Лена Тулинова – Хрустальный детектив. Сезон 1. Продержаться месяц (страница 7)

– Пара пластырей тут не поможет, – сказал Этьен, заглядывая под стол.

Бланш тут же поджала ноги под табуретку. Но он, разумеется, давно заметил, что тонкие чулки прилипли к кровавым мозолям от туфель.

– Зачем женщины только носят эти орудия для пыток, – пробормотал он.

– Это удобные туфли, – возразила Бланш, – просто мне пришлось в них много ходить.

– Удобная обувь как раз и создана, чтобы в них можно было без опаски пройти много миль и не охрометь на все ноги, – покачал головой Этьен. – Надо лечить.

И вдруг ясно представил, как они могли бы устроиться в гостиной на диване: она села бы в угол, положила пострадавшие ноги ему на колени, и он снял бы чулки, чтобы полечить мозоли артефактом, водя его вверх-вниз по маленьким ступням и стройным лодыжкам.

Чёрт знает что, вот что. Вот потому ему и нужна была пожилая сиделка: чтобы в голову не лезли такие мысли.

И потому просто принёс Бланш гале из ящика комода, не глядя, сунул в её руки артефакт и вышел из гостиной. В душевой умылся наскоро, набирая в горсти холодную воду и плеская её в лицо. Надо было избавиться от лишних мыслей, освободить голову для более насущных.

Какой-то мужчина, подпоив его сиделку в баре, отвёз к себе и занялся с нею сексом… с бессознательной и беспомощной женщиной. Причём, подлец, подготовился к этому заранее! У него был при себе не только дурман, но и презервативы. Не очень понятно только, нужна ли этому мужчине именно Бланш Паради, или сошла бы любая представительница женского пола. Для этого стоило выяснить, кто он. Пока эта проблема существует, исцелять ментальное здоровье Бланш бесполезно: всё сорвётся, едва её знакомец появится вновь.

ГЛАВА 6. БЛАНШ

Хорошо, что Этьен оставил её одну хоть ненадолго. После увиденного и услышанного Бланш изрядно потряхивало. Надо было посидеть немного в одиночестве, и она даже не сразу вспомнила, что в руке зажат каменный ролик-гале на вычурной ручке. Но зеленоватое мерцание минерала заметно успокаивало. Видимо, магия, заключённая в кристалле, действовала не только на больные места, но и на взвинченные нервы!

Бланш магом не была, а то бы сумела использовать энергию минерала не только в предназначенных артефактом целях. Однако сейчас, сжимая инкрустированную рукоять, женщина не думала ни о чём и ни о ком, кроме Роже Дюрана.

Она ведь поверила ему! Она обрадовалась старому знакомому и бывшему любовнику, подпустила так близко, как только была способна – а он? Ещё до того, как они поцеловались, он уже решил использовать встречу по-своему, раз подсыпал в стакан эту мерзость. И для чего? Чтобы просто переспать? Она же была почти не против. Конечно, сказала «не надо», но потом всё равно с ним пошла. Хотя уже и не помнила…

И всё-таки, если бы не определённое вещество, в случае принуждения Бланш могла бы сказать, что во многом виновата сама – нечего было садиться в машину к Роже или, к примеру, надо было более уверенно отнекиваться. А вот этот дурман сводил всё к тому, что ею воспользовались не спонтанно и не просто так, по велению сердца. И даже не спьяну!

Она бережно проводила артефактом по кровавым мозолям и думала, думала. Эмоции отступали. В голове прояснялось.

Когда через пятнадцать минут в гостиную вошёл Этьен – он не стучался, но раза три-четыре подёргал ручку, показывая, что готов войти – Бланш уже успокоилась окончательно и встретила его словами:

– Ему, очевидно, что-то нужно именно от меня. Когда мы встретились, он ничуть не был удивлён. И когда я пошутила, что он преследует меня – поддержал шутку. А потом сказал «у тебя проблемы». Он уже знал, что я нужда…

– Не стоит смущаться, мадам Паради. Вы не пришли бы сюда, если б не нуждались в деньгах, – с прохладцей сказал Этьен. – Но какая ему выгода в ваших проблемах?

– Не знаю. У меня ничего нет, – Бланш развела руками. – То есть у меня небольшой домик, за который уже выплачен кредит, но… Сейчас я на такой мели, что дом сдаю, а живу чуть ли не в мышиной норе.

– Но зачем? – изумился Этьен.

– Затем, что моему сыну осенью исполнилось шестнадцать, и я отправила его в университет.

– А, всё-таки сын у вас есть. И это сын с магическим даром, – кивнул Этьен. – Вы не побоялись отправить его так далеко, в Монпансьель…

– Кто вам сказал про магический дар? Откуда вы вообще берёте все эти странные выводы? – не удержалась Бланш.

– Да тут всё как раз просто. Если мальчик не пошёл в старшие классы, а в шестнадцать лет поехал в университет – то это может быть лишь магический университет, в другие поступают в восемнадцать. А магический у нас только один, и он в столице.

– Вам не откажешь в логике, – вздохнула она.

– Ваш сын знаком с тем мужчиной, который…

– Нет, – сказала Бланш и вдруг прижала руки к сердцу. – Но ведь Роже мог выведать…

– А где работает этот Роже? – спросил Этьен.

