Лена Сокол – Sex-дневник Кати Морозовой (страница 3)
А ведь я не уродина.
Красивая, независимая, уверенная в себе женщина. Та самая, глядя на которую мужчины обычно задумываются: потянут или нет, а потом отправляются искать вариант попроще.
Возможно, я и могла бы быть проще, но тогда это уже буду не я.
Поэтому после череды неудачных романов и любовных разочарований, приведших к мысли о том, что мне не суждено стать чьей-то спутницей жизни, встреча с Ильей показалась подарком небес.
Холостой, невозможно красивый, да еще и спортсмен, Илья Сапожников выглядел белой вороной на вечеринке, устроенной для представителей шоу-бизнеса одним модным столичным фотографом. Стоял в стороне и со скучающим видом потягивал коктейль. И даже длинноногие модели, пытающиеся время от времени завести с ним разговор, не способны были завладеть его вниманием дольше, чем на полминуты.
Это-то меня и подкупило.
Женщины поймут: мы все немного пасуем при виде красоток с идеальной внешностью и лебединой шеей. Между ними и обычными представительницами прекрасного пола мужчины обычно выбирают первых, и необходимость соревноваться, подгоняя свой внешний вид под модельные стандарты, надо признаться, всех нас, простых земных женщин, сильно утомляет.
Поэтому отсутствие интереса к манекенщицам со стороны Ильи придало мне уверенности. Я подошла, представилась, и весь остальной вечер мы с перспективным молодым футболистом провели уже вместе.
А дальше были долгие прогулки, красивые свидания, походы на выставки и в дорогие рестораны с утонченной кухней. Объятия, поцелуи, признания – все то, о чем я к своим годам уже и не мечтала.
Заботливый, внимательный, с хорошими манерами и ярко выраженными кубиками пресса на животе, Илья был моим счастливым билетом на поезд, который должен был увезти меня из одинокой жизни и доставить прямиком к станции «Вечная любовь». Все складывалось прекрасно, и мы должны были жить долго и счастливо и умереть в один день.
А умерла я одна – в тот момент, когда вернулась домой раньше и застала в нашем триплексе в центре города кое-кого постороннего.
– Дорогой! – Крикнула я, входя в квартиру.
Скинула шпильки, бросила сумку на пол и прошлепала в кухню, где взяла бутылку шампанского из холодильника. Там же подхватила из бара два бокала и, зажав их меж пальцев, стала подниматься на второй этаж, откуда доносилась негромкая джазовая мелодия.
В душе я обрадовалась: значит, Илья уже проснулся, и мы сможем сразу заняться любовью. Тогда мне было невдомек, что мой жених уже позанимался ею на нашей общей кровати, только с кем-то другим.
– Котенок, – промурлыкала я, входя в гостиную.
И тут в дверях нашей спальни показалась его фигура.
– Катя? – Жених выглядел ошарашенным и даже испуганным.
Он был без одежды. На его бедрах повязано мокрое полотенце. С кончиков светлых волос капала вода.
В любой другой ситуации вид обнаженного тела призвал бы меня немедленно приступить к делу, но вот выражение его лица… Я моментально сообразила, что здесь что-то не так.
– Почему ты так рано?.. – Взволнованно спросил жених.
– Сбежала с работы. – Выдохнула я.
– Круто. – С деланным энтузиазмом произнес он.
И в этот момент я перехватила его взгляд, боязливо метнувшийся в сторону ванной комнаты. Кажется, оттуда слышался шум воды.
– Тогда позавтракаем вместе? – Улыбнулся будущий муженек, указывая на лестницу за моей спиной.
– Там кто-то есть? – Вместо ответа осипшим голосом проронила я.
И кивнула в сторону ванной.
– Что? Где… – Начал было бормотать Илья.
Но от нежеланных объяснений его избавила внезапно отворившаяся дверь ванной комнаты, из которой показалась голова нашей консьержки Нелли Георгиевны – почтенной дамы неопределенного возраста, в котором уже положено иметь внуков. Они у нее и имелись: аж пятеро милых ангелочков, старший из которых был примерно нашего с Ильей возраста.
Так вот почему внизу на входе никого не оказалось…
– Илюшенька, я не нашла полотенца. – Проворковала она. А потом заметила меня и сказала: – Ой.
