Лена Коваленко – неСтандартный отпуск учителя (страница 10)

– Потом на пятом курсе у меня был бурный роман. Который закончился также бурно, когда застала своего парня с моей же соседкой по комнате в весьма однозначной ситуации. Хорошо это были последние недели учёбы, я просто перекантовалась у одногруппниц в другой комнате. Ну а после выхода на работу в школу, мне как-то не до личной жизни было. Не было ни времени, ни особого желания. – Вспоминать последние отношения не особо хотелось. Было ярко, громко, но больно.

– Так, что-то мы опять о грустном да серьёзном. – Влад очень чётко почувствовал, как меня накрывают воспоминаниями, да и его, похоже, тоже. – Лучше скажи…какой твой любимый фильм из детства?

– Оу…вот это смена темы. Знаешь, если именно из детства, то, пожалуй, «Няньки» там, где братья Пол играют. Про двух качков нянек. Обожала его. А у тебя?

– Эээ. Честно, помню фильмы, юности, а детство… Наверное, «Бетховен» и «Один дома».

– А я никогда не любила «Один дома», не понимала, как так можно забыть собственного ребёнка дома. Всегда ревела над ним. Все ржали, а я ревела. Особенно над вторым.

Мы ещё долго болтаем про любимые фильмы, книги, музыку. Потом гуляем по ярмарке. Влад, не слушая мои возмущения, покупает мне чудесную подвеску в виде месяца из сердолика, а я ему набор шерстяных носков со смешными рожицами. Я закупаюсь разными сувенирами для коллег, Влад выбирает приятные мелочи для мамы, сестры и племянников. Их у него, оказывается, двое, младшему всего 3 месяца, и на ярмарке мы находим ему просто нереальные бусы-прорезыватели из дерева. После торговых рядов заглядываем и на всякие развлекушки. Постреляв в тире, мне выиграют небольшую панду. Было так беззаботно, что Головин чуть не пропускает время созвона с поставщиками, вспомнив о нём только благодаря будильнику.

День пролетает незаметно. Флирт, отличная компания, погода, мои реакции на Влада, его взгляды, короткие поцелуи, рука в руке – всё это кружит голову. Не хочется возвращаться, хочется продлить это время вдвоём, тем более что Владу завтра надо будет ехать в Захарино и увидеться вряд ли получится. Потому мы договариваемся с бабулей, что остатки поделок с ярмарки завезём завтра, и остаёмся до самого вечера. Много гуляем, смеёмся, наслаждаемся временем и друг другом.

На центральной площади посёлка уже началась вечерняя дискотека, и Влад тащит меня танцевать.

– С утра мне показалось, что ты любишь танцы, – говорит он и обхватывает меня за талию, притягивая к себе.

Спустя пару быстрых песен, начинает играть медленная мелодия, и мы растворяемся в моменте. Я ощущаю горячие руки Влада, его дыхание у меня в волосах и мурашки по моей спине, что разбегаются все сильнее. Прижав голову к его мощной груди, я слышу гулкий стук его сердца, неровный и такой сильный.

How do we fall in love?

Harder than a bullet could hit ya

How do we fall apart?

Faster than a hairpin trigger

Чувственные биты проникают прямо в моё сердце, которое бьётся в таком же сумасшедшем рваном ритме, как и у Влада. Мы сами сходим с ума и плавимся от чувств между нами и чувственности простого танца. Втягиваю его запах, оттенки мяты и хвои стали сильнее, обостряя моё восприятие. Я поднимаю голову и вижу, что глаза моего спутника такие же горячие, как и его руки. Тёмное пламя разгорается всё сильнее, а его губы все ближе ко мне. Мы сталкиваемся губами в движении на встречу друг другу и улетаем. Его губы, мягкие и такие нежные, сначала просто прижимаются к моим. Миг мы, кажется, просто наслаждаемся теплом друг друга, проникая под кожу, ловя какое-то мазохистское наслаждение от токов, что искрят между нами. А потом будто срываемся, и поцелуй становится глубже, жарче, его язык уже вовсю хозяйничает у меня во рту, и это ни разу не мерзко, как мне это мерещилось в мои далёкие 15. Влад легко прикусывает мою нижнюю губу и тут же слизывает стон, что мгновенно вырывается у меня.

Мелодия уже давно закончилась, а мы всё ещё целуемся. Дыхания уже не хватает, голова кружится от эмоций и чувств, внутри меня разгорается пожар, тщательно подогреваемый рукой Влада, что уже вовсю скользит по моей спине ниже и сжимает попу. Вторая его рука властно зарывается в мои волосы и обхватывает шею, не давая и шанса оторваться самой. Да мне и не хочется. