Лена Тэсс – Измена. Моложе, не значит лучше (страница 36)
Ясно. Коротко кивнув встала и направилась к выходу. Уже в дверях обернулась и поблагодарила мужчину. Сама не знаю за что — не то за тактичность, не то за обещание больше не беспокоить меня по этому вопросу.
На крыльце здания делаю глубокий вдох.
На улице не холодно — свежо. И от этого мне сразу становится легче.
Нет, я больше не собираюсь возвращаться к этим страницам своей жизни.
Никакого злорадства о судьбе Ромы не испытываю, он лишь получил то, что заслужил. Возможное реальное наказание за совершенное преступление против государства. В контексте предательства меня — он просто потерял единственного человека, который когда-то его искренне любил.
Сейчас он даже не понимает насколько это может быть страшно. Все еще верит в свое природное везение и то, что сможет выкрутиться из любой ситуации. Даже этой. Но очень скоро поймет какого это остаться одному, когда больно, страшно и одиноко.
Или нет.
Достаю из кармана телефон и набираю номер единственного человека, с которым хочу провести этот вечер. И не только этот.
— Привет, — отвечает Паша с такой нежностью в голосе, что все лишние мысли сразу же вылетели из головы.
Бывает так, что он не может взять трубку. Бывает, что не перезванивает сразу. Бывает, что сам пытается мне дозвониться по пять раз подряд, а я просто поставила на беззвучный и забыла об этом. Потом Паша меня ругает и дает строгие и очень четкие инструкции как больше не попадать в такие неприятности.
— Я соскучился, где ты? У меня для тебя кое-что есть.
— Скоро буду дома, — расплываюсь в улыбке.
— Я еду через центр, тебя забрать?
— Нет, я не на работе. Возьму такси.
— Была в интересном месте? — игриво спрашивает он.
— Не очень, но обязательно тебе расскажу.
И я рассказала, а он не стал перебивать и обижаться. Просто выслушал и понял почему я пошла и почему больше никогда не увижусь с бывшим мужем.
И может быть потому что именно в этот день одна история получила свою долгожданную и жирную точку, стало возможно начало другой.
Паша сделал мне предложение и я сказала ему “Да”.
Эпилог
— Тетя Маша! — в коридоре в мою сторону бежит Коля и я пытаюсь изобразить добродушную улыбку, но кажется получается злобная гримаса.
Это не специально. Племянника я обожаю.
И кажется, что проходила уже это два года назад, но к такому нельзя привыкнуть. Никогда.
— Коля, подожди, — мама перехватывает мальчика за руку, тот обиженно вытягивает губу, потому что не добрался до моего живота-шарика. Ему нравилось его обнимать. Он мечтал о сестрички с тех пор как узнал о том, что у нас с Пашей будет девочка.
Да, в сорок два года я собираюсь стать мамой. Во второй раз.
За последние четыре года изменилось очень многое — начиная с того, что я снова вышла замуж и наша с Пашей свадьба была такой кричаще нескромной, что о ней писали все глянцевые журналы и интернет-издания. Меня это смущало и бесило, но муж лишь смеялся над тем, как я пытаюсь вынести все это внимание и суматоху.
Он полностью переложил заботу о торжестве на организаторов, все, что доверили лично мне — выбрать платье.
Мы расписались в мае в одном из загородных клубов, пригласив невероятное количество людей. На мои причитания о том, что это все-таки моя вторая свадьба и она не должна быть такой пышной Паша лишь отвечал, что у него-то она первая.
Тем же летом я поняла, что наш медовый месяц на Бали не прошел даром и я жду ребенка. Говорить об этом мужу было страшно и больно, потому что никакой уверенности в том, что я могу его выносить не было. Меня преследовали ночные кошмары об очередном выкидыше и о том, как Паша уходит от меня из-за этого.
Но узнав о том, что у нас будет малыш муж кажется сошел с ума от счастья и едва не задушил меня в объятьях, обещая сделать все, чтобы я не напрягалась и не заболела, и даже если случится худшее — будет рядом и поможет пройти через это. Но дни шли, неделя за неделей анализы были в норме, первый триместр остался позади, а мои врачи не видели никаких ограничений для нормальной жизни. Да, анамнез был не очень хорошим, но развитие плода шло своим чередом и вскоре мы узнали, что у нас будет сын.
Миша появился на свет восьмого марта, как самый лучший подарок, который мой муж мог бы мне сделать в этот день. Даже несмотря на тяжелые роды и чувство будто меня избивают изнутри и собираются разорвать на части я оказалась самой счастливой женщиной на свете.
Мой сын был жив и здоров. Я смогла обнять его в первые секунды жизни. Паша пришел сразу как только ему разрешили к нам войти и обещал, что в следующий раз ни за что не оставит меня одну.
Я посмеялась на счет следующего раза, но через год и пару месяце мне стало не до смеха, когда признаки утреннего недомогания стали проявляться регулярно на протяжении нескольких дней.
И вот я снова в родильном отделении. С одной стороны меня за руку держит Паша, с другой Вика. Они спорят о том, стоит ли мужу присутствовать на родах жены.
Мама увела Колю в комнату для детей, там где он сможет отвлечься на рисунки и машинки, а может быть даже потом уговорит его вернуться домой.
Несмотря на то, что я так и не смогла до конца простить ее за свое детство и за то, что она всегда предпочитала мне младшую сестру, между нами установилось некое подобие мира. Мы не ругались, ничего не выясняли и почти никогда не касались темы прошлого.
Она полюбила своего внука как сына и растила Колю именно так.
Его здоровье и развитие во многом улучшилось именно благодаря ее стараниям и нашей поддержке.
— Вика, уведи Пашу! — Взмолилась я, когда почувствовала, как новая схватка пронзает тело болью.
Из глаз брызнули слезы, а из горла вырвался протяжный вой. Черт, я как побитая собака.
Сорок два. Мне сорок два года! Не просто старородящая, а давно перешагнувшая этот порог женщина. В таком возрасте бабушками становятся, внуков балуют и изредка берут домой, чтобы разгрузить молодых родителей от забот и хлопот.
— Ну вот, готово, — подруга вернулась в родовое сияя улыбкой от уха до уха. — Ну как ты, готова?
— Я тебя съем, — огрызнулась, но она лишь хохотнула.
А потом развлекала меня разными историями о том, что и не в таком возрасте рожают, и что я заслужила свое счастье.
Через три часа подруга объявила о том, что “пора” и двадцать минут спустя мне в руки передали мою доченьку. Мою Надежду. Такую маленькую, крохотную и сладкую, что едва увидев ее, я стала задыхаться от счастья и переполнившей меня любви. Точно так же как когда впервые взяла на руки сына.
Ни с чем не сравнимое чувство, которое не купишь ни за какие деньги и ни на что не променяешь.
Спустя еще два часа ко мне пришли Паша и Миша. Муж показал нашему сыну его маленькую сестренку.
— Касивая, — шепнул он папе.
— Так и есть, Мишутка. Давай будем беречь ее и маму.
Сын кивнул и крепко сжал мои пальцы.
Оказалось, что быть семьей так просто, когда тебя любят и понимают.