Лена Валевская – Моя судьба – тебя сгубить (страница 9)

Но причем здесь замужество?

– Айра, почему тебя выдали за Огонь замуж? – озвучила я вопрос.

Айра поняла его немного по-своему.

– Как почему? – искренне удивилась Айра. – Потому что я – младшая. Старшие дочери Матери племени – жены мужчин. Они детей рожают. Они живут жизнью Племени. Только младших дочерей делают женами Огня. Они не могу быть женами мужчин. И быть с мужчиной не могут. Мать Племени уже стара, у нее не будет других дочерей, я последняя. И потому с детства была предназначена Огню.

– И… в чем же заключается ваша с ним… семейная жизнь? – осторожно уточнила я в легком шоке от открывающихся подробностей и брачных перспектив отпрысков местного сообщества.

– Я кормлю его, – как нечто собой разумеющееся сказала Айра. – Храню. Поддерживаю в нем жизнь. Я всегда рядом с ним, слежу, чтобы мой муж не погиб.

– И потому сидишь в холодной пещере совсем одна? – догадалась я. – А где остальные? Где твое Племя?

– Мужчины на охоте. Женщины и дети гуляют.

Она махнула рукой в сторону закрытого шкурой выхода из пещеры.

Вот уж точно Золушка. Пока мать и сестры гуляют, пусть не балу, а просто на свежем воздухе, бедная девочка привязана к одному месту и даже из пещеры выйти не имеет права. И ведь искренне считает, что это ей выпала лучшая доля, ей повезло больше остальных…

А сердце мое уже заколотилось от восторженного предвкушения. Первобытное племя! Настоящее! И я его могу увидеть! Не просто на картинках в учебниках по истории или в кино, а собственными глазами!

Чувствую себя туристкой на необычной экскурсии.

Я уже полностью уверилась, что никакой это не сон. И пусть собиралась отправиться в дорогу утром, позавтракав и одевшись, но судьба или что-то еще распорядились иначе и забросили меня в какой-то из отдаленных уголков Ардалиона, чтобы познакомить с одним из его народов, так напоминающих доисторических людей моего родного мира. Или… А вдруг чудесным образом я вернулась на саму Землю? Да, чуток промахнулась с эпохой, с кем не бывает. Такие мелочи по сравнению с тем, чтобы застрять вообще в чужой Вселенной! Это было куда важнее новых впечатлений и внезапного путешествия.

Надо убедиться! Ведь в Ардалионе совсем другое солнце! И если я увижу свое, привычное…

Ноги сами понесли меня к выходу из пещеры. Холод тут же обнял меня за плечи, но остановить не смог. Не сейчас.

Сдвинув край занавешивающей проход шкуры в сторону, я замерла.

А вот и та самая бескрайняя ледяная пустыня…

Почти один в один из моего сна.

Пещера, а с нею и я смотрели на мир с небольшого возвышения. Видимо, жилище племени было частью какой-то одинокой горы. Или начала горного хребта, которого я из пещеры видеть не могла. Вид открывался лишь на заснеженную голую равнину, ограниченную непривычно далекой линией горизонта.

Надежда, будто меня вернули домой, испарилась.

Потому что этот мир точно был не мой. И даже оказался не Ардалионом.

В выцветшем до бледной голубизны небе незнакомой планеты висело два солнца. Белое и желтое, так похожее на привычное светило Земли. Они находились настолько близко друг к другу, что сомнений не оставалось: у Ледяного мира была двойная звездная система.

Глава 10

Третий мир…

Плезиозавр меня утопи… Третий мир! Будто второго мне было мало, как я умудрилась провалиться в еще один! Что за хтонь со мной творится? Я, конечно, мечтала о странствиях, но неужели Вселенная решила исполнить мое желание настолько причудливым образом?

Вот реально, бойтесь своих хотелок. Как бы не пожалеть.

И ладно бы в чужой аналог ледникового периода меня забросило в шубе и с моим укомплектованным по-походному рюкзаком, но чтобы сразу из теплой постельки да в тоненькой пижаме – это жестоко!

Белая равнина слепила глаза. Два солнца даже на пару не справлялись с обогревом Ледяной планеты. Порыв студеного ветра обжег кожу, заставил слезиться глаза и мгновенно окоченеть всё тело. Я даже не сразу разглядела людей у подножия нашей горы и множество следов в снегу. Для этого пришлось опустить взгляд и протереть глаза покрасневшими от мороза кулаками.

Мерзла я одна, жители пещеры чувствовали себя вполне комфортно посреди своей беспросветной зимы. Словно истинные сибиряки из известной поговорки, одноплеменники Айры утеплились на славу, щеголяя меховыми одеждами разных оттенков бурого и желтого, но одинаково мохнатыми и отлично согревающими даже на вид. Издалека вся эта доисторическая компания походила на стайку неуклюжих упитанных медвежат и присматривающих за ними топтыгиных повзрослее. Махнувшихся местами с полярными белыми собратьями, которые смотрелись бы в этой ледяной пустыне гораздо органичнее.

