Лео Сухов – Тьма. Том 9 (страница 28)
И мы поспешили. Хотя с куда большим удовольствием я бы остался на «точке 101». И всё же приказ царя надо было выполнить. Или, как минимум, попытаться. А значит, стоило поспешить вслед за ромеем, изыскивая возможность отнять у него записи. Возможно, у него этих записей и нет, конечно… Но я почему-то был уверен в обратном. Потому что… Если дневник исследований не у памятного мне носатого и кудрявого ромея, то у кого тогда?
Глава 9
Надо отдать должное Саше. Пусть ей и не нравился наш уход, но десяток человек она отрядила в сопровождение. В итоге, выехали за ромейским скрытнем я, Авелина, Бубен, Папоротников и десять разведчиков. Дружинники — конечно, бойцы посерьёзнее, чем ребята Бархана. Но у нас и без того на четверых двусердых была такая мощь, что без лишних стволов обошлись бы.
А вот десять пар зорких глаз лишними не бывают. Тем более, ехать предстояло по бездорожью, ориентируясь только на звуки боя греков с кем-то неизвестным. И в этой ситуации люди, умеющие найти путь даже в буреломе, могли значительно облегчить задачу.
Меньше, чем час спустя, отряд уже сидел по снегоходам, разбившись на пары. А остающиеся в «точке 101» вышли нас проводить.
— Как заберёте записи, сразу назад! — с интонациями строгой бабушки предупредила Саша. — Если пойдёт зверьё, вам никакие плетения не помогут. Федя!
— Да! — с готовностью отозвался я.
— Нет… Авелина! — передумала Саша.
— Да? — у меня из-за плеча выглянула жена, которая как раз устраивалась на сиденье вместе с Тёмой, решившим ехать с нами.
— Ты там единственная разумная на всю эту толпу буйных. Так что будь добра, следи, чтобы они не сильно увлекались погоней! — сдвинув брови, потребовала Саша.
В ответ на эти обвинения я только и мог, что возмущённо рот открыть. Ещё, конечно, очень хотелось показать язык, но вроде как с членами царской семьи так не положено. Бубен тоже в стороне не остался: недовольно заворчал, совсем как старый вредный пёс. Ну а Папоротников обиженно засопел, повыше подняв воротник своей щегольской шубы. Однако цесаревна на них только рукой в тёплой перчатке махнула. А потом на секунду задумалась и, видимо, для острастки ещё показала кулак. Очень несолидно для цесаревны, зато логично для Рюриковны.
— Я присмотрю. Не надо волноваться, ваше высочество, — пряча улыбку в уголках губ, отозвалась жена.
— Если Авелина скажет «назад», вы сразу поедете назад! — строго напомнила всем Саша.
Вообще-то мы и сами не собирались вечно преследовать носатого. Еды нам собрали дней на пять. Запасов топлива хватило бы суток на шесть. И то, если будем по одному-двое отсылать обратно разведчиков, забирая излишки в пользу продолжающих погоню.
А со зверьём, я был уверен, мы почти не пересечёмся. Раз оно за прошлый месяц тут, на севере, не появилось, с чего ему теперь сюда, практически на безлюдье, лезть?
Не затягивая прощание с Сашей и остальными, мы взревели моторами. А затем цепочкой устремились на юго-восток, где в последний раз были замечены вспышки.
Ехали мы довольно бодро. Километров пятьдесят в час. Андрею, бывало, приходилось кататься зимой на снегоходах. Однако известная ему техника ни в какое сравнение не шла с местной.
Одно дело — туристический двухместный снегоход, и даже разведывательный лёгкий транспорт. И совсем другое — те машины, которые нам выдали на «точке 101». Это были настоящие звери: мощный мотор, широкие траки, истыканные шипами, и широкие же направляющие лыжи.
Когда пробивались через сугробы и заносы, возникало ощущение, что попал в скоростной снегоочистительный бульдозер в разгар работы. Ну или в кабину машиниста в поезде, который чистит железнодорожные пути. Впереди только снег столбом стоял, лихо разлетаясь в стороны.
И всё же по глубоким сугробам ехать приходилось редко. Разведчики Бархана умело выбирали путь, лавируя по возвышенностям. А это позволяло держать постоянную скорость и не тратить лишнее топливо на пониженных передачах.
Первое место битвы мы обнаружили ещё до заката. Всего через четыре часа после того, как выехали. Снег в радиусе пары сотен метров не растаял, а буквально сплавился. И до сих пор замерзал обратно, выбрасывая в воздух клубы пара. В момент боя тут, наверно, температура была, как в доменной печи.
Земля была покрыта гарью, деревья выгорели. А два с лишним десятка воронок вокруг убедительно доказывали, что не так давно здесь били сильными плетениями. И не только попадали по выставленным щитам, но и щедро «мазали». Похоже, обе стороны друг друга сильно не любили. Да и за русскую природу совсем не беспокоились.
