Лео Сухов – Вечные Пески. Том 5 (страница 11)

— Всем, кто идёт в колонне и готов обнажить оружие в случае нападения, — подтвердил я. — Купец Наана платит за сопровождение. А уж кто и как будет сопровождать — моя забота. Я решил, что плату получат все поровну.

— Хорошо… — сказал Тадар, наконец. — Но пусть эта женщина держится подальше от моих воинов! От неё исходит… Беспокойство!..

— Она вас не потревожит… — спрятав улыбку, согласился я. — А если будет доставать, вежливо шлите её ко мне.

Тадар удовлетворённо кивнул и, не прощаясь, заторопился к своим людям. А я остался стоять, наблюдая, как сливаются в одну колонну два лагеря — мой, военный, и караванный, торговый. Телеги с оловом, как главная ценность, заезжали ровно в середину нашего обоза.

А едва солнце оторвалось от горизонта, объединённая колонна начала растягиваться. Вперёд ускакали разведчики, а сотня Истора на всякий случай выдвинулась в авангард. Повозок у нас теперь, конечно, прибавилось, но в остальном поездка не отличалась от любой другой.

Честно говоря, больше всего задерживали не караванщики, а танаки, норовившие встать и пожевать на любом удобном пастбище. Причём это были и наши танаки, и кочевничьи. Просто без этих животных было бы сложно прокормить такую ораву людей.

На север мы шли вдоль подножия Пограничных Холмов. Равнина, ещё вчера казавшаяся бесконечной, вздыбливалась справа, морщась складками, словно шкура гигантского зверя. Кое-где склоны холмов покрывала жёсткая трава песочного оттенка, выгоревшая на солнце. Куда чаще попадались колючие кустарники. Низкорослые, цепкие, с мелкими, будто посеребрёнными листьями. От них исходил терпкий горьковатый запах, который иногда доносило ветром.

Я ехал в середине строя, рядом с телегой, гружённой мешками чёрного песка, и лениво разглядывал пейзаж. Полупустыня. Не совсем мёртвая земля, но и не живая. Скорее, сумеречная полоса между царством песков и землями, где ещё можно сеять и жать.

Из трещин в камнях торчали пучки сухой травы, которую не брезговали щипать переханы на привалах. Пара раз мелькнули, прыснув из-под копыт, юркие ящерицы. Жизнь теплилась, но какая-то ущербная, привыкшая к вечной нехватке воды.

— Куда мы едем? — негромко спросила Элия, поравнявшись со мной.

Я покосился на неё. Она сидела в седле по-мужски, но даже в этом была особая грация. Лук висел за спиной, колчан со стрелами — приторочен к седлу. Чёрные волосы, заплетённые в тугую косу, выглядывали из-под лёгкого кожаного шлема.

— К старому тракту, — ответил я. — Самое удобное место, чтобы пересечь Пограничные Холмы.

К полудню мы его, наконец, достигли. Я никогда здесь не бывал, но характерные признаки заметил с первого взгляда. Сложно пропустить древний тракт, один из тех, что связывали основные города Края Людей в древние времена. Серые Угорья в этом месте пересекала широкая полоса. Такая широкая, что три телеги разъедутся, не задев друг друга. Вот только песок и глина занесли её за века, сгладив насыпь.

Тракт превратился в неровную ленту, убегающую к горизонту. И всё же местами нет-нет да попадались плиты, выглядывавшие из-под наносов.

— И как мы её пропустили вчера, Даян! — услышал я возмущённый голос Нааны. — Где были твои глаза⁈

— Смотрели на демонов…

— Надо было под ноги смотреть, а не на демонов!..

Я придержал перехана рядом с одной из плит, которую ещё можно было разглядеть. Я представил, как по этому тракту шагали войска, как торговцы везли руду и зерно, как спешили гонцы с царскими указами. А теперь — одна тишина. Лишь ветер гуляет. Да мы, горстка выживших, бредём по краю гибнущего мира.

Впрочем, эти земли и тогда были негусто заселены. Да и холмы особой популярностью не пользовались. Да, здесь имелись посёлки, занимавшиеся добычей меди, но исключительно небольшие. Ну и сновали по окрестностям отряды добытчиков в поисках каменного угля.

Говорят, когда-то в этих местах находили антрацитовые залежи. Однако те времена давно прошли. Скорее всего, чтобы добыть антрацит, нынче бы потребовалась глубокая шахта. А вот уголь, хоть и более грязный, встречался до сих пор. И где-то в Междуречье его умели обрабатывать так, чтобы затем использовать для плавки.

Слушаясь моего приказа, колонна свернула на восток и растянулась змеёй по тракту. Древняя дорога забирала вверх медленно, практически незаметно. Однако переханы начали дышать тяжелее, а телеги — сильнее поскрипывать.

Пограничные Холмы обступали нас со всех сторон. Слева, справа, а теперь и впереди громоздились каменистые горбы, изрезанные глубокими оврагами. А древний тракт петлял между ними, то и дело ловко огибая особенно крутые склоны. Правда, местами приходилось перебираться через осыпи: там, где плиты давно ушли под землю, а на их место выползли щебень и глина. На этих участках телеги Нааны, гружённые тяжёлым оловом, скрипели и стонали. Караванщики то и дело соскакивали вниз, подкладывая камни под колёса, подгоняя гнуров криками и хлопками ладоней.

