Леонардо Патриньяни – Мультиверсум (страница 31)

– Что ты хочешь сказать?

– Не факт, что вы такие одни. Может, есть и другие, подобные вам. На самом деле разумнее думать, что вы не одиноки. Беккер – один из вас.

Алекс встревоженно посмотрел на друга, а с улицы в этот момент послышался нарастающий шум: гудки, крики, сирены – казалось, город накрыла звуковая волна.

– Можно, я еще пороюсь в твоих бумажках? – спросил Марко, доставая из коробки очередную порцию рисунков.

Алекс тем временем выудил оттуда ежедневник в лиловой кожаной обложке. Он открыл его и сразу узнал мамин почерк. Это был ее дневник. Алекс начал листать страницы. Если не считать некоторых подробностей его младенческого периода жизни, таких как вес, рост, питание, сон и прочих моментов, дневник в основном был посвящен болезни.

Алекс посмотрел в окно. Город окрасился в серый цвет, густой туман опустился на улицы толстым одеялом. В доме напротив Алекс заметил женщину, которая перегнулась через подоконник и тянула на себя веревку с бельем. Этот будничный жест навел Алекса на мысль о том, что за последнюю неделю его жизнь перевернулась с ног на голову и что жизни всех людей, возможно, уже никогда не будут прежними.

– А вот это интересно, – пробормотал Марко, изучая следующий листок. – Послушай, что здесь написано: «Мне приснилось, что Дженни уйдет, что она меня бросит. Но это не ее вина. Однажды мы снова встретимся».

Алекс не мог поверить своим ушам. Все так и произошло.

– Марко, кем, черт возьми, я был в детстве?

– Особенным человеком, – ответил Марко, продолжая перебирать содержимое коробки. Вдруг его рука замерла на весу, словно он понял что-то очень важное.

– Возможно, бесконечные измерения синхронны, – сказал он, сощурив глаза, чтобы уловить ускользающую мысль, – как CD.

– При чем тут компакт-диск?

– Есть теории на эту тему. Когда я только начал интересоваться мультиверсумом, я наткнулся на одну такую. У CD есть начало и конец, то есть продолжительность звучания. Но если ты вынешь его из плеера, то в этот момент весь временной диапазон диска окажется у тебя в руках. Может, и вселенные синх… – Марко остановился, вытаращив на что-то глаза.

– А теперь что?

– Посмотри на это, – сказал он, протягивая Алексу лист бумаги. На рисунке была комната, и в ней два мальчика. Один сидел в кресле, и под ним было написано: «АЛЕКС». Второй сидел на стуле с большим колесом на переднем плане, рядом было имя «МАРКО». Мальчик в инвалидном кресле держал в руке лист бумаги, на котором можно было разглядеть этот же, только крошечный, рисунок. В правом нижнем углу стояла дата: декабрь 2014 года.

Алекс окаменел. Он не знал, что сказать. Его парализовала мысль: что бы он ни сказал сейчас, это с большой вероятностью уже было им сказано.

– Теперь ты понимаешь? – спросил Марко, в то время как шум, доносившийся с улицы, сменился клокотанием дождя, обрушившегося на город.

– Это мы. Это мы… сейчас! Я нарисовал эту сценку десять лет назад!

Алекс замер в потрясении и долго смотрел на пророческий рисунок, а затем начал качать головой, глядя себе под ноги. Марко лихорадочно перебирал другие рисунки. В этих бумагах могла быть написана их судьба, а может, и не только их. Через несколько секунд он остановился на смятом листочке.

– Нет… только не это.

– Что ты нашел? – спросил Алекс.

Марко не ответил, а просто протянул рисунок, чтобы он сам посмотрел. Взглянув на картинку, Алекс побледнел. В правом углу – шар с коричневыми пятнами в обрамлении синих пятен размером побольше. Толстая карандашная линия выходила за пределы контура. Шар был похож на планету, которая вполне могла быть Землей. Алекс перевел взгляд в левую часть рисунка. Еще один диск, только ярко-красный, от него отходил хвост, поэтому было понятно, в каком направлении летит это небесное тело: прямо к большой голубой сфере. Внизу справа стояла дата.

– Завтра, – сказал Марко, – к Земле. Это уже случилось, и это произойдет снова.

– Нет, неправда, я не верю. Это ошибка.

– Алекс, это не ошибка! – Марко взял несколько рисунков и один за другим показал их Алексу. – Ты нарисовал параллельные реальности, в которых побывал за последние несколько дней. Пирс, Мэри Томпсон…

– Мы что, умрем? – спросил Алекс едва слышно.

Выражение лица Марко вдруг стало меланхоличным.

