Лео Рин – Хроника Эвилиона. Сильф (страница 21)

Сейчас ему двадцать один, ей семнадцать. И он представляет её светлые волосы, рассыпанные по подушке, округлые бедра, прижавшиеся к его талии, затуманенный взгляд карих глаз, устремленный на него. Её учащённое дыхание, и она вся принадлежит ему без остатка.

Блять. Рука скользнула вниз, и имя Сноу сорвалось с губ в момент пика.

Стук вернул к реальности.

– Арти, ты не спишь? – раздался тревожный голос Грэйни.

– Нет, мам, – он быстро надел домашние брюки и открыл дверь.

Вив звонила, но я не успела подойти, а сейчас она вне зоны доступа. Она должна была уже вернуться, и это меня беспокоит.

Арти чертыхнулся и активировал телефон. На экране высветились два пропущенных вызова от неё. Он попытался позвонить, но ответа не последовало.

– Дай мне пять минут, – произнес он.

Грэйни кивнула и вышла. Он стремительно сменил домашние штаны на узкие чёрные брюки и, не глядя, достал первую попавшуюся футболку, на ходу натягивая её. Не медля ни секунды, он сбежал по лестнице, бросил матери, чтобы она не переживала, и схватил мотоциклетный шлем и куртку. Взглянув на приложение в телефоне, которое отслеживало местоположение машины, серые глаза сузились.

Мотоцикл отца стоял у гаража. Ловко оседлав его, он надел чёрный шлем с изображением льва и опустил защитное стекло. На фоне заката, словно предвещая недоброе, сверкнула красная вспышка. Арти выжал сцепление, и его чёрный Speed Triple рванул с подъездной дорожки, как стрела, выпущенная из лука.

Лавируя на крутых поворотах сельской дороги, он задавался вопросом, зачем его сестре понадобилось ехать на озеро Мортон. Как она вообще решилась отправиться туда одна?

Через пару минут он будет на месте. Поддав газу, он потерял связь с реальностью, и пейзаж вокруг превратился в размытое цветовое пятно. Он не обращал внимание на скорость. Все мысли Арти были сосредоточены на безопасности сестры.

На стоянке у пристани он сразу заметил одиноко припаркованный автомобиль Вив. Он резко остановился рядом с машиной и заглянул внутрь, но ее там не было. На заднем сиденье лежали пакеты, а ключи оставлены в замке зажигания. Он испугался за сестру. Спрыгнув с мотоцикла, он поспешил к главному зданию.

Но пробегая мимо тропы, что вела к отдалённой части озера, он внезапно услышал голоса Вив и кого-то ещё. Они должны были вот-вот появиться на парковке. Арти остановился и стал ждать, когда они выйдут, чтобы устроить ей выговор. Однако в глубине души он был благодарен Богу за то, что с этой непутёвой всё в порядке.

Они приближались, и Арти всё лучше различал голоса. Вив что-то говорила. Он прислонился к фонарному столбу, ожидая её появления, и именно в этот момент спутник его сестры задал вопрос.

Этот голос! Кровь забурлила по его венам, наполняя каждую клетку тела жгучей ненавистью. Рука сжалась в кулак. Первым с тропы вышел мужчина. Светлые волосы, надменное выражение лица – сомнений не было, это он.

Он почувствовал, как его костяшки врезались в скулу противника, и тот, не успев среагировать, рухнул на землю.

– Ланселот… – произнес Арти, снимая шлем и глядя на него с гневом. Его осанка была прямой, словно натянутая струна, а в глазах читалась власть и опасность.

Голос рыцаря звучал твердо и холодно:

– Приветствую Вас, король Артур.

***

Я не могла поверить своим глазам. И тому, что Арти обратился к Ланселоту по имени. Я подбежала к брату и встала перед ним, закрывая Ланселота собой.

– Что ты делаешь? – воскликнула я, но мой голос дрожал от страха и напряжения. Краем глаза я заметила, что Лиярд тоже поднялся и встал на защиту Ланселота.

– Вив, отойди! – приказ брата остановил меня. – Я немного убью его, а потом оживлю и снова распотрошу. И лучше тебе не мешать мне.

Голос Арти был холодным, как сталь. Я хотела возразить, но страх, вызванный его видом, не дал этого сделать.

Ланселот встал, но лишь на мгновение. Оттолкнув меня плечом, брат снова ударил его, на этот раз в живот. Рыцарь согнулся, но не отвечал на атаки. Лиярд заскулил и прижал уши.

– Так вы семья? – спросил Ланселот, выпрямляясь и сплёвывая кровь.

– Какое тебе дело? – огрызнулся Арти, готовясь к следующему удару.

