Лео Сухов – Вечные Пески. Том 3 (страница 37)

— А ты, Ишер, точно не хочешь взять Белый Игс? — уточнил хан, подталкивая поближе ко мне блюдо с какой-то липкой сладостью. — Там хорошее место, это просто Ингум плохой! Можно разжиться переханами и танаками! Можно найти очень много оружия и брони!

— Я не хочу просто так брать города, уважаемый хан, — ответил я спокойно. — Моя цель — демоны. Но если ради победы над ними придётся штурмовать пару посёлков… В этом случае я могу и подумать.

— Ты мог бы стать хорошим кочевником, мудрый Ишер! — радостно заметил Мгелай. — Подумай над этим!

— Мне некогда думать, хан. Война не оставляет времени для размышлений. Демоны ночью могут идти без остановки, бодро пробегая сихан за сиханом. Они не устают, они не сворачивают, они не боятся смерти. Орда, если что, всегда сделает новых.

— Сколько сделает? Много? — деловито уточнил Мгелай, растопырив пальцы на обеих руках.

— Очень много. Больше, чем пальцев у твоих и моих людей. И это даже если посчитать всех ваших женщин и детей, — ответил я. — Пока у орды хватает жизненных сил, демоны не закончатся, уважаемый хан!

— Ты говоришь страшные вещи, Ишер! Страшные! — расстроился Мгелай, хлопнув себя по колену. — Враг, который не кончается — плохой враг. Хорошие враги должны заканчиваться. Иначе как их ограбить, да?

— Демонов незачем грабить, хан! — отозвался я. — У них ничего нет, кроме злобы и жажды выпить чужую жизнь. И они тоже никого не грабят. Только убивают. Иногда убивают медленно и с пытками. Чтобы выпить побольше силы. Разве не пропадали ещё у вас люди? Разве не находили вы чужие разорённые стойбища?

— Было такое… Мой приятель, хан Улук, ходил к Пыльному Игсу. А назад отчего-то не вернулся… — обхватив подбородок пальцами, задумался Мгелай. — Мы нашли всё его стойбище пустым. Так, получается, орда совсем близко?

— Слишком близко, хан, — ответил я. — Не сегодня, так завтра первые демоны доберутся до твоего стойбища. И если не хочешь повторить судьбу Улука, надо уходить севернее. Искать безопасные места для ночёвок, готовиться к обороне, собирать больше людей. Последние десидоли ваши земли были прикрыты Краем Железного Кряжа. Однако теперь его города пусты, а воины рассеяны или убиты. Орду больше ничто не держит, и она двинется, в том числе, на восток.

— Тогда мы не будем её ждать! — решительно заблестел глазами хан. — Мы уйдём вместе с вами, мудрый Ишер! Соберём другие племена и семьи, соберём большое-большое войско и сокрушим орду! Пусть демоны дрожат по ночам при одной мысли о нас!..

Видимо, мои слова, что демоны не умеют бояться, просвистели мимо ханских ушей. Впрочем, главное, что беседа двигалась в верном направлении.

— Расскажи мне о демонах, Ишер! Расскажи всё, что знаешь, мудрый воин! — потирая руки, потребовал хан.

По итогам долгой беседы, в выделенный мне шатёр я вернулся далеко за полночь. На широкой лежанке с удивлением обнаружил спящую Ватану. Женщина при моём появлении проснулась, одёрнула сбившуюся на округлой груди рубаху…

После чего застонала от досады и закрыла лицо руками.

— Ну и что ты тут делаешь? — сдержав усмешку, спросил я.

— Эти глупые люди решили, что раз я одна, красивая и без лука за спиной, значит, твоя наложница… — ответила Ватана слегка раздражённо.

А потом села на лежанке и с издёвкой добавила:

— Сказали ждать своего господина на ложе!

— Вот об этом, извини, я не подумал… — вздохнул я. — С другой стороны, знаешь, есть и хорошая сторона. Тебя не тронут, пока считают моей наложницей. А так… Женщины здесь бесправны, вся их власть — это власть мужа или отца. А значит, и Элию не должны обидеть. Всё, спи… Лежанка широкая, места бы и на троих хватило.

— А что тебе, меня одной уже мало? — с ехидством в голосе уточнила Ватана. — Ну ты и ненасытный, мой господин!..

И повернулась на бок, натягивая выше шкуру, служившую одеялом:

— Надеюсь, ты не храпишь!

— Вроде бы никто не жаловался… — ответил я, устраиваясь с другой стороны лежанки.

Хотелось бы, конечно, помыться, счистить пыль, пот и грязь. Но делать это в присутствии Ватаны было неправильно. И я решил, что разберусь с гигиеной завтра.

Зато уснул я крепко и быстро. Сказалась накопившаяся усталость и выпитое с Мгелаем.

Глава 69

Утренний свет пробивался в щель у входа. Я проснулся от того, что его полоса скользила по моему лицу, нагревая кожу. И, откровенно говоря, мне понадобилось время, чтобы понять, где я нахожусь, как сюда попал… И почему ко мне прижимается мягкой грудью женщина.

Ощущения приятные. Однако несвоевременные. Да и Ватана в моей постели не должна оказаться. Она красавица хоть куда, конечно. Однако надо же и рамки знать, а не совать свой нижний нос к любой красотке.

