Лена Обухова – Галерея последних портретов (страница 18)
– Лютеранское, где нашли мертвых девушек?
– Да. И знаешь что? Год назад, когда мы с тобой залезли туда через дыру в заборе, мне казалось, что за нами наблюдают. Тогда я решила, что просто переволновалась, ведь я сотни раз заходила туда раньше, и ничего такого не чувствовала.
– И у меня там были те же странные ощущения, – кивнул Войтех, припоминая тот день. – Что ж, мне нравится эта версия. По крайней мере, более или менее понятно, что нужно делать, чтобы избавить тебя от кошмаров. Знал ведь, что нужно пристрелить того парня, – тихо и зло закончил он. – В этот раз он у меня дождется.
Саша промолчала. Наверное, сейчас, невыспавшаяся и напуганная, она бы даже не возражала, чтобы того человека на самом деле кто-нибудь пристрелил, но только не Войтех.
Какое-то время они молча пили кофе, думая каждый о своем и одновременно об одном и том же.
– Нет, все равно что-то не сходится, – в конце концов сказала Саша.
– Почему?
– Вчера в ванной я видела… тень. Большую черную тень, чем-то похожую на человека. Ни лица, ни рук я не различила, только как будто плащ и капюшон. И я уже видела это однажды. В той пещере, под Астраханью. Когда мы втроем полезли за останками колдуна, помнишь?
Войтех кивнул. Саша тогда тоже чего-то испугалась и твердила про какую-то тень, но ни он, ни Лиля никого и ничего не видели.
– Может быть, некромант уже тогда прислал это… существо или что оно там? Просто оно… только набирало силу?
– Так долго? Ведь с марта до сентября не происходило ничего такого. То есть мне иногда казалось что-то, но это были мелочи. А за последние три недели оно как с цепи сорвалось, как будто его что-то спровоцировало.
– Например, появление некроманта в городе, – предположил Войтех. – Посуди сама: этот человек использовал магию этих… как их? Темных Ангелов! И колдун, погребенный в пещере, тоже обращался к ним. Может быть, именно поэтому рядом с его останками существо проявило себя. Оно могло быть рядом с тобой хоть с тех пор, как он тебя похитил. Наблюдало. Ждало.
Войтех сейчас занимался тем, что сам всегда критиковал: подгонкой фактов. Он понимал это, но ему очень хотелось, чтобы Сашина проблема имела такое простое решение: найти определенного человека.
Саша задумалась. Слова Войтеха имели смысл, хоть ей и неприятно было думать, что уже почти год рядом с ней находился кто-то невидимый. Впрочем, вот уже несколько часов он рядом с ней вполне видимый, и ничего, жива.
– Может и так, – нехотя согласилась она. – И что нам в таком случае делать? Как искать этого парня?
– Попробуем привлечь полицию, – Войтех криво усмехнулся. – Дементьеву он тоже нужен, пусть ищет. Сами можем проверить тот подвал, где он держал девушек, но он вряд ли вернулся туда. Наверное, у него есть какие-то другие места. Могу попробовать… посмотреть.
– Ой, вот давай без этого, – возразила Саша. – Мне тут еще только твоего обморока не хватало, здесь даже приличной аптечки нет, у всех лекарств срок годности вышел. – И пока он снова не начал предлагать «погуглить во Вселенной», Саша поднялась из-за стола. – И вообще, раз ты принес мне кофе с круассанами на завтрак, хватит портить такое прекрасное утро некромантами. Пойдем лучше покажу кое-что.
Войтех не стал настаивать, решив, что начать можно и с обычных действий, а к форсированным видениям обратиться в случае крайней необходимости. Он пошел вслед за Сашей в гостиную, где она взяла с журнального столика какую-то большую, но тонкую книгу в кожаном переплете.
– Что это?
– Я нашла в шкафу ночью, когда протирала пыль. – Заметив его взгляд, она пояснила: – Не могла спать после того, как он снова объявился, решила заняться чем-нибудь. Альбом был завернут в газету и лежал в дальнем углу. Похоже, это какая-то наша семейная галерея. – Саша открыла альбом на последней странице. – Это моя прабабка.
