Лена Лорен – Развод в 40+. Рецепт моего счастья (страница 16)

— Кстати, а где папа? — поинтересовалась вдруг Ксюша, глядя на меня снизу вверх. — Только… не говори, что он свалил.

— Свалил, — честно призналась я на выдохе, хоть мне и не хотелось ее ранить. — Твой отец ушел. Вслед за Сашей.

— Бред какой-то… — пробормотала Ксюша, нахмурившись. — Хотя, в принципе, это было ожидаемо… Да и фиг с ними!

— Ты правда не переживаешь, что они ушли? — спросила я, волнуясь за дочку.

Она пожала плечами.

— А зачем мне переживать за них? Они же за меня не переживали.

Ксюша вздохнула и на миг замолчала, прокручивая в голове всё услышанное. А потом прищурилась, с лукавым интересом.

— А кто это был с тобой в коридоре? — кивнула она в сторону выхода. — Я видела, как вы стояли вместе… Симпотный такой. Кто он?

Только я открыла рот, чтобы ответить, как в палату вошла медсестра. Безупречно вежливая, собранная, с планшетом в руках и профессиональной улыбкой на губах.

— Ксения Лукьянова? — уточнила она. — У вас перевод в платную палату. Готовьтесь, в ближайшее время вас перевезут.

— Что? — я растерянно моргнула. — Вы, наверное, что-то путаете. Нам ничего такого не предлагали.

— Нет-нет, — успокоила медсестра, сверяясь с записями. — Всё верно. Палата уже оплачена. Ваш молодой человек… Артём, кажется… это он всё устроил. Сказал, чтобы ребенку было комфортно и спокойно.

— Офигеть… — выдохнула Ксюша. Она явно не ожидала такого, да я тоже, если честно. — А этот Артём мне уже нравится! Хотя… если уж на то пошло, то папа должен был этим заниматься, а не какой-то левый чел.

Я промолчала, лишь крепче сжала ее ладонь.

Медсестра кивнула:

— Через пять минут вас заберем. Собирайтесь пока.

Когда дверь за девушкой закрылась, Ксюша хитро сощурилась:

— Ну? Мам? Кто такой этот Артём?

Я усмехнулась.

— Человек… Который оказался рядом. Просто… знакомый. И всё.

— Ага, прям я так и поверила, — протянула она с лукавой улыбкой. — Я, конечно, не спец, но… по-моему, “просто знакомые” не смотрят друг на друга вот так. — Она изобразила комичную, преувеличенно влюбленную мимику, закатив глаза. — Ты бы себя со стороны видела, мам! Как девчонка на первом свидании!

Я фыркнула, чувствуя, как щеки вспыхивают предательским румянцем.

— Ксюш, ты только что пережила такой стресс, а уже начинаешь меня подкалывать? Не рановато ли?

Дочка закивала, не в силах сдержать улыбку.

— Он тебе нравится, да? — вдруг серьезно спросила она, но шепотом, словно Артём стоял позади нас. — Не просто как знакомый, а, ну типа, как мужчина?

Я замерла, глядя в окно. В груди всё ещё перекатывались тёплые волны. И от Ксюшиного признания, и от присутствия Артёма.

Я понятия не имела, что будет дальше. Но одно было ясно точно...

— Я не знаю, что из этого выйдет, — тихо сказала я. — Но сейчас… с ним мне не страшно. И спокойно. А это уже, поверь, гораздо больше, чем я чувствовала за последние годы.

Ксюша кивнула, не сводя с меня взгляда. И вдруг, совершенно неожиданно, выдала:

— Ты должна утереть папе нос… Должна показать, кого он потерял… и потом поставить точку. Жирную такую точку. А мы с Максом тебя поддержим.

Я смотрела на нее, на свою девочку, такую взрослую и хрупкую одновременно. Провела пальцами по ее руке, накрыла ладонью ее тонкие пальцы.

— Знаешь, Ксюш… мне не нужно никому ничего доказывать. И уж тем более утирать кому-то нос.

Она хотела было возразить, но я мягко сжала ее руку, не давая перебить.

— Я слишком долго жила по принципу “я должна”. Я всё время хотела кому-то что-то показать, быть нужной, быть правильной матерью и женой. Но этого на самом деле никто не оценил. А сейчас я просто хочу жить и радоваться жизни рядом с теми, кто меня любит. Кто слышит. Кто рядом не из-за долга, а по доброй воле. Как ты. Как Макс. Может, как Артём, кто знает.

