Леон Виндшайд – Что делает нас людьми (страница 20)
Самосострадание работает иначе. В ходе ряда экспериментов, проведенных в Калифорнийском университете в Беркли в 2012 году исследовательницами Джулианой Брейнс и Сереной Чен, изучалось влияние самосострадания на мотивацию студентов[165]. Участникам эксперимента предлагался сложный языковой тест; и всем, независимо от реального результата, сообщили о неудаче. Те, кого впоследствии попросили отнестись к себе с самосостраданием и снисходительностью, затратили на 33% больше времени на учебу, чтобы подготовиться ко второму, аналогичному тесту, чем контрольная группа, призванная думать о своих сильных сторонах.
В ходе следующего эксперимента новые участники должны были вспомнить момент из прошлого, когда они чувствовали свою вину или им было нехорошо на душе. После этого испытуемых разделили на три случайные группы. Участников первой попросили написать несколько кратких фраз, исполненных самосострадания и дружелюбия, в связи с собственной оплошностью. Участники второй должны были написать короткий текст с акцентом на успехи в прошлом. Третья группа, исключительно контрольная, писала текст о каком-либо хобби. Выяснилось, что участники первой группы, по сравнению с обеими другими, имели явно более высокую мотивацию, чтобы извиниться за свои ошибки, поразмышлять над ними и никогда их не повторить. Проявить самосострадание после того, как поступили неправильно, сожалеть о содеянном — значит сбросить гору с плеч. Мы избавляемся от давления, потому что нам уже не нужно бояться назначенного нами самими наказания и слишком резкой критики. Тот, кто всю жизнь обрушивается на себя с беспощадной самокритикой, предполагая, что так он продвинется в жизни, на самом деле закапывает глубже собственную силу.
Чувство самосострадания мотивирует, мы даем себе более реалистичную оценку, нам не приходится бояться собственных уколов, возрастает готовность работать над собой. Предположительно именно поэтому исследователям удалось продемонстрировать, что людям, проявляющим сострадание к себе, легче бросить курить, сбросить лишний вес или при необходимости пройти лечение[166]. В ходе эксперимента австралийским женщинам предъявлялись фотографии натренированных, стройных, молодых моделей из глянцевых журналов[167]. Подписи под изображениями гласили: «Эта женщина стройнее меня» или «Я бы хотела иметь такую же фигуру». После ознакомления с фотографиями часть женщин проделали упражнение по развитию способности к самосостраданию: они должны были написать несколько положительных высказываний о своем весе, внешности и фигуре. Единственное, что требовалось от текста, — быть написанным в поддерживающем и сострадающем ключе. Как и ожидалось, женщины в этой группе принимали свое тело легче, чем в контрольной. Одновременно у них проявлялась более высокая мотивация к работе над собой. Чувство самосострадания, с одной стороны, освобождало от гнета, а с другой — давало импульс. В отличие от самосострадания, самокритика гонит нас вперед за счет страха перед наказанием. Самосострадание — более экологичный вариант. Пережив удар, мы снова входим в раж, желая почувствовать себя хорошо. Страх перед неудачами ослабевает, потому что ошибки не только неизбежно признаются, но и дают возможность учиться на них.
Слишком долго западная психология не замечала возможности применения дальневосточной идеи
Мы все так привыкли к голосу самокритики, звучащему в нашей голове, что часто даже не замечаем его. Именно поэтому первым делом нам следует прислушаться. Слышим ли мы повторяющиеся фразы или мысленные схемы? Напоминает ли нам голос какого-то человека из прошлого, который проявлял особенную строгость по отношению к нам? Самосострадание связано со сдерживанием автоматической критики. «Речь не о том, чтобы относиться к себе слишком лояльно, — поясняет профессор Лири, — а о том, чтобы относиться к себе не так резко».
Мы так привыкли к голосу самокритики, что почти не замечаем его, поэтому в первую очередь нам стоит прислушаться. Встречаются ли повторяющиеся фразы или мысленные схемы? Напоминает ли голос человека из нашего прошлого, который был особенно строг с нами? Самосострадание означает умение сдерживать критику, возникающую автоматически. Кристин Нефф идет дальше и рекомендует позитивно смотреть на вещи, одновременно избегая лгать себе. Голос критики не стремится нам навредить, он желает нам лучшего, напоминая, что слишком большое количество мороженого вредит здоровью, а неудачников не повышают по службе.
Однако не следует сразу считать себя «глупым», «жирным» или «слабаком». Мы привыкли проявлять сострадание к другим людям, и этим нам следует руководствоваться.