– Да, думаю, что да.

В это мгновение перед Алексом, как проекция, возник образ, который как будто был в нескольких шагах от него, в комнате рядом с Марко. За своим столиком с картами в руках сидел малайский гадальщик.

Слова мужчины звенели в голове Алекса, как связка праздничных колокольчиков, его пронзительный взгляд гипнотизировал.

«Все мы в большая опасность… Ты важный».

– Не может быть, – прошептал Алекс, глядя на упавший рисунок. – Как получилось, что эту комету никто не заметил? Ты ничего о ней не знаешь?

– Небольшой метеорит можно увидеть даже за несколько дней до падения. Но такой не устроил бы конец света, предсказанный Беккером. Очевидно, речь идет о большом астероиде.

– Ну вот, значит, это ошибка, рисунок не…

– Алекс, большой астероид можно засечь очень задолго до столкновения. Но… его могут держать в секрете.

– Что это значит? Мы все умрем, а нам ничего не говорят?

– Если они построили город-бункер или что-то в этом роде, им невыгодно устраивать панику на всей планете.

– Но планета и так в панике! Даже без всякого астероида…

– Конечно. Они поняли, что в третьем тысячелетии такую новость трудно скрыть. И поэтому не нашли ничего лучше, как отключить все средства связи за несколько дней до катастрофы.

– Но кто это – они? О ком ты говоришь?

– Я не знаю, кто они, Алекс! Я просто знаю, что интернет не исчезает случайно и в один момент. Творится что-то неладное. Кто-то и правда сможет спастись, а кто-то заблуждается, думая, что спасется. А у вас… у вас с Дженни, может быть, есть шанс.

Произнося эти слова, Марко вспоминал, что ему сказал профессор: «Они могут спастись, но смерть все равно их настигнет».

Алекс глядел куда-то в пустоту. Все, что он успел увидеть и пережить до этого дня, скоро могло перестать существовать. Марко стукнул по столу и продолжил:

– Беккер не сумасшедший. Все возвращается. И если, добравшись до Мемории, вы сможете себя спасти, просто сделайте это. Ты должен найти это место.

– Я даже не знаю, с чего начать.

– Тогда возвращайся к Дженни. Одно известно точно: вы должны найти ее вместе. Сможет ли кто-нибудь еще спастись, не знаю. Лично я, понятное дело, обречен.

Алекс продолжал глядеть прямо перед собой, пока еще мог сдерживать слезы. Потом он встал, наклонился вперед и крепко обнял друга.

– Нет.

– Алекс, я обречен. Я не умею прыгать по другим измерениям и не способен видеть будущее. Я нормальный человек и умру, как и все нормальные люди.

Алекс ничего не ответил. Он знал, что Марко прав. И думал, что и его судьба почти наверняка будет такой же. Ну а пока он должен вернуться к Дженни и попробовать найти Меморию, где бы она ни была.

– Марко, я тебя люблю. Но ты мог бы…

Марко покачал головой, прерывая:

– Ты должен это сделать. Это твой путь. Ты можешь пойти к ней. Можешь перейти границу измерения. Кто знает, вдруг в ее реальности ничего такого не произойдет. А может, дар тебе для того и дан, чтобы сбежать отсюда. А мне все равно кранты. Иди, Алекс! Нельзя терять время.

– Это невыносимо. Я не хочу оставлять тебя здесь одного.

– Уходи! Не зли меня. Терпеть не могу, когда меня жалеют!

Алекс смотрел на Марко опухшими от слез глазами.

– Пока, дружище. Что бы ни случилось завтра, ты всегда будешь здесь, – сказал Алекс, положив руку себе на грудь. Затем он повернулся и молча пошел к входной двери.

Марко смотрел, как он уходит. Перед его глазами пронеслись все годы их дружбы, воспоминания обрушились на него с силой циклона. Он снова увидел, как они смеялись, сидя за видеоиграми. Вспомнил ночи, когда они читали страшилки при свете свечей. Снова увидел объятия и слезы на похоронах бабушки, когда рядом с ним был его единственный друг Алекс. Как и всегда.

Тот, кто был для него больше чем брат, сейчас уходил, чтобы никогда не вернуться.

– Подожди! – крикнул Марко, когда Алекс уже закрывал за собой дверь. Это одинокое слово прозвучало вдруг неожиданно весело и бодро. Алекс удивленно развернулся и пошел обратно. Через секунду он был в комнате.

– Ты что-нибудь придумал?

Марко смотрел на Алекса торжествующе, его глаза сияли.

– Возможно, я понял, что такое Мемория.

Глава 31

– Прямо так вдруг взял и понял? – Алекс стоял перед своим другом.