Лео Кэрью – Волк (страница 45)

Напавший на него был мертв.

Роупер несколько раз глубоко вдохнул и отер глаза от крови. Затем вывернулся из-под тела и сел. Над ним возвышался Прайс. Обе руки ликтора были страшно изранены, под коленом зияла глубокая рана и, кажется, он потерял ухо. Но он стоял. Вокруг валялись четверо мертвых гвардейцев. Роупер уставился на трупы в изумлении.

Прайс посмотрел на него тяжелым взором. Кровь струилась по его рукам и капала на землю. Роупер подумал, что он похож на ястреба. На птицу-охотника. Он даже не являлся человеком в привычном понимании этого слова. В такие минуты вместо мыслей у Прайса начинали работать инстинкты, почти не связанные с мозгом, и заставляли его действовать исключительно на рефлексах. Он принимал решения и приступал к делу гораздо быстрей, чем любой другой знакомый Роуперу человек. Асгер был прав – мечник из Прайса был так себе. Но все его движения отличались такой бескомпромиссной яростью, такой неистовой быстротой, что Роупер не мог представить себе технику боя, способную противостоять его сверхъестественной скорости.

– «Никогда не деритесь с Прайсом…» – произнес Роупер дрогнувшим голосом. – Спасибо.

– Мне понравилось, – ответил Прайс. Роупер задумался, что он имеет в виду. – Теперь идем, быстро!

Прайс помог лорду встать на ноги. Левая рука Роупера была проколота насквозь, он сильно хромал из-за поврежденной голени, но все эти раны были ничто по сравнению с теми, которые получил Прайс. Ликтор терял кровь, но не обращал на это внимания, и даже поддерживал Роупера за плечо, когда они вместе шли к лагерю.

– Быстрее! – постоянно подгонял он.

Они добрались до костров, и Прайс тут же стал рычать на перепуганных солдат и раздавать им приказы. Мирно отдыхавшие легионеры вскакивали и разбегались кто куда, следуя его указаниям. Прайсу нужен был хирург, вода и прежде всего – Грей.

– Кто-нибудь найдите его!

Но Грей нашел их сам. Он добежал до них в одно мгновение, бледный и кипящий от ярости.

– Проклятье, что случилось? Асгер?

– Издох быстро, болван самоуверенный, – хмуро ответил Прайс, все еще помогая Роуперу добраться до его костра. – Но с Гостой пришлось повозиться.

– Слава богу, что ты там оказался! – воскликнул Грей и стал распоряжаться сам.

Лагерь зашумел и задвигался. Командиры суетливо подбегали к ним, и Грей тут же раздавал указания.

– Отыщите тела! Принесите их прямо ко мне! – командовал он.

Хирург был уже здесь. Первым делом он осмотрел раны Роупера, не обратив внимания на Прайса. Но тот недовольным ворчанием дал понять, что ему тоже требуется помощь.

– Грей! – позвал Роупер.

– Лорд?

– Прайс спас меня. Он выживет?

Грей хохотнул и положил руку на плечо Роупера.

– Чтобы убить этого человека, пары лучших воинов Уворена недостаточно.

– Их было четверо… – тихо сказал Роупер. – Четверо гвардейцев.

Новость эта поразила Грея.

– Ладно, забудьте, лорд. Вы теперь здесь, и вы в безопасности. Теперь осталась только одна важная вещь, о которой стоит думать, – завтрашняя битва.

Глава 12

Открыть ворота!

Уворен не привык отсиживаться во время военных кампаний. В обычных обстоятельствах он скорее бы сам добивался победы на поле боя, чем сидел внутри Хиндранна в напряженном ожидании новостей. Когда радостная толпа приветствовала Роупера, выводящего легионы из крепости, он только иронически приподнимал бровь. Но весть о первой победе Роупера принять было уже сложнее. Слух об утреннем налете, в котором Роупер продемонстрировал блестящее тактическое мастерство, быстро долетел до Хиндранна. Легионы проделали ночной марш и сразились как герои. Более того, люди рассказывали, что Роупер сам, в одиночку проехал через весь лагерь сатрианцев и убил несколько десятков врагов. Конечно же, это не могло быть правдой, но придумано было толково.

Забрать себе Хиндранн, когда он сам падал в руки, словно перезрелый фрукт, стало, безусловно, правильным решением, но такому блестящему воину, каким был Уворен, безвылазное сидение за стенами давалось непросто. Убедившись в том, что Роупер отошел на много лиг, он взял имевшиеся у него остатки кавалерии и выехал с ними на поиски врага, но так и не сумел никого найти. Сатрианская армия оказалась куда более сплоченной, чем можно было ожидать. Уворен потерял покой и стал раздражительным.