Что мы ответим подруге, которая делится своими тревогами? О чем мы спросим ее? На что обратим ее внимание? И прежде всего — каким тоном мы будем вести разговор? Эти вопросы я задаю себе, когда замечаю, что в моей голове снова начинает закручиваться спираль самокритики. Я пытаюсь взглянуть на себя глазами своего друга. Такая смена перспективы помогает развить по отношению к себе дружелюбие и сострадание. Кристин Нефф рекомендует выполнять упражнения для выработки навыка самосострадания. Например, можно фиксировать ситуации, в которых мы себя осуждали или были чрезмерно строги к себе, и формулировать в ответ на это доброжелательные мысли. В сложных ситуациях можно для успокоения приложить ладонь к груди в области сердца. Это классическое упражнение на концентрацию, которое помогает восстановить гармонию души и тела.
Возможно, нам и не нужны активные тренировки в самосострадании. Достаточно понаблюдать за тем, как мы поступаем с собой. Резко, нейтрально, а может, даже дружелюбно? Марк Лири говорит о некоем балансе между строгостью и благосклонностью, который все мы можем найти для себя. «Как бы ни прекрасна была наша жизнь, недостаток самосострадания всегда стоит на пути к счастью, — говорит мне Лири. — Мне необязательно иметь высокий уровень самосострадания. Я просто не хочу, чтобы он был низким. Это как со здоровьем: пусть оно не будет идеальным, но и болеть я тоже не хочу». Таким образом, нет нужды постоянно призывать к самосостраданию. Если у нас всё хорошо, оно и не нужно. Благодаря научным открытиям и в первую очередь рекомендациям Марка Лири со временем я пережил перемены, которые можно сформулировать в одном предложении: оказавшись на земле, я стараюсь вместо пинков проявить дружелюбие к себе. Как минимум чуть больше дружелюбия, чем я проявлял раньше. Это способствует не только улучшению моего самочувствия, но и моему движению вперед.
«Я старею, — спокойно поведал мне на прощание 66-летний профессор. — При этом я не становлюсь ни капли приветливее к себе. С другой стороны, я уже не так вредничаю, как раньше. Мне кажется, в этом и есть суть». Я и сам в этом убедился и благодарен Марку Лири за то, что он приоткрыл доселе неизвестную мне сторону tsewa, научив невозмутимому взгляду на это качество.
Неподходящий корсет. Многочисленные пути нашей печали
Взгляни, скорбь — скорбящему одно лишь утешенье.
Госпожа Янг пробегает недоверчивым взглядом по холмам и деревьям парка. «Где же ты?» — робко спрашивает она у тишины. Вдруг из-за поленницы выбегает маленькая девочка со светящимися глазами. «Мама! — зовет она. — Где же ты была? Ты меня вспоминала?» Госпожа Янг рыдает. И хотя она несколько лет не видела дочь, она сразу же узнаёт ее, одетую в любимое фиолетовое платье. «Мама тоже скучала по тебе, моя дорогая Найеон». Госпожа Янг опускается на корточки, раскрывает объятия и хочет погладить дочь по головке. В эту минуту парк, ландшафт и Найеон растворяются в воздухе. Госпожа Янг остается сидеть перед экраном в телевизионной студии. На ней — очки виртуальной реальности и оборудованные сенсорами, связанные с помощью кабеля перчатки. Мы возвращаемся в реальную жизнь, где три года назад маленькая Найеон умерла от лейкемии.
Корейский телеканал MBC привлек целую команду специалистов, чтобы «оживить» Найеон в виде цифрового клона для документального фильма Meeting you («Встреча с тобой»)[169]. Так на основе точной информации, полученной от мамы, возник компьютерный образ девочки. Результат оказался поразительно реалистичным. Волосы девочки развевались на ветру, платье колыхалось в соответствии с ее движениями. Дотрагиваясь до цифровой дочери с помощью сенсорных перчаток, госпожа Янг ощущала сопротивление. Они вдвоем бегали по парку, играли, как прежде, и праздновали день рождения Найеон. В конце анимированная дочь, улыбаясь, протянула матери белый цветок. «Мама, видишь, у меня больше ничего не болит», — спокойно сказала она, а потом легла на траву и мирно заснула. Мама снова разрыдалась.
История госпожи Янг, облетевшая мир в 2020 году, была прокомментирована в Сети тысячами пользователей. Все безоговорочно признавали ее право на этот опыт, но такое отношение к скорби периодически подвергалось сомнению. Многие предостерегали, что подобная встреча может только навредить матери, повлечь депрессивные состояния. Другие советовали госпоже Янг отпустить ситуацию, чтобы свыкнуться с потерей. Мать встречает своего умершего ребенка — и слезы, вызванные этим событием, встают комом в горле. Но в тот же миг у многих людей, очевидно, формируется мнение об этом. Некоторые считают неуважением переводить скорбь в компьютерное измерение. Другие видят в ней нечто интимное, не предназначенное для широкой общественности посредством телевидения.