Первое брошенное поселение мы заметили через пару гонгов. Сначала я принял его за очередное нагромождение скал. Слишком уж сливались с местностью серые выветренные стены. Но, подъехав ближе, я увидел, что это несколько приземистых каменных домов, сложенных без раствора, насухо. Они прилепились к склону холма, теряясь в его глубокой тени.

На площади в центре можно было заметить яму, где когда-то стоял огромный горшок для хранения воды. Вероятно, покидая поселение, люди выкопали его, решив не бросать зазря ценную вещь.

До вечера нам встретились ещё два таких поселения. Одно — совсем крошечное, на четыре хижины. Второе — побольше, с остатками каменной ограды и чем-то вроде общей площади.

Кочевники, проезжая мимо, тут же замолкали. Они бросали на руины быстрые опасливые взгляды. Кочевой народ верил, что в таких местах обитают духи. И нет, в духов я верил. Не самые приятные явления, довелось повстречаться… Сильно навредить они, может, и не могли. А вот жизненные силы у путников подсасывали.

На ночь мы встали в распадке между холмов. Кочевники собирались заняться поиском воды, но я запретил. Тут её отродясь было так мало, что колодцы даже не пытались копать. Эту воду как-то вытягивали местные растения, но зачем мучиться и добывать эти жалкие крохи? У нас вполне хватало запасов, так что незачем попусту силы и время тратить.

В эту ночь купол держал я. Демоны не появлялись. Тишина стояла такая, что звенело в ушах. Лишь ветер завывал над вершинами холмов. Да где-то далеко, в овраге, истошно кричала ночная птица. Рядом горел костёр. Мне было тепло под навесом, который я себе соорудил. Думал, что спокойно просижу всю ночь до утра, но лёгкие шаги разбили эти надежды.

— Наёмник, ветеран Долгой Осады, воевода, шептун… — услышал я голос Нааны и тяжело вздохнул. — А ты полон неожиданных открытий, Ишер…

Тут надо сказать, что поддерживать купол, просто сидя на земле — не получится. Иногда надо тихо-тихо шептать себе под нос. Да. Именно так, как это нередко делают шептуны.

Изредка, конечно, можно отвлечься и поговорить. Однако надолго купол бросать нельзя. И хотя здесь, среди холмов, было безопасно в плане больших отрядов демонов, но рисковать я не хотел.

Поэтому к разговорам был, прямо скажем, не готов. Но разве это объяснишь назойливому купцу?

— Твоё любопытство до утра не подождёт? — голосом, не терпящим пререканий, уточнил я.

— Я видела, как второй шептун полдня дремал в седле! — не проняло Наану, у которой, похоже, был иммунитет к подобному. — И мне кажется, ты тоже завтра будешь так делать. А значит, вряд ли захочешь со мной говорить.

— Я и сейчас не хочу. Я держу купол, — нахмурился я.

— Прости, но я так долго ждать не хочу! — уже другим тоном заметила купец.

В её голосе промелькнули едва заметные нотки восхищения. Будь я менее опытен, у меня бы сейчас пробежал холодок по позвоночнику. А будь я глуп — обязательно бы повёлся и на похвалу, и на щедрые посулы, которые вот-вот должны были последовать.

Интуиция и жизненный опыт не подвели.

— Ты слишком интересный человек, воевода… — мягким, как подушка, голосом протянула Наана. — Мне бы хотелось понять, какой ты… И что ты из себя представляешь… Желательно, до того, как мы прибудем в Страж.

— Зачем тебе это? — холодно уточнил я.

— Ишер, я буду честна… Мой город страдает. Мы готовимся к осаде, но вряд ли сможем долго продержаться… Придётся нам уходить на воду… Ты ведь знаешь, что это означает?

— Да, — ответил я коротко.

— Ну вот, знаешь… Кечун расположен к югу от Горького Озера, — кивнула Наана. — И там всё так же, только вода солёная.

— Давай ближе к делу, — попросил я.

— Ишер, нам нужны сильные воины! — с жаром проговорила Наана. — Нам, я имею в виду, Святилищу! Нам нужны воины, нам нужны шептуны… Даже шептуны Песка. Нам очень нужны сильные люди. Такие, которые ведут за собой других. Демонов ведь когда-нибудь победят. Орда не может буйствовать вечно. А дальше придётся восстанавливать разрушенное. Это будут сложные времена, Ишер. Очень сложные. Демоны не избавят мир от бандитов. Да, этих сволочей станет меньше. Однако и хороших людей, верных Законам Песка и Воды, выживет немного. Кто будет восстанавливать Край Людей? Кто будет осваивать опустевшие земли?

Я покосился на собеседницу, задумался… А потом мысленно рассмеялся. Ну мог, в принципе, и раньше догадаться… Вряд ли купец Священного Храма лишь товары возит туда-сюда.