Лена Тэсс – Счастье за диваном (страница 4)
То же самое повторилось и с первого дня школы. Я проверяла его уроки, иногда находила ошибки и предлагала ему помощь, но он лишь кивал головой и никогда ни о чём не спрашивал.
Мне было жаль своих родителей, которые так и не смогли полюбить внука, и в тоже время я была бесконечно рада, что у меня был брат, готовый тратить на племянника всё своё свободное время. Я подозревала, что от него он и научился этой политике «Я всё могу сам», но жаловаться не имела права. У нас не было никого кроме Ильи.
— Саш, я отвезу заказы на почту и заеду в магазин пряжи. Если не вернусь к твоему приходу, разогрей ужин и делай уроки, хорошо?
— Конечно, мамочка, — ответил он и положил трубку.
Быть мамой почти всегда было непросто, но в такие моменты, когда Сашка называл меня «мамочкой» или перед сном приходил чмокнуть в щёку, я понимала, что всё делаю правильно.
Когда я вернулась домой, было около восьми вечера и в квартире стояла подозрительная тишина.
Такая бывает, когда вы случайно оставляете маленького ребёнка посреди комнаты с новым набором фломастеров и свеженьким альбомом, минут двадцать наслаждаетесь тишиной и кофе, а потом вдруг осознаете: что-то пошло не так.
Тишина в квартире с детьми — это первый признак надвигающейся катастрофы.
Неважно — восемь месяцев ребёнку или восемь лет. Неважно — мальчик это или девочка. Не важны ни количество детей, ни цвет их глаз или волос.
Я прошла на кухню и отметила, что даже грязной посуды в раковине не осталось. Тарелка и чашка стояли вверх дном на полотенце, расстеленном рядом с раковиной.
— Саш? — Я позвала сына и услышала, как тот закопошился и поспешил ко мне.
— Да, мамочка? — Ребёнок оказался передо мной уже через пару мгновений. Он стоял, отведя руки за спину, слегка дергая плечами и постоянно вертел головой, словно пытаясь понять, что натворил.
Хм. Быстро прибежал, на меня не смотрит, явно нервничает. Здесь точно что-то не чисто.
— Сынок, ты уроки на завтра сделал?
Наконец-то он поднял голову и интенсивно замахал ею вверх-вниз.
— Да, и математику, и русский. А больше ничего не задавали. По английскому тетради забрали и пока не отдали, мам.
Он оттарабанил всё это на одном лишь выдохе и уже готов был слинять по каким-то одному ему понятным и важным делам.
— Ты погоди, присядь. Чаю хочешь? Я принесла маленькие сникерсы.
Сашка покачал головой, что было странно. Чай он любил, особенно с конфетами.
— Как на футболе дела? Я не успела тебя отвезти, извини, бабушка задержала меня, а потом на почте и еще…
— Всё хорошо.
Я вопросительно приподняла бровь. Сашка обожал футбол и мог рассказывать про свои тренировки и успехи если не часами, то как минимум минут пятнадцать без перерыва. Он всегда подробно описывал, как и кому отдавал пас, сколько было упущенных возможностей для гола, и обещал, что обязательно забьёт в следующий раз.
Несмотря на наш переезд и смену учебного заведения, к спортивной школе, где у него проходили занятия, мы, наоборот, переместились гораздо ближе, так что теперь я могла отпускать его одного, практически не переживая. По пути была лишь одна дорога, но со светофором. Я просто всегда просила его позвонить мне и сообщить, что он успешно добрался до места.
— Что ж, можем попробовать сегодня настроить приставку. Ты её распаковал? — Я встала со стула и собиралась сделать шаг в сторону большой комнаты.
— Нет! — Сын вскочил с места, немало удивив меня.
Я уже собиралась спросить, не сломал ли он свою любимую Play Station, подаренную Ильёй на прошлый новый год, как из большой комнаты послышался весьма отчётливый шум. Как будто что-то упало.
«Кот», — подумала я, вспоминая, как сын пару раз намекал на то, что было бы здорово завести домашнее животное, ведь теперь это наша собственная квартира и места тут очень много. Неужели принёс с улицы? Я быстрыми шагами направилась в сторону гостиной, настежь распахнула дверь и замерла на месте как есть.
Из-за нашего старенького дивана, который мы перевезли сюда со съёмной квартиры, на меня смотрели две пары испуганных девчачьих глаз.
— Мам, я всё объясню! — Сашка выскочил вперёд и встал между мной и неожиданной находкой.
А я вдруг подумала, что лучше бы он принёс домой кота.
____________________
Глава 3
Не знаю, как именно я выглядела в этот момент — возможно, моё лицо выражало крайнюю степень удивления и шока, — но первое чувство, захватившее меня при виде чужих детей в своей квартире, — паника.
