Лена Тэсс – Измена. Ложь, боль и слёзы (страница 16)

Соколов не любил публичных сцен.

Да, он много чего не любил, если из-за этого ему приходилось напрягаться больше, чем он того хотел. Странно, что у него вообще что-то получилось в бизнесе, учитывая его потенциальное нежелание делать больше, чем положено. Либо он удачливый дурак, либо просто стал настолько безразличным ко всему со временем. Но у меня сейчас нет ни сил, ни желания с этим разбираться.

- Мы едем домой, - Влад сделал несколько решительных шагов в сторону лестницы.

- Тимофею нужно забрать вещи из класса.

- Потом, сейчас домой и ты тоже! Мы едем все вместе.

Я закатила глаза и уже было собиралась ответить ему, когда меня за рукав схватила маленькая, но крепкая ладонь сына

- Мама никуда с тобой не поедет, и я не поеду. Ты нас предал. Ты маму предал, - твердо заявил Тим. И откуда у него в девять лет такой голос?

Я видела как от шеи до лба Влад пошел красными пятнами, слышала, что его телефон на беззвучном режиме вибрирует во внутреннем кармане пальто. Не нужно было быть Шерлоком Холмсом, чтобы догадаться кто именно ему пытался дозвониться. И лицо мужа, который спешно и нервно достал айфон и взглянул на экран - лучшее тому доказательство.

- Мне нужно на работу, а вы… ты, - он указал пальцем на меня, - раз уж решила поддержать этот балаган, будешь сама расхлебывать. Будь на связи и приструни своего сына, - он кивнул в сторону Тимофея, - вечером поговорим дома.

- Нас там не будет, Влад, - кинула я вслед его удаляющейся фигуре.

Он на секунду замер, но так и не обернувшись продолжил спускаться по ступенькам и вылетел прочь из школы.

Я сжала ладонь сына. Не представляю, что именно случилось, как он узнал, что именно к этому привело и сможет ли он восстановить все это в связном рассказе, но совершенно точно собиралась на сегодня его из школы забрать. До конца четверти оставалось всего несколько дней, контрольные написаны и сданы, оценки почти все выставлены. Попрошу открыть ему больничный у педиатра. Если тот не согласиться, просто напишу записку, пусть думают что хотят.

- Заберешь свои вещи, сынок? Потом поедем домой?

Он с ужасом округлил глаза, когда до меня дошло что именно подумал Тимофей.

- Не туда, Тим. Ко мне домой, в ту квартиру где я живу сейчас. Для тебя там все еще есть комната, не такая большая и уютная как у папы, но я буду рада, если мы все для тебя обустроим. Хотя бы на сегодня. Что скажешь?

Он медленно кивнул и впервые за долгое время обнял меня.

***

Мы купили мороженое и пончики. Жареные, вредные и щедро посыпанные сахарной пудрой.

Наверно не самое правильное решение как для родителя, который должен объяснить ребенку, что драка это не лучший способ решения любых проблем, но во мне взыграло другое чувство. Более честное и настоящее. Благодарность.

Благодарность к сыну за то, в чем я пока не разобралась до конца, но совершенно точно в основе его поступка было желание меня защитить.

Как ни странно это было приятно. Словно я что-то в этой жизни сделала правильно, не зря потратила свое время, не упустила тот момент, который важнее подарков, машинок, телефонов и компьютерных игр.

В квартире, уже на кухне я заварила чай.

- Можно мне не горячий, - пробубнил Тим.

- Конечно, - я улыбнулась и кивнула, добавляя в чашку остуженный кипяток. - Расскажешь что именно произошло сегодня?

Мне было любопытно, конечно. Стоило сдержаться и дать сыну время, но я не сомневалась что совсем скоро Соколов остынет и начнет звонить, уговаривать, умасливать, увещевать меня, а затем и его на предмет необходимости воссоединения.

- Мама Сережи ночевала у нас.

Руки дрогнули и на ноги мне пролился кипяток. Свой чай я еще разбавить не успела.

- Черт, - отскочив в сторону от горячей лужи поставила кружку на столешницу и принялась вытирать воду. - Ты рассказывай дальше, Тим, я слушаю.

Я слушала, пока меня колотило от злости о осознания того, что в нашем доме, в нашей квартире Света трахалась с моим мужем в нашей постели. Настолько далеко зайти мог только Влад. Идиот. Сволочь. Предатель.

Он же хотел все исправить. Хотел, чтобы мы снова стали семьей. У него наверняка невероятное раздвоение личности и замашки будущего городского сумасшедшего, если ему вздумалось, что после такого возможно что-то кроме развода. Настолько быстро, насколько это возможно.

- Это я пригласил Сережу переночевать. Мы давно собирались, а тут как будто все хорошо сложилось. То есть я не совсем приглашал с ночевкой. После футболы мы зашли к нам, остались поиграть в приставку, потом пообедали и сделали уроки. А когда позвонил папа я сам рассказал, что у меня друг в гостях и он вернулся с мамой Сережи. Мы сели ужинать и уговорили папу и его маму остаться на ночевку, - тараторил Тим. - Ты же знаешь, что у меня нет второй кровати в комнате, поэтому их спать отправили в гостевую. А ночью я проснулся из-за того, что захотел попить и пошел на кухню.

