Леока Хабарова – Хозяин Седых холмов (страница 5)
− Умно, − кивнул Мастер. − Вниз по реке до Дивноозера седмица, не больше. А уж оттуда по Старому тракту напрямки рукой подать. А уж если через лес срезать…
Яромир поморщился. Насрезался уже. Чуть совоглазьим обедом не стал.
− Вот только до истока доехать − не баран чихнул, − продолжил Глава. − Тухлые топи − место гиблое. Опасное.
− Не впервой.
− И всё-таки… Гниломорды осенью голодные, сам знаешь. Сбиваются в стаи, рыщут по трясинам. Жрут, кого ни попадя.
− Справлюсь.
− Не сомневаюсь. − Мастер поймал его взгляд. − Видел, как ты давеча клинки вострил. Дело хорошее: супротив гномьей стали ни один гниломорд не выстоит. И всё же, рисковать не стоит.
Яр заметил, как Марий скривился и тихо ругнулся.
− Я дам тебе в помощь Горыню, − припечатал Глава Гильдии тоном, не терпящим возражений. − Мальчишка поедет с тобой. Сопроводит до истока, а потом вернётся в Гильдию. Так надёжнее.
Ледорез дёрнул краешком губ. Всё просто и без затей: Мастер раскрыл имя заказчика, а теперь навязал конвоира. Да так, что не отвертишься. Вот же…
− Он знает? − спросил Яромир.
− Узнает. − Наставник поднялся, ухватившись за поясницу. − И придёт в полный восторг, не сомневайся. Вот держи… − он сунул Яру в ладонь увесистый кошель. − На карманные расходы.
− Мне не нужно.
− Лишним не будет, − небрежно отмахнулся Глава и двинул в сторону конюшни. − Пойдём, подберём тебе достойного жеребца. Твоя кобыла годится только пашню боронить.
Ледорез вознамерился сунуть дарёную мошну за пазуху, но тесёмка развязалась, и богатства рассыпались. Не все. Всего лишь пять блестящих кругляшей.
Пять серебряков…
Яр матюгнулся, присел и, пошарив в серо-бурой дорожной пыли, собрал монеты.
Пока он возился, Великий Мастер заметно оторвался − пришлось догонять. Полумесяц шагал рядом, нога в ногу.
− Как думаешь, скоро он посадит тебе на хвост Ловкача? − спросил призрак, когда Мастер свернул к стойлам, и тяжёлые сапоги с оковкой застучали по деревянному настилу.
− Уже посадил, − мрачно отозвался Яромир. Он засёк Ловкача не сразу, но всё-таки засёк. Лучший гильдейский разведчик почти полностью слился с тенью центральной башни, и Ледорез ни за что не заметил бы его, если б не трюк с монетами.
− Похоже, будет весело, − хмыкнул Марий.
− Похоже на то, − со вздохом согласился Яр и нырнул в пропитанную запахом навоза и сена конюшню.
ГЛАВА 5
Жеребец был могуч, высок и ладен. Чёрная грива блестела, гнедая шерсть лоснилась, под кожей перекатывались мускулы. Великолепное животное. Под стать седоку.
Горыня остался доволен выбором. То и дело гладил коня по шее, угощал вкусностями, увещевал ласковыми словами, когда тот упрямился, и периодически спешивался, давая роздых. Даже имя ему придумал. Буран. Хорошее имя. Подходящее.
Каурая восприняла жеребца равнодушно. Глядела, как на кусок навоза, и даже ухом не вела. Буран же проявлял к ней заметный интерес. Ровно до тех пор, пока она его не цапнула…
− В треть свечи к северу тропа. − Раскрасневшийся Горыня резко осадил жеребца, и Буран привстал на дыбы. − По первому взгляду надёжная, но разведать надобно.
Яромир кивнул и задал Каурой нужное направление. Как ни крути, приходилось признать − Горыня не Преслава, и пользы от него куда больше, чем мороки. Всё ж таки, он − наймит из первой пятёрки, а не сбежавшая из-под венца непутёвая княжна.
− И всё равно от него надо отделаться, − проговорил Полумесяц, когда рыжий молодец, пришпорив коня, умчался вдаль.
− Он гнёт подковы голыми руками, − отозвался Яр. Каурую он пустил шагом: ни к чему лететь, когда кругом трясина.