Я ожидала от сильного, крепкого футболиста всего, чего угодно: красивую девушку-болельщицу в нашей постели, а то и двух. Но картина, постепенно вырисовывающаяся в моей голове, больше походила на страшный сон.
– Ты и…
– Катюша, я люблю тебя! – Поспешил воскликнуть спортсмен, подаваясь вперед.
– Ручки, И-лю-ша. – Решительно возразила я. – Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – Обвела их по очереди взглядом. – Умоляю, скажите, что вы не принимали душ вместе. Что это все недоразумение, и что у Нелли Георгиевны в квартире отключили воду, и ей просто негде было помыться.
– Да! – Радостно подхватил Илья.
– Нет. – Одновременно с ним брякнула пожилая дама.
– Господи. Боже. Мой. – Пробормотала я. – Меня променяли на бабку…
Голова закружилась, а ноги стали ватными.
Последнее, что я увидела перед тем, как потерять сознание, это метнувшегося ко мне Сапожникова. Мысль о том, что он спешит подхватить меня на руки, оказалась ложной, как и все, что касалось моего жениха. Илюша ловко схватил шампанское и бокалы. А я рухнула на гладкий каменный пол и ударилась головой.
– Слава богу! Я так испугался!
– Убери от меня свои руки! – Встрепенулась я.
Картинка перед глазами постепенно прояснялась.
Я лежала на полу, рядом, склонившись надо мной, на корточках сидел Илья. Обвисшая голая задница консьержки мелькнула перед глазами и поспешила удалиться вниз по ступеням.
«Правильно, пусть валит», – промелькнуло в ушибленной голове. Кто знает, на что я способна в гневе?
– Катюша, как ты? – Сочувственно протянул женишок, (теперь уже бывший, разумеется).
Я села, потерла затылок и уставилась на него. Сапожников по-прежнему казался мне идеалом мужественности и силы. В сознании никак не укладывалось, как такой, как он, мог позариться на старушку?
Перед внутренним взором тут же промелькнули все тревожные звоночки, которые раньше мне никак не хотелось замечать.
То, как он прежде постоянно придирался к консьержке и отпускал замечания по поводу ее ворчливости. А я-то, дура, еще пыталась вразумить его, доказывая, что она просто делает свою работу! Призывала его относиться к Нелли Георгиевне с уважением!
Вспомнились и моменты нашей близости, когда приходилось подолгу разогревать Сапожникова: тогда мне казалось, что виной всему его усталость от физических нагрузок на тренировках.
А также один случай, когда пару недель назад я наткнулась на них с Нелли Георгиевной во дворе у клумбы. Тогда эти двое уверяли, что обсуждают необходимые жилому комплексу эстетические преобразования. Они так мило болтали, когда я подошла, и она гладила его по плечу…
И мне было так радостно, что Илья наконец-то нашел общий язык с нашей консьержкой, которая в свое время была так любезна, что дала мне запасные ключи от его квартиры, чтобы я могла подождать его там и сделать сюрприз… О, боже!
– И как долго
– Сегодня второй раз. – Признался несостоявшийся будущий муж.
– Третий. – Раздался голос Нелли Георгиевны. Она поднялась к нам и теперь стояла за моей спиной. – На, держи, а то шишка будет.
И протянула мне пакет со льдом.
– А вы не хотите одеться? – Фыркнула я, косясь на ее бежевую комбинацию на тонких лямках.
Но лед взяла. И тут же приложила к затылку.
– Катюш, ты прости, – ничуть не смущаясь своего вида, произнесла женщина, – я сама не думала, что у нас случится амур!
Я обвела ее далекую от идеала фигуру взглядом. Наверное, в постели от трупа она отличалась лишь более высокой температурой. Да уж, вряд ли кто-то вообще мог предположить, что эти двое когда-то согрешат.
Через пару минут мы уже сидели на кухне за столом.
– Когда это началось? – Потребовала объяснений я.
Нелли Георгиевна уже успела облачиться в бесформенное серое платье, нацепила бусы и убрала редкие седые волосы в низкую гульку. Она преспокойно чистила апельсин, пока Илья виновато сверлил взглядом стол.
– Ты так и будешь молчать? – Рявкнула я на Сапожникова.
– Не знаю, как так вышло. – Точно наказанный школьник, промычал он. – Но мне стыдно. Правда.