Ксюша молчала, глядя на меня с той самой серьезностью, которой от нее редко дождешься. Потом медленно кивнула.

— Вау, это даже круче, чем “утереть нос”, — прошептала она.

И как раз в этот момент в дверях палаты появился Артём.

— Простите, дамы, можно к вам? — спросил он, и его взгляд скользнул по палате.

— Можно, — ответила Ксюша, опередив меня. — Даже нужно. Нам как раз надо кое-что обсудить… семейное, так сказать.

Я удивленно приподняла бровь, а она просто улыбнулась. И в ее улыбке не было ни упрека, ни колкости. Только что-то новое и доброе. Словно впервые за долгое время мы стали не просто матерью и дочерью, а семьей.

Артём вошел и тихо прикрыл за собой дверь, на секунду замер на пороге. Его взгляд задержался на Ксюше, потом вновь вернулся ко мне. Такой цепкий, внимательный, с искоркой чего-то очень теплого.

— Ого, — произнес он с легкой усмешкой, чуть склонив голову. — Я всего на пять минут отлучился, а меня уже в семью записали? Вот это скорость…

Ксюша прыснула в ладонь, а я с трудом удержалась от смеха.

Артём явно знал, как разрядить обстановку, и это его качество мне очень нравилось.

— Да ладно вам скромничать, — фыркнула Ксюша. — После платной палаты вы теперь у нас как минимум почетный гость семьи. Так что добро пожаловать!

Артём улыбнулся и, покачав головой, ответил:

— Почетный гость? В таком случае постараюсь оправдать ваше доверие, — он сделал паузу и добавил, взглянув на меня многообещающе: — Надеюсь, однажды я заслужу повышение и стану кем-то большим…

Эпилог

Эпилог

Три месяца спустя

— Надеюсь, вам понравится наш эксклюзивный медовик без сахара. Будем рады видеть вас снова, — проговорила я, провожая очередного покупателя.

В ответ он одарил меня благодарной улыбкой, и я с облегчением выдохнула.

Три месяца… Три месяца безумной подготовки, бессонных ночей, переживаний. И вот, кафе моей мечты сегодня распахнуло свои двери в фитнес-центре.

И всё это благодаря Артёму, который однажды поверил в меня больше, чем я сама.

— Ну что, звезда моя? Видишь, все в восторге от твоих шедевров. Я же говорил, ты у меня самая лучшая! — голос Артёма прозвучал с нескрываемой гордостью и нежностью, а теплые руки сомкнулись на моих плечах.

Я прижалась к нему, и волнение мгновенно отступило. Он всегда находил нужные слова, словно обладал ключом к моему внутреннему спокойствию.

Артём окружает меня заботой, ухаживает деликатно, но уверенно, не торопит события. Он умеет соблюдать дистанцию, и при этом в нужный момент стирает ее, если я сама этого хочу. Иногда он ревнует, когда видит, как кто-то из мужчин задерживает на мне взгляд слишком долго. И хотя я лишь недавно начала ощущать свою женскую силу и свободу, мне безумно приятно осознавать, что он всё еще хочет быть рядом.

В этот момент Ксюша, стоявшая у витрины, озорно улыбнулась и подмигнула мне. Сегодня она вызвалась помочь, став моей правой рукой.

— Мам, ты теперь настоящая звезда! Я всем в школе расскажу! — выпалила она с сияющими от гордости глазами.

Макс, лениво облокотившись на стойку, усмехнулся:

— Зачем рассказывать? Все и так знают! — бросил он небрежно, но в его голосе чувствовалась гордость и легкая бравада. — У мамы блог круче, чем у половины этих фуд-инфлюенсеров. А я, между прочим, подписался на нее еще до того, как это стало мейнстримом. Я ее самый преданный фанат!

— Нет, я! — Ксюша топнула ногой, готовая отстаивать свое первенство.

— А вот и нет! — не сдавался Макс. — Я первым пробую все ее новые рецепты, так что я – реальный фанат номер один!

— Пфф, — фыркнула Ксюша, — ты просто ревнуешь, потому что я у мамы почти на всех фотках красуюсь!

Макс уже собирался парировать, но в их спор, грозивший перерасти в настоящую ссору, мягко вклинился Артём. Сдерживая смех, он встал между ними, словно миротворец, разнимающий гладиаторов на арене.