Но все же это были люди, и вели они себя узнаваемым, совершенно привычным, неизменным для любой эпохи образом: малыши со смехом и веселым возгласами закидывали друг друга снежками или лепили произвольные фигуры из податливой снежной массы, а отдыхающие мамаши расселись по крупным валунам с угадываемой целью посплетничать и обсудить отсутствующих мужиков. Или о чем еще могут переговариваться пещерные женщины, собравшись вместе и почти не обращая внимания на выгуливаемых чад? Я будто с балкона на свой двор смотрю, в самом деле!

И тут меня дернули назад, в пещеру, и сразу же на плечи обрушилась тяжелая шкура. Мои окоченевшие пальцы машинально вцепились в спасительное подобие согревающего пледа, и я запахнулась посильнее.

– Замерзнешь же, – спокойно пояснила Айра, отходя обратно к костру. – И не открывай пещеру. Выстудишь. И Огонь увидят те, кому нельзя.

Спорить я не стала, как и заново отодвигать мохнатую «штору». Насмотрелась на «улицу», достаточно. И теперь, когда занавешивающая вход шкура вернулась на место, а ледяной ветер остался снаружи, стало гораздо теплее.

Я тоже вернулась к костру.

– Спасибо, – поблагодарила Айру за плед.

Айра передернула плечами и подбросила «мужу» на съедение сухую ветку.

– Людей и так мало. Меньше, чем других. Если умрешь от холода, станет еще меньше.

То есть дело не в сострадании или жалости, а в банальном прагматизме. Чем больше людей, тем больше шансов на выживаемость всего племени. Поэтому заботиться следует о каждом из них.

– А тебя не смущает, что я чужой человек и появилась непонятно откуда? – с недоумением поинтересовалась я у Айры, которой, кажется, вообще было всё равно, что у ее костра греется совершенно фантастическим образом оказавшаяся в пещере незнакомка.

Она взглянула на меня с удивлением.

– Я же сказала, людей и так мало. Любой человек ценен. Не важно, как ты появилась. Ты не из Других, и ладно. Захочешь остаться в Племени, оставайся. Хотя это не мне решать. Моя задача – кормить и оберегать мужа. А делами Племени занимается Мать Племени. Только она может запретить тебе остаться с нами.

– Так у вас вождь – женщина, – понятливо и удовлетворенно кивнула я. –Матриархат, значит.

Надо же, я попала в мир, где матриархат реально существует. Приятно, что хоть где-то женщины взяли власть в свои руки.

– Конечно, женщина, – с недоумением отозвалась Айра. – А в твоем Племени разве не так?

– У нас призрачное равноправие, – усмехнулась я. – А на деле рулят мужики.

– Я тебя не совсем поняла, – сказала Айра. – Но мужчина не может быть главным в Племени. Мужчины часто гибнут на охоте. А женщина всегда остается.

Какая-то логика в этом определенно была. При реалиях первобытно-общинного строя вождя Племени, будь он мужчиной, пришлось бы часто менять.

А вот предложение Айры стать частью Племени напомнило мне, что недостаточно просто обогреться и разобраться, куда меня занесло на этот раз. В Ардалионе я тоже оказалась не по своей воле, но там хотя бы сложился определенный план, как поступать дальше. В Ледяном же мире идея отправляться в странствие по планете казалась не просто неудачной, а даже самоубийственной. Но и оставаться жить среди древних людей… Бррр! Так себе перспектива.

Разве что дождаться с ними лета и только тогда отправиться в дорогу. Предпочтительнее, конечно, было бы вернуться в Ардалион, но я даже как сюда, в очередной мир, провалилась, не понимаю, что уже говорить про путь обратно.

– Айра, а долго еще будет длиться зима? Когда наступит…

И тут я запнулась, обнаружив, что в языке пещерных жителей, на котором я теперь бегло говорила, нет слова, обозначающего летнее время года.

Дурное предчувствие заворочалось в животе.

– У вас всегда снег? Всегда так, как сейчас там, за пределами пещеры? Или когда-нибудь наступит тепло? – переформулировала я вопрос, видя непонимание в глазах девушки.

– Не всегда, – ответила Айра. И когда надежда расцвела в моей душе робким цветком, пояснила. – Бывают еще бураны. Когда нельзя выходить и не видно дальше своего носа. А снег был всегда. И никогда не исчезнет. Разве может быть иначе?

От отчаяния захотелось взвыть. Все-таки ледниковый период, а не обычная временная зима! Угораздило же попасть именно в такой мир! И что мне теперь делать? Вот попала так попала!

Неудивительно, что интуитивно я назвала этот мир Ледяным. Таким он и оказался – реальность вечной стужи. Скованная мерзлотой планета.

– А бывает еще холоднее, когда приходят Другие, – задумчиво продолжала девочка, глядя на подрагивающее пламя. – И становится настолько морозно, что не согревают даже шкуры и Огонь. Потому что Другие забирают всё тепло до капельки.