Лена Тулинова – Последний долг Палача (страница 9)

– Здесь, к северу от пролива? Лучше спросить у Армандо, ему лучше знать.

– Он же не настоящий краснокожий, а полукровка?

– Наполовину тотон, то есть из Южной Феличии, но в местных племенах вроде разбирается, – пожал плечами Ривер. – Предположу, что тут в основном жили оседлые племена. Покажете ваши камни?

Женщина лишь пожала плечами.

– Если только вы не можете придумать ничего более интересного, чем смотреть на камни в темноте. А так, конечно, я бы лучше занялась этим с утра.

– Интересного? Например? – спросил Рэй. – У вас есть какие-то предложения?

– Если я начну предлагать, то вы, чего доброго, сочтёте это за флирт. А я обычно не флиртую.

– А что же? Сразу стреляете в голову, что ли? – всё-таки не удержался, подначил Ривер.

Её хотелось как-то поддевать и подначивать, вот что. И ещё – снова услышать, как она смеётся. Но она не засмеялась, хотя и не разозлилась. Просто пожала плечами.

– Не думайте, что я вас простила, мистер Ривер, – сказала спокойно, словно желала доброй ночи. – То, что вы всё забыли, не делает вас ни в чём не повинным ягнёнком.

– Вы про интервью, миссис Тайсон? Конечно, понимаю, что извинения запоздали, но я их приношу. Я не имел в виду, что женщины недостойны такой сложной работы, как экзорцизм, но вы же понимаете? Вам нельзя испытывать такой страх и такое напряжение, потому что это может плохо сказаться на вашем… гм… женском здоровье.

– Почему ваше извинение ещё больше оскорбляет? Может быть, потому, что вы только что намекнули на трусость и слабость женщин? Уверяю вас, мистер Ривер, женское здоровье крепче мужского.

– Не сомневаюсь, – он коснулся шляпы в жесте, который был призван показать уважение к собеседнику – или собеседнице, конечно же. – Миссис Тайсон, я уважаю женщин. Более того, я их нежно люблю. И вам не стоит искать в каждом слове оскорбление – особенно там, где его нет.

– Вы так думаете? – спросила Тайсон. – Ну что ж. Я попробую простить вас. Но не сегодня. И, кстати, завтра… В котором часу вы встаёте?

– Это как получится, – задумчиво сказал Рэй, который прикидывал, а не устроить ли ночью разведку. – А что?

– Горничная обмолвилась, что завтракают тут сравнительно поздно, в девять, а то и в половине десятого. После завтрака вряд ли получится устроить утреннюю вылазку. Так что жду вас на этом месте в восемь утра. Будет уже достаточно светло, чтобы посмотреть на древние камни. А потом я, пожалуй, прогуляюсь до города.

– Хорошо, – кивнул Ривер. – Я буду тут. Как скажете, миссис Тайсон.

Она посмотрела на него каким-то странным, чуть диким взглядом. А потом резко развернулась на каблуках и ушла в дом.

ГЛАВА 8. Что разведала Джессика Тайсон?

В свои тридцать лет Джессика вовсе не ждала от судьбы каких-то подарков. Но выспаться-то спокойно, просто выспаться – это же даже не милость какая-то, а норма! Однако мироздание, похоже, считало иначе.

Шумиха поднялась после полуночи: сначала грохот где-то этажом выше, потом беготня. Разумная девица на выданье непременно закрыла бы дверь покрепче, на замок, а более опытная дама ещё бы и комодом её подперла. Ну, а охотница на потусторонние сущности схватила слабо светящиеся в темноте магические силки, сунула в карман халата артефакт-индикатор и свистульку из рябинового дерева, и как была, босая и полуодетая, побежала на шум.

На лестнице всхлипывала пожилая экономка, как её там, Бриди, чуть выше маячил с большой керосиновой лампой в руках чернокожий дворецкий. Хорошо, что он на этот раз был в белом – полотняные штаны и рубаха выделялись в темноте, а на месте рук и лица виднелись лишь чёрные провалы.

Странно, а чего они тут все столпились? Призраки их если и пугают, то вряд ли заставят собраться дружненько среди ночи, скорее уж люди просто разбегутся прочь. Самые слабонервные небось вообще давно отсюда уехали. Остались только те, кого сущностями не запугать. А тогда что произошло?

– Пропустите, мне надо, – Джеки протиснулась между слугами, потом отодвинула в сторону хозяина (в белом халате и ночном колпаке, каких она уже давненько не видала!) и оказалась рядом с пастором и Ривером.

Пастор держал подсвечник с тремя горящими свечами, а у хозяина при себе был большой фонарь «летучая мышь». Так что света оказалось достаточно, чтобы понять: на полу у ног Рэя Ривера лежит человеческое тело.

Без движения, зато в луже крови.

– Армандо, – наклонившись, тщетно окликал его Ривер донельзя растерянным голосом. – Очнись, Армандо!

– Мистер Ривер, в сторону, – не обременённая свечами и фонарями Джессика встала возле тела на колени и коснулась рукой шеи Хименеса.

Шершавая кожа была тёплой. Но пульса Джеки не нащупала.