– В городском совете, – медленно сказала Бланш, – в отделе образования… Ох.

– У вас есть дом и сын. И некий мужчина, возможно, считает себя вправе на них претендовать.

– Глупости. Роже всегда предохранялся, – выпалила Бланш, – он не может думать, что Пьер-Антуан его сын! Да и потом – у него полно связей, денег, всего, что можно пожелать, зачем ему всё это? Какая ему выгода в ребёнке? Думаю, он просто отчего-то не уверен в себе, вот и подсыпал мне этой гадости.

Но что-то всё-таки царапнуло. Ведь и про дом Роже говорил. И предлагал поработать в нём «сиделкой». Которая будет в основном лежать… В свете открывшихся обстоятельств последнее предложение показалось особенно гадким.

– У меня ощущение, будто бы он… – тут Бланш запнулась. – Нет, не может быть. Ему просто нужен дом на лето, провести отпуск, а всё остальное ошибка.

– Можно подмешать кому-то «белль-дормон» по ошибке? – усомнился Этьен. – Но кое в чем вы правы, мадам Паради…

– Бланш, – сказала Бланш. – Это куда короче, к тому же очень удобное имя: можно и крикнуть, и прошипеть.

– Хорошо, если вам так удобнее, – пожав плечами, сказал Этьен. – Так вот, вы правы, Бланш. Мы пока не видим главное: мотива. Для чего вашему другу Роже было использовать «белль-дормон», если вы и так не были против?

– Я была против, но, – тут Бланш слегка прикусила губу, – отчетливо помню, что сказала об этом уже после того, как мы с ним выпили.

– Значит, что-то в вашем поведении сказало ему, что вы не согласитесь по доброй воле.

Бланш нахмурилась.

– Бросьте, мсье Ленуар. Переспать со мной – не такой уж большой приз.

– Я бы так не сказал, – мягко сказал Этьен. – Вы себя явно недооцениваете.

– Мне сорок лет, и я, мягко говоря, не была идеальна даже в двадцать. Тем более, Роже знавал меня куда более свежей – и то мы расстались! Тогда у меня и талия была тоньше, и щеки худее, и глаза больше…

– Вы к себе несправедливы, Бланш. К тому же сексуальное влечение не так уж редко перерастает в настоящую манию.

– Ну, до маньяка Роже далеко. Так же далеко, как мне до тоненькой красавицы! Будь он маньяком, не отпустил бы утром… и вряд ли бы предохранялся. Так что нет, это не мотив. А вот дом…

– Дом – тоже ценность, – кивнул Этьен. – Хотя мне кажется, что дело далеко не в доме.

– Это всё очень странно, – сказала она. – Но я надеюсь, что всё само собой прояснится. А теперь давайте на время забудем о происшествии, иначе я с ума сойду.

– Хорошо. Кстати, чулки придется выбросить, – уже уходя, сказал Этьен. – Они в крови и, кажется, слегка порвались.

Бланш почувствовала, что краснеет. У неё не было запасных чулок.

***

Вечер нагрянул в гости довольно неожиданно. Этьен целый день требовал внимания. Разве что за исключением пары телефонных разговоров и примерно часа чтения каких-то бумаг, доставленных курьером. Бланш лечила ему вчерашний перелом, который, кажется, безнадёжно зажил – судя по виду руки, исцелять было уже нечего. Беседовала с пациентом, который ловко уходил от расспросов. Готовила обед и ужин.

К вечеру она даже есть не могла. Чувствовала себя усталой и разбитой, к тому же всё время возвращалась мыслями к Роже. Он был ей гадок и о нём хотелось забыть, но не получалось.

– Вы сегодня устали, Бланш, – сказал Этьен. – И напуганы. Вы собираетесь домой?

– Да, конечно.

– Могу я уточнить: вы точно не собираетесь встречаться с Роже сегодня?

– Приложу все усилия, чтобы избежать встречи, – заверила его Бланш. – К счастью, он не знает, где вы живёте. Назначил встречу в девять возле отеля.

– Тогда… Вы сейчас едете?

– Иду, – поправила Бланш, с тоской думая о том, чтобы снова надеть туфли, да ещё и без чулок.

Мозоли, конечно, очень хорошо поджили благодаря гале. Но тонкая кожица вновь лопнет, стоит только пройти хотя бы четверть мили. И тогда будет больно.

– У вас ведь есть пластырь, мсье Ленуар?

– У меня столько всего, что я мог бы открыть аптеку, будь у меня лицензия… и желание, мадемуазель Паради.

– Бланш.

– Тогда – Этьен, – сказал мсье Ленуар.

– Простите, но нет, не пойдёт. Вы наниматель. Я – наёмная работница, сиделка. Мсье Ленуар – самое такое ваше… название.

– Ну спасибо, – кажется, Этьен чуть обиделся. – Вот вам деньги на такси, Бланш – в счёт будущего жалованья, не надо так на меня смотреть. Это чтобы вы сегодня спокойно добрались до вашей «мышиной норы», а завтра не опаздывали. И всё же подумайте о том, что здесь полно комнат. Вы могли бы перебраться сюда…

– Мадам Анри жила с вами? – спросила Бланш с особой интонацией.