Они ехали через болота весь день, и Ледорез уже одуревал от вони. Так пахнут яйца, если забыть их на солнцепёке.
− Полезный навык. Без него нынче никуда, − проворчал Марий.
Яр понимал скептический настрой товарища. Мастер прямым текстом сказал, что Горыня беспрекословно выполняет приказы. Вот только не уточнил, чьи именно.
Тухлые топи простирались до самого горизонта. Смрадные, унылые, заросшие болотником и серым мхом, они могли засосать беспечного путника в одно мгновение.
Мавкам бы здесь понравилось…
Каурая плелась вперёд, осторожно ступая по зловонной жиже. Она похрапывала, стригла ушами и всячески выражала недовольство происходящим.
− Думаешь, Ловкач бродит где-то рядом? − Марий нахмурился, вглядываясь в беспросветную серость.
− Не исключено, − ответил Яр, хотя на самом деле всерьёз подозревал, что Мастер отправил разведчика на обгон. Сам он поступил бы именно так.
− Даже если так, твой спутник сполна его заменит, − Полумесяц вздохнул. − Жалко. Горыня − хороший парень.
Ледорез смерил товарища тяжёлым взглядом.
− Я не собираюсь его убивать.
− Я тебя об этом и не прошу.
Яромир и Каурая фыркнули одновременно. Призрак покачал головой, но тут же вскинулся. Остановился и прищурился.
− Слышал?
Ледорез натянул поводья и напряг слух, но тщетно: бульканье болотного газа да чавканье торфяника под копытами − всё, что удалось уловить. Яр вопросительно глянул на друга.
− Будто вскрикнул кто, − проговорил Марий, всматриваясь в клубящуюся над трясиной дымку. − Может, выпь?
Яромир не ответил. Вдарил пятками, заставляя кобылу погрузиться в зловонную жижу по самые бабки, и двинул туда, куда умотал навязанный Мастером провожатый.
Туман стал плотнее. Влажный и вязкий, он поглощал звуки, набивался в лёгкие и мешал дышать. От давящей тишины по коже бежали мурашки, а под лопаткой противно покалывало. Тревога росла, скручивая кишки в узел. Каурая не упрямилась, но ступала медленно, с опаской и явно воспряла, когда жидкая грязь под копытами сменилась твердью.
Вот она, тропка. Спряталась, родимая, за камышами. Но где же…
− Погань… − выцедил Ледорез, различив во мгле знакомый абрис.
Из мутного белёсого марева показался Буран. Конь брёл сквозь туман, лениво перебирая голенастыми ногами. Седока в седле не наблюдалось.
Кричать и звать не имело смысла: голосом в Тухлых топях можно накликать такую беду, что мало не покажется.
Яр спешился. Меч покинул ножны с тихим шелестом. Идти по тропе Ледорез не рискнул: слишком уж подозрительной казалась ровная утоптанная дорожка среди зловонной трясины. Пятый хотел её проверить. Проверил, видать…
Сапоги промокли враз, топкое дно чавкало и норовило засосать, но Яромир не сдавался. Он взял от тропы к востоку − самому сердцу болотины − и не прогадал: Горыня обнаружился почти сразу. Точнее, сперва обнаружился его меч. Яр наклонился за блеснувшим в чёрно-липкой жиже клинком и смачно выругался: парень оказался прямо под ногами − гигантский грязевой пузырь проглотил его и утянул вниз. Физиономия молодого наймита пошла пятнами, глаза выпучились и покраснели, судорожно стиснутые губы сделались синими − слишком уж долго пришлось бедолаге сдерживать дыхание. Он дёргался, ёрзал и отчаянно лупил по осклизлому кокону кулаками, но становилось только хуже − пузырь тащил его на дно, как сом ягнёнка.
Медлить не имело смысла. Одним мощным движением Ледорез вспорол грязевую ловушку, и Горыня − чумазый, мокрый, вонючий и покрытый водорослями − выпростался на поверхность, жадно глотая воздух.
− Там… там… − бормотал он, хрипя и отплёвываясь. − Всюду кости! Я разведать хотел, спешился, и оно меня тут… ну…
− Ясно. − Яромир ухватил его за руку и рывком поднял на ноги. − Пошли. Надо убираться от…
Он не договорил, а Пятый охнул и попятился.
Из тумана выплыли горбатые, лишённые глаз зеленорылые создания. В перепончатых лапах твари сжимали рогатины и шипастые палицы.