Леонид Ангарин – Неандерталец. Книги 1–2 (страница 124)

— Отыщите его, если я и не дойду до Восточных земель, то хочу, чтобы Уони из нашей семьи увидел их.

На маленьком плоту кроме него поместились только Лэпу и Энзи, зато он был очень маневренным, а легкий парус, поймавший горячий ветер, легко преодолевал силу прибрежного течения. До вечера они проплыли расстояние, на преодоление которого у тяжелых плотов людей Долгой дороги до этого ушло несколько дней.

— Деревья снова появились и трава зеленая — утомившийся за рулевым веслом Лэпу обратил внимание на изменившуюся на суше растительность.

Дышать в самом деле стало легче, а когда Энзи принес странного оленя, который в холке ему и до колена едва доходил, то у сытого Энку впервые за последнее время пропали тревожные мысли и он до утра забылся в спокойном сне без сновидений.

Лэпу обогнул гористый мыс и направил плот вдоль северного берега острова, когда Энзи показал в сторону берега. Зачем им туда, на сигнал рога ведь никто не откликнулся.

— Деревья повалены недалеко от моря, — объяснил он. — А на острове не водится Большой зверь или однорог, которым по силам это сделать. Обыщем берег.

— Сюда, — они побежали на голос Лэпу, который радостно скакал у огороженной камнями большой кучи слежавшейся золы, первые следы пребывания человека на этом острове. Все-таки ему не привиделся тогда дым, который он увидел с западной стороны этого мыса. Но где же сам Эссу?

—..одиннадцать, двенадцать, — Лэпу считал черточки на скале рядом с изображением пухлого животного, который так нравился Имеле. — Что это значит? — спросил он Энзи.

— Эссу так обозначал дни, которые провел на этом месте. Он ушел отсюда два раза пальцев рук заходов назад. Сделал себе плот и поплыл вдоль берега. Последуем за ним на восход. Мы скоро догоним его.

Следующую остановку Эссу они нашли совсем скоро, когда пристали к берегу набрать воды.

— Гррх, — поприветствовал Энку изображение головы медведя на красноватом камне рядом с нацарапанными черточками. Их плот быстрее и скоро они догонят Эссу.

И тут погода испортилась. Два дня они не могли выйти в море, ожидая, когда оно перестанет нагонять на берег огромные волны. Лэпу воспользовался передышкой, чтобы заменить веревки скрепляющие бревна плота. А когда, наконец, они поплыли дальше, то им перестали попадаться следы ночных стоянок Эссу. Не мог же он ночевать прямо в море.

— Эссу мог остановиться на одном из небольших островов, смотри как много их в заливах, — успокоил большеносого Энзи.

Остров вдруг перестал тянуться на восход, линия берега повернула на солнечную сторону. Обжигая ступни ног на горячих от солнца камнях, осмотрели голый мыс, похожий на длинный высунутый язык. И не зря это сделали, с камня на них смотрела очередная голова Гррх, а рядом Лэпу насчитал четыре раза пальцев рук и еще три черточки.

Они плыли вдоль берега, когда Лэпу показал пальцем на странный предмет, плывущий по воде. Это оказался горшок с длинным горлом, который использовала Грака для своих снадобий. Пустой, видимо случайно кто-то уронил. Так получается, что люди Долгой дороги уже были здесь, устали ждать и отправились дальше на восход. Может и Эссу с ними, а они зря совершили такой долгий путь вдоль противоположной стороны острова.

— Мы движемся обратно, на закат, — Лэпу показал рукой в сторону ныряющего в море солнца.

Самым разумным было причалить к берегу и подумать над верным решением, что они и сделали.

Лэпу потрошил пойманную рыбу, а Энку своим топором рубил кустарник с круглой кроной, который, похоже, заполонил всю эту сторону острова.

— Продолжим до полудня плыть на закат, если и не найдем Эссу, то мы еще успеем догнать остальных, — Энку согласился с предложением Энзи, ничего лучшего ему в голову не пришло.

— Скоро новая луна родится, — устроивившийся на камне, который все еще хранил дневное тепло, Лэпу глядел в звездное небо. — Не принесла уже ли Старшая ребенка.

Энзи хмыкнул. Молод их лесовик.

— Еще две луны должно родиться, прежде чем у тебя появится новый человек Гррх, у нее не такой большой живот. Спи, поплывем на закат пока утром задует горячий ветер.

— Дымом пахнет, — Энку вертел головой во все стороны, но не мог определить источник запаха. Они с трудом вытащили плот на берег, и кому пришло голову устроить стоянку в таком неудобном месте изобилующим каменистыми отмелями.

Энзи поднял валяющееся копье, неодобрительно покачал головой. Нехорошо оружие оставлять без владельца. По протоптанной тропинке дошли до оврага, из которого торчали чьи-то ноги. У Энку сдавило горло, как это бывает, когда до достижения желанной цели остались какие-то мгновения.