Очевидно, что их привёл Сашка, но кто эти девочки? Откуда они взялись? И самое главное: какой срок сейчас дают за сокрытие несовершеннолетних?
Вообще-то мой отец и дедушка Сашки, Алексей Александрович — полковник в запасе и следователь. Уважаемый человек в самых высших кругах города. Он вхож в кабинеты не только власть имущих, но и водит с ними близкую дружбу. Даже не представляю какой переполох поднимется, если его дочку посадят в тюрьму по обвинению в похищении детей.
Интересно, а за это могут дать реальный срок?
Я поморщилась от одной лишь мысли, рисуя в воображении типичную камеру с нарами и парашей, прямо как в сериале «Бригада», только с матёрыми тётками в синих рабочих халатах и белых косынках, завязанных под затылком.
— Мам? — Сашка помахал перед глазами своей раскрытой пятернёй
Сашка! Родной мой! А с ним-то что будет, если я вдруг окажусь в тюрьме? Придется просить Илью оформить опекунство. Меня-то родительских прав точно лишат. Главное, чтобы сына не поставили на учёт.
— Ну, ма-а-а-ам! — Сын осторожно взял меня за руки. — Мамочка, не злись пожалуйста, это я девочек привёл, они не виноваты.
Его холодные, как ледышки, пальцы, вернули меня в реальность, оставляя первые волны панической атаки позади. Я моргнула, прогоняя плывущую перед глазами ёлку, и снова посмотрела на спинку дивана, из-за которой торчали две макушки и две пары глаз — одни любопытные и изучающие, вторые испуганные.
— Выходите, ваше укрытие раскрыто, — произнесла я как можно мягче.
Их действительно было двое. Две девочки на вид лет восьми и четырёх. Симпатичные и, кажется, прилично одетые. Я прикусила щёку изнутри, чтобы не застонать от мысли, не станет ли их количество отягчающим обстоятельством при оглашении приговора.
Они встали как два солдатика. Та, что постарше, вопросительно смотрела то на Сашу, то на меня, а маленькая вцепилась в её джинсы и опустила глаза, с интересом изучая свои яркие полосатые носки.
Я прочистила горло.
— Давайте вы присядете и всё мне расскажете.
Дети уселись на диван, и мне стало не по себе. Я словно возвышалась над ними и нависала. Так дело не пойдёт. Оглянувшись, я заметила в углу старенький стул, который по доброте душевной здесь оставили предыдущие владельцы, подтащила его, проверила на прочность, качнув пару раз из стороны в сторону, и присела.
— Что ж, — начала я неуверенно. — Саш, может быть, ты познакомишь меня со своими гостьями? Ведь ты их привёл, я всё правильно понимаю?
Сын кивнул и посмотрел на девочек с мягкой ободрительной улыбкой. Ох, этот мальчик так легко перенимает поведение моего братишки Ильи и может вырасти тем ещё сердцеедом.
— Мам, это Катя. — Он махнул рукой в сторону старшей девочки, которая тут же подняла голову и посмотрела прямо мне в глаза. У неё были тёмно-русые волосы и яркие большие зеленые глаза в серую крапинку. — Она моя одноклассница. Ей восемь лет. А это её младшая сестра, Вероника.
Малышка, в отличие от своей сестры, не рискнула пялиться на незнакомую тётю и медленно прошлась по мне внимательным изучающим взглядом. Вероника была очень похожа на Катю, только волосы, заплетённые в две косички, были на несколько тонов светлее, и казалась она более робкой и стеснительной.
— Так, и ты решил пригласить одноклассницу в гости? — логично спросила я, надеясь услышать положительный ответ.
— Не совсем.
Повисла пауза. Я запретила себе снова паниковать и ждала объяснений. Ждала, пока Сашка сформулирует свою мысль, чтобы попытаться выгородить и себя, и обеих девочек, потому что для них, кажется, это было важно. Но прошла пара минут, и я сдалась.
— Просто расскажи мне как всё было, ладно? А я постараюсь придумать, что с этим делать.
Сын кивнул и, сомкнув ладошки в замок, неуверенно начал свой рассказ.
— Я шёл домой после футбола и встретил Катю. Она пришла в садик за своей сестрой вместе с… их няней и стояла у калитки, ждала их. А потом появилась женщина с Вероникой, которая плакала. Та тётя была реально ужасной, мам. Она тащила девочку за руку практически силой, дёргала её и что-то кричала, а потом…
— Потом я оттолкнула Анжелу в сугроб, схватила сестру, и мы убежали! — не выдержала старшая из сестёр и выкрикнула это, с гордостью задрав носик
Кажется, что новой волны паники избежать будет крайне сложно.
Глава 3.1
И всё же объяснение сына не звучало выдуманным, а Катя выглядела очень воинственно. Видимо, женщина действительно очень жестоко обращалась с младшей, раз дети решили от нее смыться.
— И ты позвал девочек к нам? — спросила я у Сашки.