Леока Хабарова – Сага о Ледорезе. Книга 1. Хозяйка Седых Холмов (страница 8)
– Ты зачем меня спасла? – прохрипел, разглядывая девчонку. Мордашка её, хоть и милая, явно не дотягивала до идеала красоты: бледные щёки без малейшего намёка на румянец, острый подбородок, высокий лоб, глаза какие-то бесцветные совсем…
– А ты? – ответила блаженная вопросом на вопрос. – Ты меня для чего на дерево лезть заставил? Защитить хотел?
Марий хохотнул на своей ветке:
– Ну, точно не от мира сего! Не видит очевидного, бедняжечка!
Яромир помрачнел. Отвернулся.
– Мне нужен проводник, – сказал он.
– Ах, вон оно как… – показалось, будто ответ её расстроил. Но Ледореза это не слишком заботило. Волновало другое.
– Почему они ушли?
– Кто?
Вот же… блаженная!
– Волколаки. – Яромир решил устроиться поудобнее и тут же сморщился от боли. – Они могли порвать тебя на лоскуты. Но ушли. Почему?
– Сейчас скажет, что дубиной распугала! – фыркнул Марий.
Яр злобно зыркнул на призрака, а девушка проследила за его взглядом и нахмурилась.
– Отвечай, – одёрнул Ледорез, и чудачка вздрогнула. Растерянно моргнула, но быстро собралась и, повернувшись к нему, выпалила:
– О! Всё просто! Я служу в замке. Они знают мой запах. Точнее, не мой, а…
– Хозяйки? – предположил Яр.
– Угу, – кивнула девушка и задумчиво сморщила лоб. – Знаешь, вообще странно, что они на тебя кинулись. Оборотни чуют злобу в сердце, а ты вроде совсем не злой. Ты ведь не злой, правда?
Ледорез предпочёл оставить вопрос без ответа и угрюмо уставился на пляшущие языки костра. Чудачка хмыкнула и покачала головой.
– Ты голоден? – спросила она, когда молчание опасно затянулось. – У меня с собой немного хлеба и козий сыр.
– Ешь сама, – бросил Яр, но едва Снеженика извлекла из кармана плаща свёрток с яствами, желудок предательски заурчал.
– Держи. – Без церемоний и едких шпилек она всучила ему половину краюхи. – Сейчас сыру отломлю. Пить хочешь?
ГЛАВА 9.
Яромир проснулся оттого, что замёрз, и это было странно. Точнее, замёрз-то он вполне закономерно: костёр потух, угли остыли, и промозглая лесная сырость добралась до самых костей. Пугало другое – он спал так крепко, что не заметил, как кинжал выпал из разжавшихся пальцев. И… никаких кошмаров. Совсем. Никаких голосов, осклизлых чёрных щупалец, зловещих теней и прочих страхов. Даже бойня у башен не пригрезилась, а уж она, родимая, снилась еженощно. Вот ведь…
Ледорез сел, проморгался и стёр кулаком натёкшую слюну. Надо же было так вырубиться! Сколько же он, интересно, проспал? Час? Два? Сутки? Яр машинально вскинул голову, но, приметив за ветвями белый бок луны, вспомнил про долгую ночь.
"Время здесь замирает, а иногда поворачивает вспять", – так сказала девчонка.
Девчонка… Она запросто могла сбежать, пока он дрых, как суслик в спячке. Или даже перерезать глотку. Однако ни того, ни другого не произошло: блаженная мирно сопела, кутаясь в красный плащ. Пару секунд Яромир созерцал её мерное дыхание, а потом отправился к зарослям боярышника справить малую нужду.
– Давно проснулся? – чудачка зевнула во весь рот и сладко потянулась, когда он, оправляясь, вернулся к кострищу.
– Я не спал. – Ледорез опоясался ножнами.
– Что, даже глаз не сомкнул? – спросила с хитринкой в голосе.
Может, не такая уж она и блаженная?
– Не сомкнул.
– Даже чуточку? – девица прищурилась. – Даже самую малость?
Яромир ухватил её за плечи и рывком поставил на ноги.
– Пошли.
– Пошли? – она захлопала ресницами. – Так сразу? Не могу я так! Сперва надобно… ох!
Девчонка запнулась и залилась краской. Вот же…!
Яромир мысленно выматерился и указал подбородком в сторону боярышника.
– Бегом, – сказал он. – Задержишься – пойду следом, так и знай.
– Экий изверг, – буркнула чудачка, однако спорить не стала: подобрала юбки и зашагала в кусты. – Отвернись!
Ругнувшись уже в голос, Ледорез выполнил её просьбу. Угораздило же связаться с бабой!
– А она ничего, да? – Марий мягко спружинил с ветки. Сидел он там всё это время или появился только что – оставалось только догадываться. Призрак одёрнул чёрный стёганый дублет и хмыкнул. – Хотел бы я взглянуть на её сокровища. На те, что под платьем. А ты?
– Мне это не интересно. – Яромир сложил руки на груди.
– Ох, не заливай! Что, скажешь, даже в голову такого не приходило?
– Не приходило.
Марий скривил губы.
– Монахом решил заделаться?
– Не твоё собачье дело.
– Очень даже моё, – возразил покойник и менторским тоном добавил: – Тебе нужна женщина. Исключительно здоровья для.
– Не нужна.
– Яромир… – Марий посерьёзнел. – Перестань хоронить себя заживо. Это ничего не изменит.
– А что? – хрипло выцедил Ледорез, закипая. – Что изменит?
– Яр…
– Не называй меня так! – выпалил он громче, чем рассчитывал. – Уйди! Исчезни! Тебя нет! Ты мёртв! Оставь меня! Оставь меня в покое!
"Оставь меня! – откликнулось странное эхо тысячей голосов, и тёмная ночь стала ещё темнее. Огромная туча закрыла луну. – Оставь! Оставь! Оставь!"
Лес вокруг завыл, задрожал. Туман обернулся дымом. Вместо редких снежинок с небес посыпался пепел.
"Оставь их! Иди к нам! – звали голоса, а густая чернота ползла по чахлой прошлогодней траве, покрывая зловонной гнилью кусты и деревья. – Иди к нам! Сюда! Сюда!"
Яр тяжело задышал. Он знал, что сейчас произойдёт: это повторялось из раза в раз. Из вязкой, точно патока, мглы возникнет бесформенное нечто. Оно протянет к нему скользкие трёхпалые конечности, и тогда…
– Ледорез?
Вместо грязевых лапищ из беспроглядного мрака возникли тонкие женские руки.
– Ледорез!
Прохладные ладошки коснулись лица, и ядовитый сумрак вмиг рассеялся. В мир вернулись звуки, краски и запахи.
– Что с тобой? – девчонка наклонила его физиономию, вынуждая посмотреть в серые, как зимнее озеро, глаза.
Яромир моргнул и высвободился из плена тонких пальцев.
– Ничего. – Севший голос предательски дрогнул. Яр огляделся: от наваждения не осталось и следа. Даже Марий, и тот исчез. – Пошли.
Он повернулся и зашагал вперёд.