Командир десятка разведчиков, парень с позывным Енот, быстро нашёл следы двух снегоходов и махнул нам рукой, указывая на них.
— Один помощнее будет! — прокричал он, когда отряд уже катил дальше, и ему удалось поравняться с мной, Авелиной, Бубном и Папоротниковым. — Думаю, это снегоход преследователей. Они постоянно догоняют убегающих. А как настигают, так сразу и начинается веселье.
— Далеко они? — крикнул в ответ Бубен.
— Да Бог их знает, ваше благородие! Но, возможно, опережают на четыре-пять часов! — отозвался Енот.
На ночь останавливаться не стали. Устроили привал на полчаса: перекусили, напились крепкого чёрного чая — и тут же продолжили путь.
Изменённого зверья, как я и надеялся, видно не было. Впрочем, обычных зверей вокруг тоже не наблюдалось. Да и серьёзная растительность редко попадалась. Все встреченные лесные массивы можно было объехать. Да и местность, хоть и была не слишком ровной, особых проблем не создавала. В свете фонарей вполне можно было ехать, если сильно не разгоняться.
В сон меня начало клонить часов через пять с наступления ночи. Мелькнула мысль использовать стимулятор военного образца. Он бы точно взбодрил уставший мозг и тело. Однако я подумал, что в этом случае у меня меньше суток будет, чтобы добраться до греков. Иначе вместо изъятия дневников буду лежать пластом. Поэтому решил терпеть, сколько вообще смогу.
Под утро, устроив очередной привал, быстро напились крепкого чаю. Благо, след беглецов местами удавалось разглядеть. Жаль, его старательно уничтожал ветер, гонявший позёмку. И всё же, по словам Енота, мы догоняли греков.
— Пока что они двигались строго по прямой… — нахмурившись, озвучил общие выводы Папоротников. — Будем надеяться, и дальше не изменят этой привычке.
— Меня, ваши благородия, волнует лишь, что мы двигаемся прямо к гнёздам, на юго-восток! — признался Енот. — Я, конечно, не возражаю против увлекательных путешествий… Но если заберёмся слишком далеко, это окажется дорога в один конец.
— Попробуем остановиться вовремя… — пообещал я.
В нашем отряде у всех был сменщик за рулём снегохода. И только у меня за спиной были жена и кот. Эти двое подремать на ходу могли, а я — нет. В итоге, мне приходилось тяжелее остальных. Авелина, конечно, уверяла, что может водить снегоход… Однако от еды она утром отказалась, да и вообще, выглядела жутко сонной. Поэтому я решил её пожалеть и вновь сесть за руль сам.
След ромеев мы потеряли ещё через четыре часа. Снег и ветер окончательно его скрыли. Посовещавшись на ходу, продолжили погоню: с той же скоростью и в том же направлении.
К счастью, долго ехать в неизвестность не пришлось. Греки и их незнакомые нам противники устроили очередную битву. Естественно, со вспышками, грохотом, взрывами и столбом дыма вперемешку с паром. И тут-то оказалось, что мы всё-таки забираем слишком сильно к югу. Пришлось корректировать направление.
А дальше мы ещё час неслись на звуки сражения. Причём на такой скорости, что постоянно рисковали и собой, и транспортом. Разве что чудом никто ни во что не въехал, не врезался и даже не упал… И чудо, что греки под конец боя устроили настоящий Армагеддон, мимо которого мы бы точно не проехали.
Сначала в небе с рёвом пронёсся огромный полыхающий болид. Даже Бубен громко присвистнул и восхищённо покачал головой. А спустя несколько секунд впереди рвануло так, что мы аж подпрыгнули над сиденьями.
Благо, ожидая ударной волны, все и без того снижали скорость. Однако для начала под нами содрогнулась земля. Тряхнуло очень близко, и с такой силой, что снегоходы стали заваливаться боком. И опять, к нашему счастью, никто серьёзно не пострадал. Пробирались мы в тот момент через сугробы рыхлого снега, да и скорость сбросили. Так что падение вышло смягчённым, зато всеобщим. Один только Тёма умудрился не изваляться в снегу.
А уже следом налетела ударная волна, взметнувшая в пути тучи снега. Мало того, что мы оказались на земле, и всех нас чуть-чуть протащило по сугробам — так ещё и снежной пудрой сверху присыпало.
Когда воздух немного очистился, мы снова вскочили на снегоходы и поспешили вперёд. Однако местность впереди явно изменилась. Во-первых, там появилась возвышенность, которой раньше не было. А во-вторых, все до единого деревья на краю леска оказались повалены.
— Ливелий совсем обезумел! — заорал Бубен. — Лупит, вообще не думая! Под нами с Виталькой вулкан умудрился открыть, а тут, видишь, метеор приземлил!
— Ты уверен, что это он? — крикнул в ответ я.
— Я ни в чём не уверен, Федя! Но вероятность, что по Серым землям бродит целых два буйнопомешанных, сводится почти к нулю! — проорал мне Бубен.