– Мне всё равно, но я замечаю, что ты по-прежнему испытываешь привязанность к своим сёстрам, – произнёс Ланселот с холодным презрением в голосе. Он снова стоял прямо и смотрел на брата с вызовом.

Арти с ещё большей яростью ударил Ланселота, и тот вновь упал на землю.

Клятва! Ланселот не может причинить вред моей семье. Ну и дура же я!

– Ланселот, я даю тебе разрешение защищаться в случае опасности. Но только не убивай.

Брат резко обернулся ко мне и посмотрел с удивлением:

– О какой клятве ты говоришь?

Он схватил меня за плечи и начал трясти, как будто я была тряпичной куклой:

– Говори, что это за клятва!

Он тряс так сильно, что резинка, которой были собраны мои волосы, развязалась, и они рассыпались по плечам.

– Ты делаешь мне больно! – прохрипела я.

Не успела я договорить, как Лиярд толкнул его в плечо, заставив отпустить меня, а Ланселот быстро поддержал, не дав упасть. Увидев это, Арти взревел:

– Я убью тебя!

Я никогда не видела брата таким. Он был ужасен. Я не сомневалась, что он действительно способен убить Ланселота.

В моей голове раздался голос Нимуэ: «Прикажи им остановиться! Используй свою силу! Вложи в слова всё желание! Вспомни, как на дереве, голубые нити, призови их и повелевай ими!»

Арти был почти рядом с Ланселотом, который собирался защищаться. Лиярд стоял неподвижно, шерсть на загривке встала дыбом, а рычание выдавало готовность к атаке.

– ОСТАНОВИТЕСЬ! СЕЙЧАС ЖЕ! – воскликнула я, не в силах больше терпеть.

Мой истерический крик разорвал тишину. Руки наполнились энергией, словно электрическими зарядами, и я, не осознавая, направляла их в сторону участников драки. Я заметила, что все трое замерли, будто скованные невидимыми путами, а их взгляды были устремлены на меня. Я крепко удерживала голубые нити, ведущие к каждому из них.

– Это ты сделала, Вив? – спросил брат, стараясь скрыть тревогу за напускным спокойствием. Он не отрывал глаз от моих рук, в которых были зажаты нити.

Я дрожала, смотря на них, и воспоминания о пережитых за день страхах начали возвращаться. По щекам потекли слёзы.

– Разве это я сделала? Мой день был похож на кошмар пациента психиатрической больницы, – мой голос дрожал и звенел на всю парковку.

– Я пронеслась сквозь грузовик, в моём сознании звучит голос волшебницы из преданий. Меня пытался изнасиловать безумец, сидящий на дереве, и он же хотел отравить меня какой-то дьявольской петлёй. Я едва не разбила голову, упав с дуба, но меня спасли волшебный волк и человек, который жил много веков назад. А теперь ты трясёшь меня, как куклу, сердито смотришь и пытаешься всех убить. И всё это произошло меньше чем за сутки!

Мой голос сорвался, и я упала на колени.

– Я не понимаю, то ли я тронулась, то ли вы все сошли с ума.

Вытерев слезы тыльной стороной ладони, посмотрела на них.

– Я не знаю, как это происходит, но я не отпущу никого из вас, пока вы не пообещаете не убивать друг друга.

Мой взгляд остановился на брате. Он выглядел ошеломленным после моего монолога и косо взглянул на Ланселота, который мрачно кивнул.

– Лиярд почуял ману демона в лесу. Когда я нагнал его, она, опутанная несколькими петлями, летела прямо мне в руки.

Брат бросил на меня быстрый взгляд.

– Вив, это правда? – спросил он, и его вид говорил о том, что слова Ланселота не кажутся ему неправдой.

– Разве похоже, что я вру? Этот извращенец облизывал меня, а потом отравил и явно не хотел отпускать. – При одном лишь воспоминании тело снова начало трясти.

Арти немного расслабился и, продолжая смотреть мне в глаза, произнес:

– Я не трону его, если ты расскажешь, о какой клятве идет речь и что вообще здесь происходит.

Я перевела вопросительный взгляд на Ланселота.

– Моя у тебя есть, – холодно ответил он.

Я выдохнула и отпустила нити. Арти и Лиярд в мгновение ока оказались рядом со мной. Брат крепко обнял и успокаивал, пока я рыдала, как маленький ребёнок. От волка исходили волны умиротворения, он баюкал меня своей энергией. Ланселот же стоял в стороне, пристально глядя на нас, его челюсти были стиснуты, и он с отвращением смотрел на Арти.

Благодаря Лиярду, я постепенно успокоилась и ответила брату:

– Моя клятва в том, что я не буду врать Ланселоту, пока он у нас на попечении, а его – в том, что он не причинит мне и моей семье вреда.