– Что произошло? – спросила она. – Призраки не убивают по ночам, а на смерть от страха что-то непохоже.

– Я не чую тут никаких сущностей, – добавил Ривер.

– Это несложно проверить, – Джеки выхватила индикатор, который обычно не надевала на руку, а держала где-нибудь в сумке или кармане.

Не любила она всякие цацки. Вечно они за что-нибудь цепляются или как-то ещё ломаются, когда на теле. Носила только этот – однако на халате их было не к чему прицепить.

Артефакт-индикатор был выполнен искусным мастером в виде мужских часов на цепочке. Очень удобно! Если сущность рядом – циферблат начинает светиться. От цвета свечения можно понять, как эта сущность настроена, а то вдруг начнёт вредить, кидаться разными предметами или попытается овладеть твоим телом. Ну, а минутная стрелка указывала примерное направление, в котором можно искать призрака или духа.

Часы слабо замерцали бледно-голубым цветом, но стрелка осталась неподвижной. Тихое тиканье прямо над головой Армандо заставило всех затаить дыхание. Джессика увидела в глазах мужчины слабый отблеск – чуть голубоватый. Цвет безопасности, мира. Она зажала часы в кулаке и тоже перестала дышать.

– Погасите свет, – сказала страшным шёпотом. – И отойдите. Мне надо… уловить жизнь.

Этот слабый огонёк, голубоватый, такой славный и такой слабый…

– Армандо Хименес, – прижавшись губами к рубцам на щеке анауканца, прошептала Джеки. – Вернись. В этом мире ещё так много хорошего. Не смей покидать его!

Холод почти моментально заполнил всё её существо. Она уже была знакома с этим холодом, но не успела подготовиться и лязгнула зубами. Ужасно захотелось по-маленькому, что тоже почти всегда сопровождало возвращение духа обратно в тело.

Джеки закусила губу. От холода и слабости ничего не оставалось, как только лечь рядом с Армандо и обнять его.

– Что она делает? – прошептал кто-то.

– Заткнись, – услышала она голос Ривера.

И тут же он опустился рядом, накрывая плечи Джессики чем-то тяжёлым и тёплым. Кажется, он заодно и Хименеса укрыл, но она была ничуть не против. Главное, что ей стало немного легче. Убирая руки, Ривер провёл по волосам Джессики. Это было уже лишнее. Однако возражать она не стала. Было просто не до того. Индикатор, который она положила рядом с Хименесом на пол, налился ярко-голубым светом.

– Стой, стой, а это чт… это кто? – прорвался сквозь тишину и темноту приглушённый голос хозяина дома.

– Наверное, кто-то из наших… постоянных гостей, – ответил пастор внятно и чётко.

– Да замолчите же вы, бога ради, – сказал Ривер. – Лучше пошлите-ка за доктором, пока не поздно. Миссис Тайсон, я пригляжу за призраком. Продолжайте.

Джеки была ему за это благодарна. Вот даже преподобный не понял, что тут происходит, а Ривер не потерял ни хватку, ни сообразительность. Доктор непременно понадобится, потому что если Хименеса убили ударом по голове – некромантия без должного исцеления тут практически бессильна. Дух и сознание вернутся в разбитое тело не вполне по своей воле и снова захотят его покинуть, если оно окажется непригодно для жизни.

– Армандо, вернись, – прошептала Джеки. – Ты ведь ещё здесь. Вернись!

И, увидев, как слабое голубоватое свечение отделилось от головы Хименеса, перехватила его губами, чтобы вдохнуть обратно. Пусть ненадолго, но этого должно хватить. Удержать дух в теле можно примерно сутки. А там как повезёт.

Джеки выдохнула в губы Армандо, и они слабо пошевелились. Но тут она увидела, что часы теперь похожи на костёр: так и пылают красным. А рядом с Хименесом хищно кружится призрак – чуть отсвечивающий оранжевым слабый силуэт.

– Нет! – вскричала Джеки и попыталась перехватить чужого духа.

Однако силки были в кармане халата: так сразу не достать. Тогда она прорычала:

– Ривер! Ты видишь?

– Вижу, не дёргайся, – прозвучал спокойный голос совсем рядом. – Работай.

Рэй сел на пол с другой стороны от тела и быстро-быстро задвигал пальцами. Между ними обозначились тугие сверкающие нити магических силков. Красноватое свечение переползло к пальцам экзорциста, а затем Ривер словно бы скатал силки вместе с чужим духом.

– Попалась, милая, – сказал как-то даже ласково.

И, выудив словно бы из воздуха крошечную склянку, заключил в неё красновато светящиеся нити.

– Почему бы просто не отпустить этот несчастный дух? – спросил пастор с осуждением.

– Мы с нею ещё поговорим. Правда, милая? – с небывалой нежностью спросил Ривер.

Эту нежность и эти интонации Джеки помнила. Она слышала их давным-давно, пятнадцать лет назад, когда бывший пастор изловил непослушное привидение.

Но сейчас её даже не привидение интересовало, а как там возвращённый к жизни Хименес. Больше его состояние, кажется, никого не заботило! А ведь он дышал. Слабо, но дышал. Под пальцами было мокро от крови, но Джеки видела, что её не очень много.