Осторожно, чтобы не разбудить «наложницу», я выбрался с лежанки. Ещё не хватало, чтобы проснулась и засмущалась того, как тесно ко мне жмётся. Я хочу покоя в своём временном шатре. А не выяснения отношений, которых нет.

Жаровни, кстати, за ночь потухли. Видимо, когда стало холоднее, Ватана и потянулась сквозь сон к источнику тепла. То есть ко мне. И, скорее всего, будущей ночью ситуация повторится. А это что значит? А это значит, что надо выбить ей отдельный шатёр. Или хотя бы отдельную лежанку.

Я ещё раз обернулся на спящую Ватану. Во сне она разметалась, обнажив в вороте рубахи аппетитное полушарие груди. Невероятным усилием воли я оторвал взгляд… И наткнулся им на идеально округлое, призывно отведённое бедро.

Я вздрогнул, стряхивая морок из головы. Перевёл взгляд на лицо Ватаны, напоминая себе, что вообще-то она бывшая наложница моего знакомого бандита.

«Посмотри и запомни: это не твоя женщина, это твой товарищ. Не боевой, конечно, но по выживанию!» — строго сказал я себе.

«Ну да… Ну да…» — с сомнением откликнулся внутренний голос.

Я снова тряхнул головой и принялся одеваться. Накинул доспех, затянул завязки и вышел в жаркое утро нового дня.

Стойбище кочевников жило своей жизнью. От шатров тянулись столбы дымков, люди занимались привычными делами. Единственные, кто здесь спешил, были мальчишки на переханах. Громко гикая, они торопились выехать из круга телег. Видимо, отправлялись пасти танаков, чем были ужасно горды.

Танаки — очень прожорливые животные. Благо, теперь, пообвыкнув к местным реалиям за четыре столетия, они едят любую растительность. Совсем как переханы.

Не только танаки отлично приспособились. Я посмотрел, как женщины вытягивают из вырытого колодца кувшины с водой. Местные умели и разыскать воду под песком, и эффективно прокопаться к ней. А когда я засмотрелся на процесс добычи воды, мимо прошёл старик, толкая тачку, на которой стояли кувшины. От них благоухало такими фекальными ароматами, что аж глаза резало.

В общем, вполне налаженный кочевой быт. Хорошо, кстати, что наш отряд кочевники разделять не стали. Расположили в шатрах на одной стороне стойбища. Каждой осмии достался свой общий шатёр. Каждому командиру — отдельный. Иерархию кочевники понимали, уважали и всегда готовы были уважить. А вот осмам, кстати, не полагался отдельный шатёр. Их селили вместе с заместителями триосмов. Ну и Ватане не повезло.

В остальном, кочевники вчера сориентировались верно. И быстро устроили всех согласно положению в обществе и месту в отряде.

— О великий воевода Ишер из Кечуна! — пропищали откуда-то снизу и сбоку, пока я об этом думал. — Солнцеподобный хан Мгелай приказал накормить ваших воинов из наших запасов!

Я покосился в сторону голоса и обнаружил девушку, стоявшую на коленях и согнувшуюся к самой земле. Что примечательно, подкралась она совершенно бесшумно. Даже для моего тренированного уха. А мне оставалось только морщиться от всех этих «великий», «воевода» и «солнцеподобный».

Законы Воды и Песка не касались подобных этических вопросов. И всё же там было чётко сказано, что каждый человек — как минимум, человек, а не тварь дрожащая. Благодаря этому, мы отлично понимали: всё, что сверху — напускное, лишнее и ненужное.

Ты человек, я человек. Ну и зачем цветастые словеса разводить? Хочешь подчеркнуть положение собеседника? Упомяни его должность или статус. Наместник, царь, хан, регой… Однако это необязательно. Как и слугам нет нужды называть хозяина — хозяином или владыкой. Даже рабам такое обращение не предписывалось.

Несколько тысяч лет все друг другу «тыкали». И всех всё устраивало. Но стоило ханствам отринуть Законы Воды и Песка, как на их территории вылезло любимое человеческое занятие. Делиться на сорта.

Я, значит, большой и сильный. Вот и зовите меня «солнцеподобный». А ты, к примеру, смерд, ничтожество. Поэтому согнись и глаз не поднимай. Ещё лет сто-двести, и кочевники бы научились рассчитывать градус поклона в зависимости от толщины кошелька собеседника. Ну а дальше, естественно, стали бы считать всех, кто так не делает, бескультурными глупыми дикарями.

Но пришла орда и уравняла всех.

В смысле, вот-вот уравняет.

В том, что кочевники не переживут пришествие орды, я был уверен. Даже несмотря на то, что мы будем сражаться бок о бок. Нет у них духа взаимовыручки. Нет понимания, что нельзя бесконечно отступать. Нет смелости принять свою смерть, чтобы зубами выгрызть право на жизнь.

— Господин? — очень осторожно подала голос девушка, напоминая о себе.

— Встань, будь добра. Прекрати спину гнуть. У нас так делать не принято! — с улыбкой попросил я. — Давай я буду говорить с твоим лицом, а не с затылком.