Леонид Андронов – Принц из ниоткуда. Книга 1 (страница 115)

– Да подожди ты, – Алекс отстранил его. – Лира, обними его, так он быстрее успокоится.

Лира неуверенно протянула руки к мальчику, но только он оказался в её объятьях, она сразу же стала с материнской нежностью гладить его по голове и ласково шептать что-то на ухо. 'Наконец-то в ней проснулось что-то человеческое', – подумал я.

Постепенно он стал успокаиваться, но больше, чем указанное дрожащей рукой направление, мы от него не добились. Кассиан фыркнул и широко зашагал вперёд по коридору, заглядывая в каждую незакрытую дверь.

Навстречу ему немолодая горничная несла стопку постельного белья. Её душераздирающий крик оповестил о том, что она обнаружила что-то раньше Кассиана. Тот остолбенел от неожиданности.

Мы с Алексом обогнали его и побежали к горничной. Из комнат стали высовываться головы. Кассиан, едва справляясь со своей одышкой и плохо скрываемым раздражением, начал успокаивать постояльцев.

– Ничего не произошло, господа, – он даже попытался улыбнуться, – отдыхайте, пожалуйста, отдыхайте.

Алекс отвёл в сторону горничную, а я, быстро, чтобы никто не заметил, закинул в номер мгновенно пропитавшиеся кровью простыни, которые уронила женщина. Достав носовой платок, я осторожно его развернул и аккуратно закрыл дверь. Одного взгляда, брошенного туда, хватит на всю жизнь. Сзади подошёл Алакурти.

– Что? – в его выпученных глазах дрожала страшная догадка.

– Без полиции не обойтись, – подтвердил её я.

– Там? – он покосился на дверь.

– Там много крови, – ответил я, тщательно выговаривая слова.

– Катастрофа, – прошептал он. Его глаза были полны ужаса. – Кто будет звонить? – упавшим голосом спросил он и беспомощно посмотрел на меня. Но зря он надеется, я рисковать не стану.

– По-моему, Алекс лучше всех держит себя в руках, – я кивнул в его сторону. – А я прослежу, чтобы сюда никто не входил.

– Хорошо, – Алакурти зашаркал в его сторону. Он был подавлен. Ко мне подошла Лира.

– Что там?

– Нам лучше убраться отсюда, – занервничал я.

– Не паникуй, это ни к чему. Нам с тобой нечего бояться.

– Мы чужаки, нас сразу заподозрят.

– У нас железное алиби. Не бойся. В крайнем случае, нас выручит Алекс, – ответила она.

– Я в этом глубоко сомневаюсь, – я нервно сглотнул.

– У тебя есть основания?…

Я посмотрел себе под ноги. Каблук моего ботинка испачкался в крови. Кровь медленно ползла по полу.

– И всё же это не выход, – тихо произнесла она.

– Не хочу я встречаться с полицией. Она понимающе кивнула.

– Стой здесь, а я пройдусь, посмотрю, что здесь творится, – сказала она.

– Давай наоборот, – предложил я.

– Что, там настолько плохо? Я посмотрел ей в глаза.

– Вижу. Хорошо, иди.

Только отойдя от злосчастной двери на несколько шагов, мне стало немного легче. Хотя, конечно, до сих пор передёргивает, и мороз пробегает по коже. Поверьте, такое даже в фильмах не всегда увидишь, не то, что в жизни.

В этом номере зверски убили двух человек. Мужчину и женщину. Их бледные тела, впечатались в мою память навечно. Вокруг всё багровое. Стены забрызганы кровью, на полу тёмно-красное месиво, а посередине контрастом белеющая кожа.

Их пальцы – скрюченные в агонии, неестественно изогнутые, заломанные руки – всё это я наблюдал не больше секунды, но буду помнить в мельчайших деталях, наверное, до самой смерти.

Медленно ползущая на меня, по сантиметру растущая и страшно поблёскивающая чёрная лужа. Что может быть ужаснее этого? Волосы женщины размётаны по полу, белокурые пряди пропитались насквозь и стали тёмно-коричневыми.

Мужчина лежит поодаль на боку, закрывая руками голову. Его ноги согнуты в коленях. Он закрывался от ударов. Но ему это не помогло. Вместо лица – кровавая жижа. Под ним такая же чернеющая лужа крови. Мне показалось или я действительно увидел куски разорванного мяса… Кто это сделал? Неужели человек способен совершить подобное?

Я отчётливо видел эту шокирующую картину перед собой. С трудом сглотнул, снова переживая ужасное чувство, посетившее меня при виде случившегося. Ноги стали подкашиваться, мне стало дурно. Я жадно хватал ртом воздух.

Передо мной снова возникло то, что для меня было ужаснее, намного ужаснее вида изуродованных тел. Рисунок. Изображение, нарисованное на стене – настоящий сгусток ужаса, при виде которого содрогнётся даже опытный человек с железными нервами. На стене был выведен знак:

Признаюсь, у меня богатое воображение. Я могу представить маньяка-потрошителя, пишущего на стене: 'Извините за беспорядок', но существо, сумевшее с тщательностью художника выписывать кровью подобное, представить мне не по силам.

