Лена Лорен – Малютка от босса (страница 15)

— Дочка, Касьян любит тебя, — произнесла мама, вглядываясь в мое искаженное от обиды лицо.

— С чего ты взяла? — не поверила я, на что мама хитро зыркнула на меня.

— Я, знаешь ли, на белом свете уже порядочно пожила. И в состоянии определить, когда мужчина любит, а когда только брешет о любви, — заявила мама с полной убежденностью, а мне лишь оставалось принять этот факт, но как-то непросто это давалось. Сомнения так или иначе глодали. — И я знаю, что ты его до сих пор любишь.

— Люблю… Вы даже не представляете, насколько сильно, — тихонько сорвалось с моего языка, но смело.

Признаваться родителям в своей слабости было не так уж и трудно.

— Вот пазл и сложился. Вы, дочка, должны быть вместе. В конце концов, вы втроем заслуживаете счастья.

— А прощения… заслуживает ли Касьян прощения? Вы же сами говорили, что лучше быть одной, чем с таким ненадежным человеком, — припомнила я родителям наш разговор годичной давности. — Пап, ты лично мне это говорил! Помнишь? Я же прислушалась к твоим словам, а сейчас-то что поменялось.

— Так мы же не знали о всех обстоятельствах, — развел руками папа.

— А теперь вот узнали и поменяли свое мнение о Касьяне, — дополнила мама, на что я моргнула.

— Какие еще обстоятельства?

В этот момент родители переглянулись.

— А он разве тебе не сказал? — уточнила мама.

— Видимо, не успел рассказать. Я же сбежала с нашего так называемого свидания, — горестно вздохнула, сожалея о своем поступке.

Просто, если даже родители смогли поменять мнение о Касьяне, значит, обстоятельства были более чем серьезными.

— А о чем он вам говорил?

— Касьян должен сам обо всем тебе рассказать, — отрезала мама, расстраивая меня.

Мне не терпелось узнать обо всем здесь и сейчас. Чтобы понять, как мне быть дальше.

Я же места себе не находила. Терзала себя разными мыслями. Винила себя. Ругала.

— Хотя бы намекните… Должна же я иметь хоть какое-то представление, почему он бросил меня, ничего не объяснив, — умоляюще посмотрела на родителей, и это, к счастью, сработало.

Мама еще какое-то время сомневалась, говорить мне или нет, а вот папа нисколько не колебался.

— Да мать у него приболела сильно, — сообщил он, нахмурившись. — Во время вашей командировки в больницу она слегла. Сперва думали, всё обойдется, но потом оказалось, почки у нее отказывают. При смерти она уже была.

— Да ладно⁈ — охнула я, округлив глаза в ужасе.

— Касьяну пришлось бросить всё и уехать, чтобы договориться с врачами о срочной пересадке донорской почки, — сказала мама, объясняя поведение Касьяна, отчего мне стало невыносимо стыдно.

— О, вот как… — пискнула я слезным голосом.

— Теперь ты понимаешь, что ему было не до объяснений? Всё это время он думал только о своей матери и о том, как бы ее спасти, в ущерб себе. Любой, наверное, на его месте поступил бы так же.

А ведь в тот день мы говорили о маме Касьяна.

Он так трепетно и тепло отзывался о ней.

Тогда я поняла, насколько сильно он уважает и ценит свою приемную мать. Насколько важным человеком она является для него. И насколько ей повезло с сыном.

А спустя всего каких-то пару часов Касьяну сообщают, что его мама может умереть, если вовремя не предпринять меры.

Да только как их предпримешь, если донорские почки на дороге не валяются. Так просто их не найти. Не купить ни за какие деньги.

Люди месяцами ждут операцию по пересадке, если не годами вообще.

Какой кошмар…

Как страшно и невыносимо больно осознавать это.

Сложно представить, каково было Касьяну в тот момент.

И теперь стало ясно, что Касьян бросил меня одну в номере не потому, что ему так захотелось.

Нет!

Он просто уехал спасать свою маму! Искать для нее донорскую почку!

Внезапно меня передернуло, и кожа покрылась мурашками.

Перед глазами вдруг предстал тот самый шрам на боку Касьяна.

Матерь божья…

Какая же я дурочка!

Как же горестно было осознавать, что этот шрам он получил в результате хирургического вмешательства, ведь всё вело к тому, что он и стал донором почки.

Ох, ничего себе…

Неужели он и впрямь пожертвовал собственным органом ради спасения своей матери?

А вот это уже похоже на Касьяна.

Он бы на всё пошел ради здоровья своей матери. Он бы всё отдал, только бы она осталась жива.

И меня вновь ошпарило чувством стыда и сожаления.

Я же обо всем этом не догадывалась. А за прошедший год я успела столько гадких слов сказать в адрес Касьяна.

— С ней же всё хорошо? Его мама поправилась? — спросила я, ощущая, как слезинка скатывается по щеке.

— А не лучше ли спросить об этом самого Касьяна? Думаю, он с радостью ответит на все твои вопросы, — мама наставляла меня на путь истинный.

— Ты права! — вскочила я с табуретки, засуетилась в поисках своего телефона. — Я сейчас же позвоню Касьяну!

— Не торопись, дочка, — сказала мама, вернув меня на место.

— Нам с мамой надо кое в чем тебе сознаться, — сообщил папа, чем насторожил меня.

— Сознаться? — сглотнула я туго, с опаской глянув на обоих родителей. — В чем?

Мама снова разнервничалась, а папа приобнял ее, чем немного приободрил.

— Это был не первый наш серьезный разговор с Касьяном. Он уже как-то приходил к нам, — покаялась мама спустя небольшую паузу.

Мои брови поползли на лоб.

— Когда? На прошлой неделе? — предположила я.

Родители могли разговаривать с ним перед тем, как он впервые нагрянул ко мне домой.

Если так, то это пустяки.

— И это тоже, но первый раз мы встретились с Касьяном примерно год назад, — поразил меня отец своим ответом.

Я раскрыла рот и не могла пошевелиться.

Я ведь не знала об их встрече. Никто мне о ней не говорил.

— Ты в тот день на первое УЗИ ходила по беременности, — продолжила мама. — Касьян хотел поговорить с тобой, чуть ли не на коленях выпрашивал у меня твой новый номер телефона, а я так зла была на него! В общем, я сказала ему, чтобы он забыл о тебе и больше никогда не вмешивался в твою жизнь. Мол, так и так, ты теперь девушка не свободная и в скором времени выходишь замуж.

И тут я просто обалдела.