Лео Витман – Ропот Бездны (страница 52)
Выйдя из теней, Маар не спеша вошел в небольшой поселок, окруженный фермами и полями. Вечерело. В окошках низеньких каменных домиков приветливо горели огоньки. Ребятня с визгом разбегалась, завидев Маара, а взрослые уступали дорогу, опуская взгляды. Людская молва быстрее – а порой и ужаснее – пожара. Маар точно знал: родители проведают о его приходе еще до того, как он войдет в дом.
Так и случилось. Мать ждала на улице, кутаясь в серую шаль. Мать Маара. Его мать. Маар на секунду остановился, в очередной раз подмечая, что границы человека, чье тело он занял, и его собственные размываются.
Женщине, кинувшейся навстречу, перевалило за шесть десятков лет. Ее звали Яфит. Седые волосы, невысокий рост и яркие зеленые глаза. Некогда у Маара были такие же.
– Маар, сынок!
Она обняла его, и Маара окружил аромат сандалового масла. Он подарил матери флакон, чтобы та заботилась о загрубевших руках.
– Ты не замерз, Маар? Пойдем, накормлю тебя. Знал бы отец, что ты сегодня придешь, не отправился бы продавать скотину. Ну, чего смотрите? Своими делами занимайтесь!..
Последняя фраза предназначалась соседям – напуганным, но охочим до сплетен. Они никогда не говорили с Мааром – боялись при нем даже рот открыть.
– Идем, сынок! У меня всегда есть твои любимые сырные лепешки! Я так и думаю: сделаю, и ты обязательно навестишь нас.
В домике было светло и тепло. Яфит усадила сына в кресло, дала ему чашку с крепким черным чаем, а сама начала накрывать на стол.
– Я не голоден, мама.
– Конечно, голоден! Если еще немного отощаешь, тебя ветер с ног собьет. Скоро сезон ураганов, Маар. Ты ведь помнишь? Пока он не закончится, не путешествуй в наши края, не рискуй.
У изначальных не было ни родителей, ни детей. Ни предков, ни потомков. Не было ни детства, ни старости. Ашу создали их бессмертными игрушками, лишенными имен. Первые творения – слишком своевольные и непокорные. Уже после, когда изначальные отказались участвовать в игре Ашу, Баал нарек каждого из них.
Маар съел все, что предложила Яфит, а в конце ужина достал заготовленный подарок – заколку с бабочкой, искусно сплетенную из золотых нитей и драгоценных камней.
Яфит с восхищением прикоснулась к подарку.
– Ой, да к чему мне, сынок? Я давно не юная девушка.
– Разве только юные имеют право быть красивыми?
Маар аккуратно закрепил заколку в пучке матери. Когда женщина направилась к зеркалу, крылья бабочки задрожали – создалось впечатление, что она парит рядом с головой женщины.
– Какая красота, сынок! Ох, зачем ты ее на меня переводишь?..
– Тебе понравилось?
– Конечно, сынок! У меня в жизни таких украшений не было! И все для такой старушки, как я…
Маар улыбнулся и незаметно положил на полку у потрескивающего камина мешочек с золотом. Дай он его Яфит в руки – и та начнет протестовать. Мать считала, что они с мужем и так неплохо справляются, а молодому Маару деньги нужнее.
– Расскажи, как у тебя дела, Маар. И ничего не утаивай!
Этого он пообещать не мог. Для Яфит у него была заготовлена история прилежного вершителя. Серая и скучная. И все же Яфит смотрела на него с гордостью. Для нее, как и для отца, он был первым во всем. Никто не затмевал его. В этом доме над ним не довлела тень Баала, в которой все достижения Адада растворялись.
Но скоро его признают. У них не будет выбора – сама Анат, эта злобная стерва, скрипя зубами, будет его благодарить.
Он все продумал. Первым делом выбрался из заточения и забрал плоть смертного, став Мааром. Потом нашел подходящий инструмент – Шархи. О, тот идеально подходил. Благородные порывы его сердца находили силы в ненависти, которую стоило лелеять и подпитывать.
Вот только Шархи не спешил становиться полезным инструментом. Пришлось… подтолкнуть. Убить его мать ничего не стоило – все знали, что она тоскует по дому, и приняли ее кончину как смерть от горя. Ни крови, ни следов отравления. Шархи жаждал справедливости, а Маар невзначай подкидывал идеи, где ее можно найти. Он взращивал Шархи. И выжидал. В нужный момент нашептал ему о неком жреце, который мог бы пригодиться в их деле.
Высокородный не понимал, каким образом. Его злили тайны Маара, но отказаться от союзника он не решался. Шархи думал, что вершитель поможет ему усесться на трон его папаши. Как будто Маар позволил бы ему спокойно править! Задача Шархи – завоевания! Несколько мыслей, зароненных в головы высокородных, поиск надежных наемников – и план осуществился как нельзя лучше. У Шархи из-под носа увели заветную корону и тем добавили ему причин для решительных действий.