Он делал это, не торопясь. Не минуту. Я вижу, он смаковал и растягивал удовольствие. Потом он неспешно ушёл, бросив кисточку в лужу крови.

Любой в этом рисунке увидит лебедя или другую птицу. Но у меня ассоциация была иная. Это солнце. Кровавое солнце, на фоне которого выгнулась ядовитая змея, готовящаяся к прыжку.

Я склонился через перила и посмотрел вниз. Где-то опять брякнул колокольчик. Я вздрогнул, неприятный был звук. Глухой, настораживающий. Но я не стал отвлекаться. Благодаря знаниям, почерпнутым в многочисленных детективах, которые я когда-то смотрел и прочёл, я пришёл к выводу, что в бассейне под пальмами можно найти какие-нибудь улики.

Пока полиции нет, хоть кто-то должен помочь будущему следствию. Чтобы проверить свои догадки, я спустился вниз. В прозрачной спокойной воде, по поверхности дрейфовал единственный листочек. Ничего подозрительного я не обнаружил. Это меня не смутило.

Я поднялся с колен, отряхнул брюки и увидел, что те немногочисленные постояльцы, которые повыскакивали из номеров на крик и ещё не вернулись назад, глазеют на меня. Я поспешил удалиться со сцены.

Но от моего взгляда не ускользнула резко метнувшаяся в сторону бордовая шапочка коридорного на четвёртом этаже. Не разглядев его, и даже не подумав прежде, вооружён он или нет, я рванул за ним.

Растолкав на лестнице какую-то почтенную пару, наспех извинившись через плечо, я понёсся по ступенькам вверх. Второй этаж. Третий. Я кинулся на четвёртый, но вдруг остановился. Послышался тот же звук. Мне показалось, что вдалеке мелькнула белая одежда. Я прислушался. Кто-то вдалеке бубнил. Я прислушался.

– Идёт. Он идёт. Идёт. Он идёт, идёт, – это было что-то подсознательное.

Голос не чёткий и не явный. Я слышал его где-то внутри себя. Поколебавшись, я медленно спустился и стал вслушиваться в звуки, исходящие из того конца коридора. Неожиданно меня сзади толкнули. Если бы я был женщиной, то наверняка бы взвизгнул.

– Простите, – крепкий мужчина в строгом костюме поспешил на голос. – Служба безопасности.

– Где ты был раньше? – пробормотал я. Он засеменил по ковру.

– Идёт, идёт, – повторял едва различимый голос. Опять брякнул колокол. Из соседнего номера выглянула женщина.

– Что-нибудь случилось?

– Не беспокойтесь, это не заслуживает вашего внимания, – охранник пошёл ещё быстрее. Я сделал несколько шагов и поравнялся с ней.

– Я слышала звон колокольчика, – сказала она мне. – Вы ничего не слышали?

Я кивнул. Колокол брякнул снова. Охранник побежал. Я последовал за ним. Женщина вышла из-за двери.

– Идёт! – послышалось в комнате для персонала.

Человек из службы безопасности встал у двери и прислушался. Тихо. Он осторожно попробовал открыть дверь. Закрыто. Колокол брякнул дважды. Звук был густой, тяжёлый. Такие колокольчики одевают обычно на коров.

За дверью послышалось мычание, отдалённо напоминающее пение. Охранник вызвал по рации подмогу и стал выбивать ногой дверь. Я оглянулся. Любопытных не было. Все куда-то подевались. Только я, женщина из соседнего номера и Лира, напротив, через двор, следившая за нами со своего этажа. Я подошёл к перилам и посмотрел наверх. Никого не было. 'Минуту назад было столько людей' – подумал я.– 'Где все?'

Дверь стала поддаваться и отчаянно захрустела. Косяк стал ходить ходуном.

– Эй! – окрикнул меня охранник. – Помогите! Я поспешил к нему, и мы вразнобой стали долбить ногами по двери.

– Давайте вместе! – скомандовал он. – Три-четыре!

С третьего удара дверь раскрылась, стукнулась с размаху о стену и, отскочив, вернулась назад. Охранник резко открыл её левой рукой, одновременно вытаскивая пистолет правой. Я выглядывал из-за его плеча. Небольшое помещение отделяло комнату отдыха персонала от коридора.

Здесь стоял холодильник, и больше ничего не было. Дверь в саму комнату была закрыта, только в просвете щели, через которую пробивался свет, мелькала тень. Человек в костюме снял пистолет с предохранителя. Я затаил дыхание. Пинок по двери.

Глаза! Это были глаза полные безумия. Он стоял в своём белом одеянии, по колено забрызганном кровью. В руке он держал здоровый колокол, с которого тяжёлыми каплями срывалась густая чёрная кровь. Его стальное, зазубренное как фреза, солнце, висело на груди. Оно было испачкано алым и хищно поблёскивало на свету.

Эта секунда тянулась как вечность. Время завязло в данном моменте, как в трясине, но только оно выползло из него, события понеслись со скоростью молнии.

Человек метнул в охранника свой колокол и, наверное, раскроил ему череп. Тот повалился и сбил меня с ног. Убийца с лёгкостью лани перескочил через нас обоих и на секунду склонился надо мной.

Я был придавлен раненым охранником и не мог пошевелиться. Так страшно мне не будет уже никогда.