Но ведь не только Роупер знал, как добиваться от людей верности. К тому же Уворен находился в более выгодном положении, чем его соперник, благодаря своей многолетней заслуженной репутации. Он тренировался вместе с оставшимися в крепости легионерами, понимая, что даже одно его присутствие будет воинам в радость. Он видел, как они ведут себя при нем. Эти поседевшие, закаленные в боях мужчины тушевались и начинали смущаться под его пристальным взглядом. Доходило до смешного: они радовались как дети, если он заговаривал с ними, предлагали ему свои мехи с водой, льстили и просили еще раз рассказать историю про смерть короля Оффа. В отличие от Роупера, Уворен не тщился завоевать симпатии воинов своей собственной службой, наоборот – он требовал верной службы от них. Он знал, что, когда воины оказывают услуги великодушному лорду, они гораздо быстрее проникаются к нему уважением. Поэтому Уворен старался быть везде и давать поручения всем солдатам, чтобы потом иметь возможность щедро отблагодарить каждого. Он всегда находил нужные приятные слова для любого легионера, с которым сталкивался: восхищался боевыми навыками одного или публично вспоминал о подвигах другого.

Почти сразу же, как только ушел Роупер, он провел турнир – с целью усилить свою власть в крепости. Сам Уворен участия в турнире не принял (свое боевое мастерство лучше оставить темой для впечатляющих слухов, чем пытаться его подтверждать), но с удовольствием аплодировал, глядя на то, как воины бьются и борются перед ликующей толпой. Он самолично обеспечил турнир призами (чрезвычайно дорогая кираса из Злого Серебра для лучшего мечника и прекрасный меч из того же сплава для лучшего борца), а также одарил едой и березовым вином благодарную толпу. Репутация Роупера, возможно, и росла, но популярность Уворена возрастала неизмеримо быстрее.

Затем он прямо на улицах организовал брутальную игру «пиоба». Весь Хиндранн увлеченно наблюдал, как две огромные команды боролись за контроль над надутым в виде шара свиным мочевым пузырем. Каждая из команд пыталась кулаками забить шар на территорию противника. Игроки носились с шаром по всем закоулкам крепости под ободряющие крики граждан, глядевших на них из своих окон. Или вставали в плотную стенку, чтобы закрыть свою часть главной улицы и отбросить противника назад.

Последним и наиболее эффектным зрелищем, которое организовал Уворен, стало соревнование атлетов. Оно включало в себя бег на короткие дистанции с оружием и без, состязание силачей и – особо любимый в Хиндранне – двенадцатикруговый марафон по периметру. Никогда за долгие годы марафон не был таким массовым, а в беге на короткие дистанции (впервые за пару десятилетий!) более слабые атлеты смогли выйти из тени Прайса и наконец-то побороться за титулы.

Кроме того, Уворен сделал целое представление из своего ежедневного выезда на великолепном коне, облаченном в полную военную экипировку, по направлению к Великим Вратам. Он доезжал до них в сопровождении свиты из прославленных воинов, поднимался на надвратную башню и внимательно исследовал горизонт, словно пытаясь высмотреть там признаки активности Роупера. Он благосклонно, но сурово принимал оказываемые ему знаки внимания, поднимал руку в знак благодарности, но при этом никогда не позволял себе снисходить до улыбки или даже взгляда в сторону граждан, приветствующих его издали. Он был великодушным властелином, ожидающим только полного повиновения, и никак иначе. Он знал, что в нужное время – когда его солдаты будут вынуждены поднять оружие против своих друзей, оставшихся в Черных Легионах Роупера, – они не посмеют его ослушаться.

Но Роупер все-таки ухитрился немного подпортить ему игру. Мальчик одержал убедительную тактическую победу, а народом Черной Страны военные достижения ценились больше, чем что бы то ни было. И даже этот факт Уворен сумел обернуть себе на пользу. Он, изящно задействовав целую дюжину не связанных друг с другом информаторов, разбросанных в окрестностях Хиндранна, запустил новый слух. И слух этот заключался в том, что после последней победы Роупера сатрианцы предложили заключить сделку, согласно которой часть восточных земель отойдет к ним. Новость эта будоражила крепость несколько дней – мыслимое ли дело, чтобы Черный Лорд заключал мир с сатрианцами, отдавая им огромную часть востока?

Но потом Роупер сделал так, что нужда в интригах отпала сама собой. Спустя двадцать три дня после его исхода до ушей Уворена стали доходить новые вести. Вначале они были невнятными и не внушающими особого доверия, но затем все более и более определенными. В конце концов сомнений не осталось: Роупер проделал марш до Гитру, пригласил туда сатрианцев и потерпел от них сокрушительное поражение.

Банальный тактический просчет, не более того. Рассказывали, что Роупер занял сильную оборонительную позицию, и боевой дух легионеров был достаточно высок, но в последнюю минуту его что-то испугало, и он попытался отойти. Сатрианцы спустили на него своих рыцарей, и узкое поле боя превратилось в бойню.