Леонардо Патриньяни – Мультиверсум (страница 10)

Экран мобильного телефона Алекса внезапно засветился, когда он пил жидкий кофе из большого картонного стакана.

– У меня есть кое-какие соображения… Конечно, все это покажется тебе абсурдом и ты наверняка пошлешь меня куда подальше… Но если принять тот факт, что ты не шизик, то у этой загадки есть только одно решение. Единственное, на котором стоит сосредоточиться, чтобы продвинуться дальше.

– Говори, я слушаю.

– Речь идет о том, что человеку еще мало известно.

– Я отмахал половину земного шара, чтобы поговорить с девушкой, с которой общаюсь только мысленно… Так что я готов ко всему.

– Тогда скажи мне, когда у тебя начались приступы?

– Ты же сам знаешь, что четыре года назад.

– Хорошо. Ты начал слышать голоса, видеть образы. В голове все путалось, общение с той стороной было сложным и часто малопонятным. Верно?

– Да.

– Со временем вы с Дженни усовершенствовали технику общения и смогли лучше обмениваться информацией, узнавать что-то новое друг о друге.

– Зачем ты рассказываешь мне то, что я и так знаю?

– Дослушай! В последние месяцы ситуация изменилась. Вы стали общаться без боли и обмороков, исчезли помехи от голосов и образов, которые не имеют ничего общего с вашей жизнью. Ваши короткие разговоры постепенно стали понятнее.

Алекс вспомнил тот сеанс связи, когда ему впервые удалось не упасть в обморок. Сидя в университетской библиотеке, он услышал голос Дженни и подумал, что парит в невесомости, в то время как его тело застыло на деревянном стуле.

– К чему ты клонишь?

– Дженни подтвердила, что существует, назначив свидание в незнакомом тебе месте на Земле. А еще, как ты мне рассказывал, она сообщила тебе факт, о котором ты не мог знать…

– Имя мэра Сиднея.

– Точно. Следовательно, Дженни существует. И она живет там, где сказала, – в Сиднее.

– Но ее не было на Альтона-Бич! Она сказала, что она там, но вокруг никого не было!

– Алекс… Дженни была на причале.

Мимо ларька с пиццей на полной скорости промчался мальчик на скейтборде и ловко запрыгнул на бордюр тротуара. Алекс взял рюкзак, подошел к стойке, достал предоплаченную карту и передал ее продавцу, даже не взглянув на цену на дисплее кассы.

– Ты еще там? – спросил Марко.

Алекс кивнул, прощаясь, и отошел от ларька. Оперся локтями о низкий парапет, тянущийся вдоль набережной. На залитом солнцем океане сверкала золотая рябь.

– Марко… что, черт возьми, ты говоришь?

– Именно то, что ты слышал. Что отныне мы должны смотреть на вещи по-другому, мой друг.

– Может, я и идиот, но, насколько мне известно, если человек стоит на пирсе перед фонарным столбом и я стою на том же пирсе перед тем же гребаным фонарным столбом, то я этого человека вижу!

Марко улыбнулся, перебирая листы со своими заметками на столе. Он выудил из Сети уйму информации, и клавиатура «Мака» была завалена стопками бумаг. Порядок он наведет позже.

– Ладно, я приведу тебе маленький пример, чтобы ты понял, о чем я говорю.

– Попробуй.

– Десять лет назад меня не парализовало ниже пояса после того несчастного случая. Машина съехала вниз по склону, но врезалась в дерево, которое только смяло капот, оставив моих родителей в живых, а твоего друга целым и невредимым.

– Это твои фантазии?

– Я представляю себе возможный сценарий развития событий. Такое ведь могло быть?

– Ну да… наверное. Я хотел бы, чтобы все было так. Но, к сожалению, это только мечты.

– Но ты согласен с тем, что в жизни каждого случаются какие-то события, которые кардинально меняют ход судьбы?

– Конечно.

– Есть серьезные, как моя авария, а есть и другие, которые кажутся незначительными, но вовсе такими не являются. Нет ничего, что не имело бы значения. Понятие важности относительно. С того дня для меня все изменилось, потому что я потерял родителей и возможность ходить. Для президента США, например, страшен разразившийся скандал, не позволивший ему переизбраться. Для каждого из нас у жизни припасены сотни разных критических моментов.

