Леонид Ангарин – Неандерталец. Книги 1–2 (страница 103)

Плот с торчащей мачтой, двойным носом и огромным веслом на корме выглядел на редкость несуразно. Как назло на реке установился полный штиль, Андрей уже изгрыз все ногти в ожидании ветра, даже залез на мачту по привязанным для подъема на нее ступеням.

— Не лез бы ты туда, Эссу, не выдержит дерево, — Энку как и все тоже изнывал в ожидании испытания нового плота.

Что говорить о переживаниях Лэпу, который намучался в последние дни с установкой мачты и Старшей, придумавшей использовать парус из тростника. Сам Андрей до этого никогда бы не додумался, очень уж сильно в голове отложились картины кораблей его времени с парусами из плотной ткани. Так и мучил бы всех, пытаясь создать подобие парусины.

— Ветер, ветер, — дети, которым передалось нетерпение взрослых, запрыгали на берегу.

Лэпу как-то радостно хрюкнул и бросился отвязывать плот. И в самом деле, со стороны невидимого отсюда моря подул южный ветер.

— Подожди, — Андрей не хотел никаких случайностей, и они не отплыли от берега, пока он не убедился, что бриз не собирается утихать.

Плот медленно крутился, прежде чем он приноровился к рулевому веслу и смог установить его носом навстречу течению.

— Не лезь, сломаешь, — остановил он Энку, который приноравливался к мачте, собираясь опустить парус. Эту миссию доверили юному Лэнсе, который легко взлетел по ступеням и развязал связывающие камышовое полотно веревки.

Тростниковое чудо затрепывало на ветру как огромный флаг.

— Держите концы.

Толстые кожаные веревки били по рукам, прежде чем их ухватили и привязали к бревнам. Пойманный ветер раздул парус и постепенно ускоряясь, стал разгонять плот. Андрей едва успевал реагировать веслом, пытаясь держать ровный курс. Права была Старшая, нужно еще бревно для балансировки снизу привязать, чтобы не сносило, когда они идут под парусом, или еще что-то придумать. С берега раздались одобряющие крики людей Долгой дороги, которые с удивлением наблюдали, как плот поднимается вверх по течению реки.

— Теперь мы быстрее достигнем Восточных земель, Эссу, — Энку понравилось передвигаться без усилий, любуясь происходящим на берегу.

— Дорога покажет, друг мой. Дорога покажет.

Глава восемнадцатая. Мечта Энку

Айол замер на толстом суку раскидистого дерева, стараясь не выдать себя шумом ветвей. Большая семья кабанов, следы которой он обнаружил утром под ним утром, как он и предполагал, вновь появилась на поляне. Еще бы не объявилась, когда у реки столько травы с сочными корнями. Он слышал довольное повизгивание молодых свиней с поросятами. Наконец, с десяток животных улеглись в тени прямо под ним. Айол улыбнулся, его терпение вознаградилось.

Визг пронзенного сверху насквозь копьем со светлым наконечником животного был слышан, наверное, во всей долине. Охотник спрыгнул с дерева и добил ножом раненого кабана, остальные свиньиразбежались по прибрежным камышам. Арху ждет его на тропе, которая ведет из Большой ямы в их семью, они успеют еще поесть сочной кабанятины, прежде чем отправятся на стоянку.

Волосы у Арху были седы, но он все еще был крепким мужчиной. Кем бы не оказался его противник, победа ему далась нелегко. У тела старшего охотника семьи, на расстоянии, куда доставало его копье, Айол нашел три лужи крови. Он прошел по оставленным пятнам крови, затем нашел еще одну большую лужу крови на месте отдыха напавших мужчин. Дальше следы ног на поверхности вытоптанной тропы стали более четкими. Несут на себе убитого? Если поторопиться, то можно догнать убийц, но тогда до его возвращения тело Арху разорвут звери. Внук не хотел для него такой участи. Мужчины семьи закопают отца его отца согласно обычаю — сидя в яме, с оружием в руках и осыпанным краской.

Прежде чем отправиться в дорогу он спрятал каменный бурдюк «старых людей» у приметного камня с двумя вершинами, взял с собой, сколько смог унести мяса кабана и, перекинув тело через плечо, медленно поплелся на стоянку, делая время от времени остановки на отдых.

Арху сидел яме с копьем в руках и седые волосы стали красными от цветного порошка, которым его осыпал Айол. Мужчины начали засыпать могилу основателя семьи землей, осталось завалить ее камнями, чтобы рыхлую почву не раскопали звери. Сегодня вечером они выберут нового старшего охотника, которым станет самый сильный и умелый мужчина семьи. Мужчины сочли Ахану достойным, его мать и отец Арху были рождены одной женщиной и сам он умелый охотник.

— Арху смог убедить «старых людей» покинуть равнину?

— Он спас детей «старых людей», они послушались его, — схитрил Айол. — Чужаки не хотят драться с мужчинами речного племени. Они подарили мне каменный бурдюк для варки мяса.

