Лео Сухов – Вечные Пески. Том 11 (страница 8)

Глава 249

В предположениях я был прав. Но только на первые две ночи. Оба штурма проходили в точности так, как обычно проходят первые штурмы орды. Много низших демонов, которые пытаются лезть на стену. С этим мы справлялись легко. Заранее выставили заслоны из песчаных воинов. А потом я кратно увеличивал их количество под стеной, чтобы прореживать врагов.

Беда в том, что я не мог быть везде. Чтобы сомкнуть снаружи кольцо защиты, требовалось рассылать песчаных воинов в разные стороны. Да, Ферт, Мирим и Ашкур тоже поднимали бойцов, но их было для надёжной круговой защиты слишком мало. Поэтому другим шептунам приходилось и самим бить мощным шёпотом по площадям.

И всё-таки первые два ночных штурма прошли спокойно. А вот на третью ночь ситуация изменилась. Практически сразу, как стемнело, на нас обрушились ахалги. И, главное, мелкие летающие твари умудрились подобраться почти незаметно. Если бы в последний момент шум крыльев с северо-востока не заглушил топот низших, бежавших к стенам, мы бы и вовсе летунов не заметили до самого нападения. Однако же повезло. Кто-то из дозорных на башнях принялся кричать: «Ахалги! Ахалги!», а его предупреждающий крик подхватили и разнесли по стене.

Выругавшись, я сменил себе задачу. «Нашёптыши», готовые подняться под стеной, остались недоделанными. Вместо них я вскинул руки и зашептал, вытягивая песок вверх, растягивая его в купол над пограничным укреплением. Успел накрыть добрую половину крепости. Остальное прикрыли другие шептуны.

Щиты поднялись один за другим. Я не видел своих товарищей по шёпоту, но знал, где кто из них стоит на стене. Два щита из ледяной крошки, блестевшие в свете факелов. Это Саший и Алана. Три песчаных, мутных, крутящихся — Ашкур, Мирим и Ферт. Мой был четвёртым, самым широким, однако и самым тонким. Песка банально не успел набрать.

Ахалги обрушились на щиты сверху. Первые десятки разбились, как капли о камень. А вот остальные стали нырять вниз, искать бреши. Стрелки-кочевники, временно забыв о врагах под стеной, вскинули луки и принялись стрелять вверх. Их стрелы уходили в темноту, сбивая ахалгов одного за другим, но тварей налетело слишком много.

На стене началась свалка. Копейщики, мечники, топорщики — все, кто был у зубцов, были вынуждены отбиваться от нападающих сверху. Ахалги пикировали целыми стаями, ожесточённо цеплялись за оголённые части тел. Многие бойцы падали, но раненых тут же оттаскивали вниз. Я видел, как по лестницам уносят окровавленных, как прорежаются ряды защитников. Но снизу к стене уже тянулись подкрепления. Резерв у нас пока ещё имелся.

Ахалгов перебили быстро. Буквально за четверть гонга воздух очистился. Однако же время мы потеряли. Пока возились с летучей напастью, другие демоны подошли к самым стенам. И ладно бы пожаловала только мелочь. К стенам медленно приближались бурусы. Причём, судя по докладам вестовых, великанов было четверо. К тому же, шли они с разных стороны.

И это было уже необычно для первых атак орды, когда низшими никто не управляет. Здесь явно чувствовалась воля высших, заранее рассчитавших тактику. И я горько жалел о том, что не мог создать свои точные копии, которые занялись бы каждая своим великаном.

Ещё и обычные мои «нашёптыши» гибли, едва появляясь. Демонов внизу было столько, что я не успевал создать достаточно воинов, чтобы они сами пробились через вражеские полчища.

А тут ещё и песчаные люди начали, как всегда, строить живые сходни. Их тела переплетались, сливаясь и образуя живые наклонные насыпи от земли до зубцов. По этим сходням, как по мостам, сразу же ринулись гухулы, Кровавые Персты и демонические аусси. Эти твари походили на обычных аусси, но были в полтора раза крупнее, с клыками, торчащими из пасти, и когтями, способными рвать сталь.

Под Кечуном орда их редко использовала. На востоке и вовсе обходилась без них. А тут, видно, решила проверить, не забыли ли люди, как с этой напастью справляться. Нет, мы не забыли, конечно. Я уж точно помнил, да и Ситранис наверняка. Бить этих тварей надо было в живот, где у них пряталось средоточие. Точнее, в самую дальнюю часть живота.

Разновидность царского строя, усвоенная моим отрядом, и здесь отлично работала. Впереди бойцы ближнего боя, за ними — ряды копейщиков, готовых поддержать в любой момент.

Первая волна ударила о стену, пока я пытался разобраться с ближайшим бурусом. Врагов встречали копьями, рубили топорами и мечами, но они напирали, добираясь до защитников и проливая кровь.

Я зашептал, вытягивая песок из-под ног, закручивая его в режущие вихри. Один такой вихрь снёс с насыпи десяток гухулов, второй — разметал аусси. Но их было слишком много, а мне всё ещё надо было разобраться с великаном. Пришлось временно оставить своих без поддержки, лицом к лицу с врагом.