Войтех взял альбом из ее рук, внимательно разглядывая рисунок, потом перевернул страницу и на мгновение замер. Быстро перевернул еще одну страницу, покосившись на Сашу. Просмотрев все рисунки, он сказал только два слова:
– Твой кулон…
Саша кивнула, удивляясь, что он заметил так быстро. Ей понадобилось несколько раз просмотреть все рисунки, чтобы обратить внимание на кулон.
– Я всегда думала, что он был дорог моей прабабке как память о ком-то или о чем-то, и она отдала его мне только потому, что он мне нравился. Накануне моего дня рождения она показала мне будущий подарок – большую куклу. И чтобы я не просила с ней поиграть, она взамен отдала мне кулон. Но оказывается, это какая-то очень старая семейная реликвия, скорее всего, передающаяся по наследству. Странно, что мои родители никогда мне об этом не говорили.
– Интересно, – пробормотал Войтех, просматривая портреты и годы жизни под ними уже медленнее. – Опять твой кулон. В доме того колдуна рисунок с кулона был выжжен на стене. В Праге, когда Голем напал на тебя, кулон нагрелся так, что оставил ожог. А теперь оказывается, что кулону этому пара сотен лет как минимум.
– Думаешь, это что-то значит? – Саша нахмурилась. – И это не обычное украшение, которое кому-то когда-то пришло в голову передать дочери или внучке, а та повторила и сложила традицию?
– Может быть и так, но, наверное, стоит проверить, – предложил Войтех. – Показать кому-то. Хотя бы уточнить возраст этой вещи. Нев не опознал в ней ничего необычного, но это еще не значит, что необычного в ней нет.
– Может, показать какому-нибудь антиквару? Правда, у меня нет ни одного знакомого, но, полагаю, это не проблема.
– Позвоним Неву. Что-то мне подсказывает, что у него найдется кто-то на примете.
Глава 6
Петр Сергеевич Никаноров, владелец антикварной лавки и заодно какой-то знакомый Нева, не понравился Саше с первого взгляда. Это был очень маленький полный старикашка с абсолютно лысой головой, большими ушами, острым носом с горбинкой и маленькими глазами с чрезвычайно цепким взглядом. Больше всего он напоминал банкира-гоблина из фильмов о Гарри Поттере.
Он долго и энергично тряс Неву руку, улыбаясь и без конца приговаривая:
– Очень рад, очень рад вашему визиту, дорогой Евстахий Велориевич! Давненько вы меня не радовали своим присутствием, совсем обо мне забыли, а между тем у меня для вас припасено несколько ценнейших, прекраснейших, интереснейших экземпляров. Специально для вас берег, мой дорогой, как для самого любимого клиента. Мишка хотел сразу в зал выставить, а я запретил. Говорю: сначала нашему дорогому Евстахию Велориевичу покажем, и если его не заинтересует, тогда можно и в зал.
Неву с трудом удалось остановить поток слов Петра Сергеевича и представить ему своих друзей. Тот тут же переключил свое внимание на них, точно так же долго и энергично тряс руку Войтеху, приговаривая, как он бесконечно рад знакомству, а затем повернулся к Саше, поднес ее ладонь к губам, одновременно внимательно разглядывая ее с ног до головы.
– Я так счастлив, что вы заглянули ко мне, юная леди, мою лавку редко посещает такая неземная красота, а между тем у меня наверняка найдется дюжина прекрасных украшений, которые великолепно смотрелись бы в ваших ушках или украсили бы такие изящные тонкие запястья.
Саша выдернула свою руку из его цепких пальцев, с трудом сдерживая порыв вытереть ее о джинсы.
– Следуйте за мной, – предложил Петр Сергеевич, делая гостеприимный жест в сторону старинного четырехэтажного здания, рядом с которым встретил их. Несколько вывесок гласило, что здесь находятся Арт-галерея, Музей современного искусства, Арт-кафе и антикварная лавка.
– У вас какие-то новые правила? – осведомился Нев, заходя в здание и поднимаясь за антикваром по широкой лестнице. – Раньше вы не встречали меня на улице.
– О, мы просто временно закрыты, – уклончиво пояснил тот, поворачивая на втором этаже налево и открывая ключом дверь, над которой висела вычурная вывеска.