Алекс внимательно слушал друга. Его слова напомнили о «теории линий», которую Алекс выдумал, наблюдая за людьми в Шарль-де-Голле. Каждый человек был дорогой. Получается, десять лет назад, после той аварии, путь Марко резко свернул в сторону. Все, что могло произойти в его жизни, из-за этой трагедии пошло совсем по другому маршруту.

– Теперь попробуй представить, – продолжал Марко, – что в какой-то гипотетической реальности я не был парализован в той аварии, моих родителей не сдавило в металлической коробке и они не погибли. Где бы я сейчас был?

– Не знаю… Был бы в своем доме с семьей, гулял бы… Зачем ты задаешь мне эти вопросы?

– А что, если бы этот сценарий существовал?

– В смысле?

– Я живу где-то со своей семьей, хожу, бегаю, а ты, скорее всего, меня не знаешь.

– Где-то – это где?

Марко глубоко вздохнул, прежде чем произнести понятие, лежащее в основе его исследования.

– В альтернативном пространстве-времени.

Несколько секунд Алекс молчал. Далеко на горизонте уплывающий корабль медленно уменьшался, исчезал, словно его поглощал океан. Алекс смотрел на черную точечку до тех пор, пока она не растворилась полностью.

– Марко, при чем тут это? Какое, на фиг, альтернативное пространство-время?

– Параллельная реальность. Мир, точно такой же, как тот, в котором мы живем, очень похожий на наш, но в котором мы пошли… другим путем.

Алекс посмотрел на небо и зацепился взглядом за облако забавной формы – оно напоминало профиль старого мудреца с длинной бородой и сигарой во рту.

– И ты, и Дженни, – продолжал Марко, – возможно, в прошлом вы что-то сделали. Или, наоборот, чего-то не сделали… в параллельной вселенной, где существуешь ты и существует она, но где ее жизнь, как и твоя, могла пойти по другому пути.

– Марко, я даже не знаю, как ты до такого додумался! И я не знаю, как эта твоя фантастическая теория может мне сейчас помочь. Я разговариваю с Дженни в своей дурацкой голове, вот в чем штука! Проблема в том, что я чокнутый.

– Алекс, послушай меня! Два дня назад ты отправился в путешествие, которое должно было привести тебя к Дженни. Это она дала тебе направление, назначила место встречи. Сегодня утром она, как и ты, была на пирсе. Вы оба стояли перед тем фонарем. Но в параллельных измерениях.

– Параллельные измерения… О’кей, Марко, я понял. Хорошая история. Правда. На этот раз, старик, ты превзошел самого себя! – Тон Алекса был насмешливым и безнадежным одновременно.

– Я ничего не выдумываю, чувак! – возмущенно воскликнул Марко. – На эту тему написана масса научных статей, куча книг и исследований. Я интересуюсь этим уже много лет, со дня аварии, с тех пор, как впервые задал себе один вопрос.

– Какой?

Марко помолчал несколько секунд, прежде чем ответить. В его голове в поисках порядка толпились тысячи слов.

– Существует ли мир, в котором мы в тот день остались дома и где я хожу как нормальный человек? Мир, где мои родители все еще живы…

– И ты нашел ответ?

– А то.

Голос Марко дрожал, разговор вызвал в нем сильные эмоции. Прежде он никогда ни с кем не делился тем, что узнал в результате своих изысканий. Никому, даже Алексу, он не говорил, что именно несчастный случай побудил его начать такого рода исследования.

– Это мультиверсум, Алекс.

Глава 12

После короткого и непонятного мысленного диалога с Алексом Дженни вернулась домой. Она пробыла на пристани еще десять минут, а потом решила, что ждать его больше не имеет смысла.

В доме Грейверов стояла тишина. В прихожей Дженни сняла жакет, протянула руку и на правой стене рядом с входной дверью нащупала выключатель. Лампа осветила пару репродукций импрессионистов, подставку для зонтов из кованого железа, старинный секретер, коврик с изображением двух обнявшихся бордер-колли и лестницу на второй этаж.

«Почему?» – подумала Дженни, поднимаясь наверх. Оказавшись у себя в комнате, она захлопнула дверь и сняла сапожки. Потом села на край кровати.

По щекам покатились первые слезинки. Дженни прижала к лицу подушку, а затем яростно швырнула ее в шкаф.