Лена Тулинова – Студентка под прикрытием и препод на мушке (страница 10)
Шкатулка была отлично зачарована, потому что нечего разглядывать всякие там защитные и следящие полицейские артефакты!
– Затем, что я не простой художник. Мне надо понять вашу суть и ухватить её в моменте. И вот тут важно выбрать такой момент. Наиболее подходящий, наиболее прекрасный… Идеальный!
– Но тогда мне точно не надо записывать, когда я сходила в туалет или почистила зубы, – заметила Глория.
– Ну, если только отметить как-то, скажем, цветочком, – предложила я. – А так-то конечно, пишите про прекрасное. Но не слишком подробно – достаточно просто «любовалась великолепным закатом» или, скажем «вкушала свой любимый десерт в кондитерской». Ну и точное время любования и вкушания, потому что – помним же про идеальный момент?
– Как у вас, художников, сложно-то всё, – покритиковала Селли.
– Так ведь мы не простые художники, а магические, – спокойненько ответила я. – Поэтому важно всё, понимаете?
На самом деле, конечно же, важно мне было совсем другое. Я надеялась засечь не идеальный момент, а момент, когда в организм какой-либо из подопытных барышень поступит некое вещество. И последующее за ним помешательство. Вот его вряд ли отметят, но зато наверняка будет какой-то промежуток, какой-то подозрительный разрыв, или как его? Ага, интервал.
– Остальные прекрасные натурщицы тоже могут записывать, – великодушно позволила я, – так им и передайте. Но вы всё равно первые в очереди.
– Хорошо! А когда прибудут твои материалы? Кисточки там, красочки, бумажечки всякие? – спросила Полли.
– Завтречка, – соврала я ласково.
Почём мне знать, где добывать всё это добро, тем более если я буду на учёбе? Но попробую выбить необходимое через госпожу Грейн. А может, и через ректора.
Однако дела начинали наматываться одно за другим, слой за слоем, и клубок обещал стать нешуточно большим. Поэтому я мягко, но настойчиво выпроводила утренних гостий из спальни и отправилась освежаться в душ, не забыв при этом проверить, заперта ли дверь.
План по изучению программы предыдущих курсов немножко отодвинулся куда подальше. Но я не сильно горевала: что я, не разберусь, что ли, в этой бесценной красотище?
Пока мылась в душе, которых тут было два на коридор, перебирала в голове все эти премудрости: уход за телом, массаж, обёртывания… И всё никак не могла взять в толк, как можно достичь чего-то без боли в натруженных мышцах? И можно ли? Не обманывают ли меня девчонки, которые на самом деле все-таки не пренебрегают физическим развитием…
Когда я вернулась из душевой в свою комнату, то обнаружила, что в спальне царит… гм, наверное, порядок. Только не такой, к какому я привыкла. Вместо простых серых штор теперь на окнах красовались диковинно драпированные портьеры, какие я видала разве что в театре. На полочках красовались затейливые статуэтки, но пропала половина книг (нашла их потом сложенными эстетичной стопочкой по размеру на письменном столе).
Возле кровати появилась ширма, вся сплошь изукрашенная рисунками в стиле какого-то позднего чего-то там. Не настолько разбираюсь в живописи, но стилистика была знакомая, такая, знаете, размытые фоны с горами, аккуратно прописанный передний план с толстенькими крылатыми младенцами, серьёзные и прекрасные лица склонившихся над водою пухлых девушек в просторных белых одеждах, овечки с ленточками на шее. У овечек тоже были скорее лица, а не морды, причём весьма удивлённые. Над всем этим великолепием в длину ширмы распахнул крылья длинный двухлапый дракон-виверна. Кажется, он был поражён разнообразием стола и выбирал, что будет на завтрак: прелестную пухлощёкую деву, толстозадого ангелочка (да тьфу, потом ещё перья выплёвывать) или всё-таки штук пять овечек?
«Деву бери, сразу наешься», – мрачно посоветовала я и сложила ширму, чтобы засунуть подальше в угол. Ибо от кого мне тут отгораживаться? Моя спальня не проходной двор!
Сам стол оказался украшен вазочками и донельзя миленькими чернильницами с чернилами семи цветов, и простые перья на деревянных ручках сменились на какие-то вычурные на костяных, с резьбой и меховыми розовыми висюльками на хвосте. В общем, строжайший порядок сменился какой-то ванильной прелестью, местами деланно-небрежной, как причёски барышень после пробуждения.
Я села на стул и в изумлении обозрела свою маленькую комнату, прикидывая, кого мне винить или благодарить за то, что привели её в соответствие со здешними стандартами красоты. Но посидеть не дали: из зачарованной шкатулки с треском вылетел механический комарик и страшным голосом подполковника Грейн сообщил:
– Твои платья в шкафу. И чтоб не думала больше бегать по Чарлеману в чём попало!
– А в чём тогда? – бессильно спросила я, поняв, что это не одногруппницы прорвались в спальню, а сама госпожа Грейн тут похозяйничала при помощи удалённой магии или ещё как-то.
– Рюшечки-оборочки, юбки-панталончики, – пропела начальница на известный в полицейской академии фривольный мотив. – Белых роз букеты, колечки и браслеты!
Правда, в её исполнении это всё равно неумолимо напоминало торжественный марш.
– Есть колечки и браслеты, – отрапортовала я. – Прикажете выполнять?
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.