Но жрец должен был отправиться с высокородным. Нужно было выманить его, дать цель для преследования. Маар укрылся в тенях, ненадолго приняв облик Нергала. Дочь Шадора, как он и ожидал, безропотно покинула обитель во время нападения северян. Подосланная служанка отыграла свою роль, передав Энки мольбу о помощи от «Сатеши». Ее убийство, вовремя подкинутый кинжал в руки жреца, решение Энки убить, защищая друга, – и вот он уже должен бежать из города. Второй инструмент готов!
Маар позаботился, чтобы им не помешали уйти из Этрике, а после услужливо подсказал направление. Он всегда будет рядом, дабы помочь советом.
Саордал ждал их. Ждала сила, которую они используют во благо объединения, во благо изменений. Шархи станет лицом, знаменем Маара. Людей ждут новые клятвы и новые, куда более благодушные, хозяева.
И когда люди четырех народов, рабы Ашу, соберутся вместе, изначальные, как старшие и лучшие во всем, укажут им на истинного врага.
– …нок… Маар?
– Прости, мама, я задумался.
– У тебя все хорошо, Маар? – Яфит взволнованно приобняла сына.
– Да, мама, – улыбнулся он в ответ. – А скоро будет еще лучше. Я дам лучшую жизнь всем. Я ведь достойный сын?
– Ты мое сокровище, Маар.
Резкий, дерганый кивок выдал удовлетворение Маара. Сегодня он покинет родительский дом, но обязательно навестит его вновь.
Дни сменяли друг друга, и окружающий мир изменялся. Земли под властью Ашу Шамаша становились засушливее и непредсказуемее. Твердь под ногами внезапно сменялась осыпающимися песками, которые затягивали оступившихся в смертельную ловушку. Энки видел, как она пожрала зазевавшуюся зверушку. Бедное существо только и успело взвизгнуть, прежде чем исчезнуть. Постигла бы их такая же судьба, не будь рядом Арана? Мысль не оставляла Энки, и Шархи, судя по хмурому лицу, ее разделял. Высокородный уже задумывался, что пора бы скрыться от Арана, но южные земли преподносили новые неприятные сюрпризы.
Становилось жарче. Пот стекал по спине, жажда мучила постоянно. Аран находил источники с водой так легко, будто держал в голове карту с их расположением. Может, так оно и было.
Энки утер пот со щек, размазав по ним грязь. Он не умывался с тех пор, как они потеряли баночки с гримом. Как же хотелось с головой окунуться в прохладную воду!
– Ал'сора в порядке? – спросил Энки у Шархи, когда южанин в очередной раз пошел наполнять фляги.
– Краска начала слезать.
– Проклятье…
– Нужно найти грим. Южанин ведет нас к городу, там и достанем. Но вместе с Араном в город заходить не стоит. Он в любой момент может открыть рот, указать на нас пальцем – и наше путешествие прервется.
Энки кивнул.
– Шархи, думаешь, Гирра и Рафу…
– Опять беседы об этой парочке! Забудь, Энки. Мы сделали то, что должно. Или ты хотел бы оставить им Уту в качестве трофея? Дать его убийцам наслаждаться жизнью?
Энки промолчал. Он знал, что делал, поднимая руку на Рафу и Гирру. Знал. И осознанно закончил начатое.
К полудню они пришли к Абарги. Город был назван по имени своего величайшего правителя и стоял посреди оазиса, окруженный зеленью и фонтанами.
– Пойдёмте вместе, господин? Пополним припасы. Я все вам покажу, – улыбнулся Аран, завидев, что Шархи первым устремился к воротам.
– Я хочу проверить, так ли хороши южные девки, как о них говорят. Твоя помощь в этом мне не нужна. Встретимся на этом месте к вечеру и подумаем о ночлеге.
Аран кивнул.
– А ты, мудрый?
– Останусь тут и вздремну, – ответил Энки, привалившись спиной к дереву.
Кора неприятно впилась во взмокшую спину.
– Я достану грим, больше тянуть нельзя. Вернусь быстро, – шепнул Шархи. – Арана мы «забудем».
Шархи обогнал воина и разве что плечом его не оттолкнул, первым входя в Абарги и скрываясь среди толпы. Людей на улицах было много – это Энки видел даже со своего места.
И чем же Аран планировал заняться?.. Хотел сдать их, как и предполагает Шархи? Жрец следил за удалявшейся фигурой воина. Путешествовать с ним по южным землям было сподручнее. Кто знает, сколько они пройдут без его знаний? Шансов добраться до цели без южанина… немного. Будь Энки уверен, что Аран не попытается избавиться от них, они могли бы продолжить путь с воином и не бояться умереть от жажды или сгинуть под землей. Незаметно проследить за ним, узнать намерения – такой план созрел в голове жреца.
Энки поднялся на ноги, отряхнул от песка штаны и пошел следом за Араном, держась поодаль. Абарги был первым южным городом, в который попал жрец. Просто пройти по дороге, не соприкоснувшись ни с кем локтями, оказалось невозможно – людей было столько, что Энки пришлось забыть о вежливости и изо всех сил проталкиваться вперед. Впрочем, такую стратегию избирали многие. Люди спешили протиснуться через переполненные улицы и попасть на площади, где велись торги.