить добычу, чтобы всем досталось. Поначалу все шло хорошо — в реке водилось достаточно рыбы, чтобы ее хватило на семью. Но вот только нет ее теперь. Столь привлекательное на первый взгляд место для стоянки оказалось гиблым.
— Куда нам идти, Эшунка?
— Равнина отрезана горами от остальной земли и прижата к морю, поэтому на ней и нет больших зверей. Мы уйдем отсюда вслед за белогорцами, пересечем горы и попадем на Большую землю.
— Охотники находили кости убитых быков, значит, они здесь водились.
— Кто-то перебил их и ушел отсюда. И это был не Рэту со своими мужчинами, черепа совсем белые.
Окружающий сейчас семью длинноногих мир казался Эзуми слишком большим и непонятным. У холодного моря, все было проще: рыба не уходила из реки, темнокожие могли напасть на мужчин, которые ушли на охоту, если повстречают их, но к этому все привыкли. А теперь опасности предостерегали со всех сторон и ни к одной из них они не готовы. Ноша ответственности за семью давила на него, а он не мог с этим справиться.
Над костром булькал котел с нарисованными медведями, в котором варились корни водной травы. Вокруг собрались дети, которые терпеливо ждали, пока две женщины разделят между ними варево. Эзуми вздохнул, Сильно похудели, а два восхода назад умер младенец, который родился уже на этом берегу. Эзуми отправил остальных женщин к реке собрать еще корней в дорогу. Пусть эта еда и не дает сытости, но все лучше, чем ничего, в дороге все пригодится.
— Скажите людям на другой стороне реки, что мы уходим. Пусть решают сами, останутся они здесь или пойдут с нами.
Андрей выполз из шалаша, где прятался от солнца, на свежий воздух. Странно, чего это он уснул посреди белого дня. Вокруг текла обычная жизнь временной стоянки — все бездельничали. Поймал маленького Эрита, который надел его летнюю обувь на кожаных шнурках и, волоча ее по траве, пытался с важным видом куда-то улизнуть. Явно его копирует, неужели у него такой напыщенный вид.
Не нравился ему сон. Эрит с Вичашей люди серьезные, чтобы просто так беспокоить без причины. Не делали этого при жизни, а уж после смерти тем более не станут. Наверное, у длинноногих и белогорцев дела идут не очень хорошо. Андрей мотнул головой, словно отгоняя наваждение, пожалуй, они засиделись на этой временной стоянке.
Половину луны провели они на этом берегу, правда у столь длительной остановки была и уважительная причина, охотники встретили большое стадо настоящих быков в дне пути от стоянки и смогли добыть полдесятка крупных животных. Разделка и переноска туш заняла много времени, а затем, соскучившиеся по мясному изобилью люди Гррх устроили пир на несколько дней.
— Бу-буу-буу…
Давно не звучал звук рога Энку. Андрей стоял рядом с ним и ждал появления остальных людей Гррх. Время тянулось, похоже, никто не торопится, расслабились все от обилия еды. Наконец, пришли.
— Нам пора плыть дальше. Снесите до завтра вещи на плоты.
— Плоты готовы, — Лэпу почесал свой нос. — Но только, если плыть нам не дольше пальцев двух рук, потом придется останавливаться и перевязывать веревки.
— Нам хватит десяти дней.
Старшая подгоняла женщин, чтобы успеть уложить слоями мясо с солью в горшки. Жалко, что выпаренной морской соли маловато. Подсушить мясо не вышло, жарко, а подходящей прохладной пещеры в окрестностях не обнаружили. Что осталось, сварили вместе с костями и завернули в листья — в пути все пригодится.
Энку положил на бревно плота вареную кость, стукнул по ней топором, счистил осколки и, наслаждаясь, шумно высосал мозг. Любимое лакомство большеносого.
— Эссу половину луны сидел на берегу, а теперь мы собрались за день и плывем по морю, — Энку не понимал, почему они так быстро свернули стоянку.
Андрей только хмыкнул в ответ.
— А сын Иквы только нашел место, где отбили те камни с острыми краями.
Энку не отставал, ему явно хотелось поговорить о том, куда они так торопятся.
— Найдет он еще нужные нам камни там, куда мы идем.
Намусорили. Место стоянки длинноногих на реке было завалено всяким хламом. Андрей отвернулся от Старшей, которая ходила с недовольным видом. Не нравилось ей, что они идут вслед за отколовшейся от них семьей.
— На этом месте стояли сначала белогорцы, я нашел их плоты, а уже затем пришли длинноногие, — Энзи вертел в руке обломок вытянутого горшка, одного из тех, которые использовала для хранения своих снадобий Грака.
Почему же ни те, ни другие не остались на этом месте?
На противоположной стороне реки обнаружили еще одну покинутую стоянку, что удивило Андрея. Но это было еще не все, рядом с руслом лежали кучи уже подсохшего камыша. Одну из них разворошил своей палкой старый Уто. Для чего длинноногим понадобился в таком количестве камыш, весь берег от него очистили.
— У них закончилась еда, варили корни речной травы — объяснил седой кроманьонец. — Поэтому и ушли отсюда.
— Но в реке водится рыба!
Андрей смотрел, как лесовики сбивают волокуши. Он был мрачен. Мужчины нашли неподалеку разрытую землю, заваленную камнями. Если судить по размеру ямы, в нее положили умершего ребенка. Достаточно небольшой случайности в этом мире, чтобы семья оказалась на грани исчезновения. «Ныряльщики» сказали, что из реки ушла рыба, а в местности вокруг не оказалось крупных животных. И вот, спустя половину луны, люди бегут с этого берега в незнакомые земли. И сколько их останется по пути в выкопанных в степи ямах, заваленных камнями.
— Лэпу, позови в помощь младших охотников, пусть рубят деревья для саней, а женщины начнут грузить вещи на готовые волокуши. Мы идем по следу, который ведет на восход.
Зажали. Длинноногие сами заперли себя в тупиковом рукаве незнакомого ущелья, из которого не было выхода. Эзуми выглянул за наваленные мужчинами семьи камни, темнокожие никуда не торопились, заметив его, один из них завертел над головой веревками, затем резко остановился. Над головой Эзуми просвистел камень. Ловко, и стрелы не надо тратить. Камней в горах много.
Неудачи преследовали длинноногих и после того, как они покинули несчастливое место стоянки. Через день пути они закопали еще одного ребенка, а еще через восход- следующего. Дети умирают первые, когда в семье нет еды, так было всегда. Корни водных растений закончились, а живность, казалось, навсегда покинула эту равнину, даже длинноухие исчезли. Хорошо, горы совсем рядом, может там им повезет и они наткнутся на криворогов.
— Кто-то на заходе разжег костры, — Эшунка поднял его ночью.
Далекие огоньки, казалось, занимают всю равнину. Только путь на восход оставался свободным. Если у каждого из костров находится по несколько человек, то людей там собралось в несколько раз больше, чем в семье длинноногих.