— Надо сообщить новость старшим охотникам семей речного племени, Арху все правильно сделал.

— Но у меня осталось еще дело, которое надо исполнить.

Ахану задумался. Он бы предпочел, чтобы возвращаясь от «старых людей» Арху умер от несчастного случая или болезни, не с руки маленькой семье ссориться с остальными семьями речного племени. Но и оставить убийство просто так он не может.

— Я отправлю с тобой своих братьев, они сильные мужчины, если напавших на Арху было несколько человек, как ты говоришь, один ты не справишься.

Айол вернулся на место, где он нашел мертвого Арху. Кровавые пятна, помятая трава на месте, где они положили тело во время отдыха, отпечатки множества ног в грязи у ручья — убийцы сильно наследили и им не удастся раствориться на просторе речной равнины, очень уж тяжелый груз они несут с собой. Они проследовали вдоль реки и скоро дошли до следующей Большой ямы. Все указывало на то, что на Арху напали охотники семьи, рядом со стоянкой которой они сражались со «старыми людьми». Айол нахмурился, уж лучше бы убийцы пришли откуда-то с верховий реки, а эти вроде как и родня. Если он отомстит, то в Больших ямах станет неспокойно.

Со скалы хорошо была видна тропа, ведшая к реке со стоянки. Раньше по ней часто сновали женщины и дети, которые спускались за водой, но сейчас она была пуста.

— Айол!

Он не успел повернуться, когда ощутил сильную боль в спине.

— Аааа..

Он увидел, что один из его попутчиков собирается метнуть в него дротик, а второй приготовил копье. Айол сделал шаг и что есть силы, оттолкнувшись от скалы, полетел в текущую внизу реку.

— Так он умер? — Ахану не понравилось, что братья не нашли тело Айола.

— Он получил тяжелый дротик в спину и спрыгнул в реку. Мы обыскали все вокруг, но не нашли тело, его унесло течением.

— Завтра вы пойдете в ближние семьи и расскажете старшим охотникам, что мудрый Арху убедил «старых людей» покинуть равнину, в обмен на то, что он спас их детей они согласились. На обратном пути кто-то в Большой яме напал на него и он умер. Айол пошел по следам убийц, но сорвался со скалы и разбился.

Ахану нравился Айол, это был умелый охотник, который еще долгие годы добывал бы для семьи быков, оленей и кабанов. Но самой маленькой семье речного племени нужно спокойно охотиться в своей Большой яме, иначе им не выжить.

— Сколько нам нужно плотов?

— Шесть десятков, не меньше, — в голосе Старшей звучала уверенность человека, который много раз все перепроверил. — А готовы два десятка.

Андрей приуныл, придется снова отправиться за лесом в речную долину или лучше перейти туда вместе с лесовиками и свободными от охоты мужчинами? Тем более, если верить Арху со скрипучим голосом, то у них до отбытия заключен мир с речным племенем.

Лэпу, однако, идею делать плоты в речной долине сразу же отверг, для этого пришлось бы переместить туда всю стоянку, кто-то ведь должен лес рубить, добывать еду, вить веревки, вязать паруса. В итоге отправили за бревнами мужчин под началом Рэту, которые должны сплавить по реке необходимое количество бревен. Сам же Андрей решил провести несколько дней с Эсикой и детьми.

— Не ходи за ним по пятам, — Эсику находила смешной его чрезмерную опеку над ползающим везде маленьким Эритом. А вот Андрей не мог заняться своими делами и удивлялся легкомысленности своей женщины, поскольку ему казалось, что в любой момент малыш может покатиться вниз с пригорка, застрять в яме, упасть в реку с плота, на котором он обучал искусству управляться длинным веслом десятников. Раздался треск, это плот после неловкого движения рулевого врезался углом в пристань.

— Опять промахнулся, — слонявшийся от нечего делать по стоянке Энку прокомментировал неудачу длинноногого. — Пойдем на охоту, Эссу, скучно здесь.

— Поплывем на плоту на закатный берег реки, мы там еще не были. И Эхекку возьмем с собой.

Андрей согласился, лучше уж пройтись по заполненной запахами весенней степи равнине, чем тратить нервы, следя за малышом. Его женщина и дочь сами управятся.

— Вижу большеголовых быков, — легкий Эхекка залез на верхушку мачты и осматривал окрестности.

Пока пристали к берегу и закрепили плот за ствол ивы, бизоны куда-то ушли. Но можно пройтись до холмов, которые виднеются вдалеке. Андрею показалось, что на западном берегу реки разнотравье пышнее, чем на восточном. Возможно, это горы, с которых течет много мелких ручейков и речек подпитывают растительность необходимой влагой. Андрей совершенно расслабился и просто вдыхал ароматный воздух, затем, под возмущенными взглядами попутчиков долго собирал крупные красные маки на холме, набрав целую охапку цветов тут же разбросал их вокруг. Идиллию разрушил раздавшийся из-за холмов глухой рев.