Надежда была лишь на то, что за последнее время бойцы не растеряли опыт и достойно встретят врага. А я вновь развернулся к бурусу и принялся шептать. Сначала поднял песчаный вихрь, разметавший поддержку вокруг него. Следом прямо внутри вихря создал три десятка «нашёптышей». Пока они убивали демонов и гибли под их ударами, я создал ещё несколько десятков. И так, постепенно, шаг за шагом, поднял почти две сотни бойцов, направив их на буруса.

Они рванули через толпу низших демонов. Не чувствуя боли и страха, «нашёптыши» прорубались вперёд, а за ними оставались облака пыли и лужи псевдоплоти. Ну а я старательно делал всё, чтобы число моих нашёптанных воинов только росло.

Бурус заметил угрозу. Развернулся, хлопнул огромными ручищами. Будто насекомых ловил. Первых воинов разметало в пыль. Зато остальные уже рубили великана по ногам, карабкались по его бокам, вгрызались топорами и копьями в толстое тело. Бурус ревел низким, вибрирующим голосом, от которого дрожала земля, и отбивался, давя воинов кулачищами и ногами. Поздновато начал. «Нашёптышей» было уже слишком много.

Спустя пару чаш им удалось подрубить ноги великану. Бурус покачнулся, зашатался и рухнул, погребённый грудой тел. А затем холм, появившийся на месте его тела, резко опал, когда мёртвый великан осыпался песком. Низшие демоны и гухулы тут же навалились со всех сторон, добивая остатки «нашёптышей». Однако я не стал ждать, когда они закончат. Едва лишь понял, что первый бурус повержен, кинулся по стене туда, где ожидался следующий великан.

На полдороги пришлось остановиться. Передо мной, раздвинув строй бойцов, демоны прорвались на стену. Как всегда, песчаные люди, за ними — гухулы и аусси. Мои бойцы отбивались, но их числом теснили в стороны. Я выругался, зашептал себе под нос. Прямо на стене, между зубцами, начали вставать новые песчаные воины. Сходу врубившись во врагов, они дали моим людям прийти в себя, собраться и начать теснить демонов.

Я не остался в стороне. Выдернув топор, бросился вперёд. И врубился в толпу тварей, одновременно отправляя вперёд десятки песчаных дисков. Удар — голова гухула слетела с плеч. Второй — аусси взвыл, валясь на камни с перебитым хребтом. Рядом со мной, бок о бок, сражались мои бойцы, и с каждым ударом они обретали уверенность. Мы сбросили первую волну со стены, затем — вторую. «Нашёптыши» гибли, но я тут же создавал новых, заменяя рассыпавшихся.

Дальше я побежал, как только появилась возможность. Оставалось надеяться, что мои бойцы сами справятся с остатками демонов на этом участке стены.

Второго буруса я увидел, когда тот уже добрался до холма. Он был помельче первого, однако никак не менее опасным. Остановившись, я перевёл дух и зашептал, вытягивая песок из-под стены. Попробовал повторить удачную связку из вихря и призыва «нашёптышей». Не вышло. Пришлось, ослабляя врага, ударить вниз «волной холодного света». А затем сотнями создавать песчаные диски, одновременно поднимая песчаных воинов.

Когда мои «нашёптыши» добрались до великана, тот сходу попытался давить их ногами. Надо сказать, в первые мгновения он даже был успешен. И да, пусть первые десятки «нашёптышей» рассыпались, зато остальные вновь добрались до его ног. Я видел, как они рубят, пилят и рвут, а клочья плоти летят во все стороны. Вскоре ноги у буруса подломились, и он рухнул на бок, вздымая тучу пыли. Добивали его «нашёптыши» уже на земле. Десятки моих воинов копошились на огромном теле, как насекомые-трупоеды.

К слову, когда с бурусом сталкивались люди, потери были куда существеннее. В том числе, потому что люди имеют свойство пугаться и защищать свою жизнь даже в ущерб задаче. В общем, мои песчаные воины были хорошей альтернативой, чтобы не терять жизни людей.

В этот раз я даже не стал ждать до конца, чем дело с бурусом кончится. Что его практически добили, я видел. И что дальше «нашёптышей» сметёт волна мелких демонов, тоже было ясно. А вот я уже бежал дальше. Нужно было успеть к третьему и четвёртому бурусам. И успеть вовремя, пока они до наших стен не дошагали.

Стены в крепости пограничников были надёжные. Жаль, и они не выдержали бы напора огромных кулаков. Бурусы могли методично крушить камень, причём даже под градом ударов. Очень живучие твари.

По пути я, на счастье, наткнулся на самый опасный прорыв той ночи. Участок стены оказался, можно считать, захвачен. Демоны, перевалив через зубцы, оттеснили моих людей к башням. Ещё немного, и они хлынули бы во двор, где стояли испуганно мекающие и вопящие переханы и гнуры.