— Вставай, Эссу, — сказал Энзи.

— Везучий ты, Эссу, только Эсика и Старшая верили, что ты жив. Пора отплывать, люди устали ждать, — голос у Энку был какой-то хриплый.

Эссу вскочил на ноги и неверящими глазами смотрел на них. Они долго ждали его на плоту, а он все еще возился. Искал по кустам красное рубило, подобрал свое копье и нацарапал очередную черточку на камне. Наконец он закончил свои дела и оттолкнул плот от берега.

— А теперь плывем.

Имелу нашли на острове Андикитира, расположенном между Китирой и Критом.

Глава двадцать восьмая. Большая земля

Рэту навалился на рулевое весло и увел плот от столкновения с торчащей из воды скалой. Вырвавшееся из уключины бревно упало в воду, окатив его брызгами. Течение в этом месте оказалось неожиданно сильным. Оглянулся назад, не видно ли плотов длинноногих, которые следовали за ними, нет, пропали куда-то. Он не огорчился и не обрадовался. Когда луна завершила свой путь на небе, а отправившиеся искать Эссу мужчины Гррх так и не вернулись, белогорцы и длинноногие незамедлительно отчалили от острова — теперь у каждой семьи своя дорога. На острове остались только люди Гррх.

Белогорцы двигались вдоль берега, к которому местами совсем близко подходило множество мелких островов. Первоначально Рэту посчитал, что это большой остров, вроде того, на котором водились огромные птицы, но изрезанная бухтами и заходящими далеко в море каменистыми мысами линия берега все тянулась и тянулась куда-то на восход. Тогда старший охотник белогорцев решил, что это и есть та самая Большая земля, о которой говорила Старшая. Морское путешествие завершилось. Белогорцы высыпали на берег, наконец-то их плавание по теплому морю закончится, и они навсегда перейдут на сушу.

Но радость оказалась преждевременной. От берега моря и насколько хватало глаз тянулись выжженные солнцем глинистые холмы. Не самое лучшее место для стоянки. Возможно, если бы они двинулись вглубь этой земли, то нашли бы и зеленые луга, и многочисленные стада быков, но Рэту не хотел рисковать, передвигаясь с женщинами и детьми по незнакомым местам, и решился плыть дальше вдоль берега.

— Плывем на восход.

Рэту и Эпей с трудом загнали ворчащих женщин обратно на воду, белогорцы не хотели возвращаться на скрипучие плоты.

И он оказался прав в своем решении, побережье становилось все более плоским и зеленым.

— Большая река, — Эпей вытянул свою трехпалую руку в сторону восхода.

Река это хорошо. Это пресная вода, которую можно набрать в горшки и забрать с собой на плот, это быки и олени, приходящие на ее берега попить воды, деревья, из ветвей которых можно изготовить крепкое копье.

Рэту поймал направленные на него напряженные взгляды. Если и теперь проплывут мимо, то члены семьи взбунтуются. Он направил плот в устье реки, а за ним вверх по течению прошли и остальные, пока посреди заросшего камышом берега не нашлось удобное место для остановки.

Как-то сам собой чуть поодаль от воды вырос первый шалаш, рядом с ним мужчины забивали в землю заостренные колья для следующего.

— Веревки перетерлись на больших плотах, пора их менять — Три Пальца вертел в руках обрывки волокон и смотрел на Рэту.

— Они нам не понадобятся, мы не выйдем больше в море.

Раньше веревки при необходимости можно было взять у Эрру или у Лэпу. Но их нет теперь с ними. Конечно, белогорцы и сами могут их изготовить, но дело это небыстрое, а у людей есть и другие заботы. Да и не нужны им больше эти плоты.

— Мы поплывем дальше, вверх по течению, пока плоты не развалятся, в устье реки за нами придут длинноногие, здесь все как они любят — равнина, море и река рядом, а нам больше нравится нагорье, похожее на то, какое было у Белой горы.

Эпей понимал, что дело не только в длинноногих. В семье белогорцев сейчас не так много мужчин, чтобы чувствовать себя в безопасности на открытой со всех сторон равнине. А вот если найти в горах уединенную долину, то ее легче защитить от чужаков или спрятаться в окрестных ущельях от опасности, если врагов окажется много. Уходя от Гррх, рыжий рассчитывал, что у белогорцев будет больше охотников, но не все из семьи захотели пойти с ними. Да что говорить, если даже сын женщины Эпея Лэнса остался в семье Гррх вместе с другими младшими охотниками.

Бревно под ногой провалилось в воду и отправилось в обратное путешествие вниз по течению реки. Опять веревки перетерлись. Лицо Рэту скривилось в гримасе, он рассчитывал проплыть еще хотя бы день и высадиться на сушу ближе к уже ясно видневшимся горам, но придется выгружаться и добираться до них пешком.

— Сходим на берег, — крикнул он людям на следующем за ними плоту.