Он резко прервал свой рассказ, от этого по коже на руках прошелся морозец, а волоски встали дыбом.

- Ты можешь рассказывать дальше, Тим. Все хорошо.

Он вздохнул и провел своими пальцами сквозь волосы. Прямо как отец. Совсем как взрослый.

- Я услышал какие-то звуки из вашей комнаты. Сначала подумал, что папа громко смотрит телевизор, хотя он же никогда его не смотрит, потом увидел как мама Сережи выходит оттуда и…

Заминка, вздох.

- И?

- И что она в одной футболке.

Господи, Соколов. Неужели не мог держать свой член в штанах, пока дети дома? А эта стерва? У нее не хватило мозгов, чтобы не раздвигать ноги в чужом доме? Или с беременностью мозги совсем атрофировались?

Сын точно понял, что именно он увидел и я не собиралась играть с ним эту ненужную “ты-мог-все-неправильно-понять-сынок” игру. Он застал отца с любовницей, а значит легко мог сложить дважды два.

- Утром они делали вид будто бы просто коллеги, но я смотрел как мама Сережи по-хозяйски ведет себя в нашем доме и мне стало так… - подбирая слово Тим нахмурил брови, сверл их вместе и плотно сжал губы, - противно. В школе я спросил напрямую Сережу о том, что он знает. Я уверен, что он знал. Был уверен и был зол, поэтому накинулся на него, а он защищал свою маму, поэтому я, конечно, в этом виноват и не отрицаю. Но папа… Как он мог? Мне кажется будто он предал нас, самым мерзким образом. Сначала врал о том, что ты болеешь, а теперь решил, что так будет нормально, как только ты ушла. Мама, почему ты не сказала мне раньше?

Что я могла сказать девятилетнему сыну, который обожал отца?

- Потому что люблю тебя и хотел оградить от того, что произойдет.

- А что произойдет?

- Мы разведемся, Тим. И тебе, возможно, придется сделать выбор с кем из нас ты захочешь жить.

Глава 13

Тимофей плохо засыпал. Пришлось уложить его в свою кровать. О посещении им школы завтра речи не шло. Он так и не забрал свой рюкзак, а я так и не связалась с Соколовым, чтобы узнать не позаботился ли он об этом.

Конечно нет. Я уверена, что у него были более важные вопросы и проблемы. Например обсуждение своего будущего со своей же беременной любовницей. И о том, что у Влада есть любовница теперь знает если не вся школа то точно весь наш родительский чат. Иначе с чего бы там вдруг воцарилась такая тишина?

Еще вчера шли бурные обсуждения о том, какие подарки покупать детям к новому году (потому что в октябре самое время), а сегодня всех вдруг перестало волновать стоил ли положить в коробки рафаэлло или лучше больше мандаринов? Сомнительно.

Очевидно, что наш дружное кукушкино сообщество создало отдельную беседку по обсуждению самой горячей темы. Я точно знала кого именно туда не пригласили.

- Тебя это волнует? - спросила моя соседка тем же вечером.

- Не знаю.

Я бы и хотела сказать, что нет, но тогда бы точно соврала.

- Почему?

- Это повлияет на Тима, - пожала плечами.

- Он уже большой малец, справится.

Я покачала головой, но Ася продолжила свою мысль намекая на то, что раз сын выдержал несколько синяков и смог восстать против друга и отца, отстаивая мои интересы и мою честь, вероятно еще не вполне осознавая что эти слова значат в полной мере, то и с остальным справится.

- Это неприятно, но если он сейчас не дрогнул, то и потом не станет. Мальчик сильнее, чем ты думаешь и знаешь что? Это полностью твоя заслуга, если принять на веру то, что отца он видел крайне редко.

- Влад много работал.

- Да, - кивнула Ася, - а еще трахался на стороне. Прости, но кажется, что эта женщина не первая его любовница, а трюк с “болеющей” женой, которую никак нельзя бросить у него был отработан лучше, чем все пантомимы в цирке.

Как раз в этот момент у нее пришло сообщение. От меня не укрылось как глаза девушки зажглись интересом и как быстро она схватила телефон. Улыбка на ее лице просто бесила.

- Забери свое хорошее настроение и брысь с глаз моих, - пробурчала я, когда на ее щеках проступил румянец после прочитанного с экрана. Не иначе там жесткий флирт, рискующий перерасти в нечто неприличное.

Ася посмеиваясь все же ушла, а я осталась наедине с собой, размышляя о той самой “байке”, с которой все началось и о том, как порой жестока бывает жизнь.

Я записалась на прием к онкологу, контакты которого мне направил Масловский. Я сама на этом настояла и после короткого спора он уступил.

Хотя нет, не так.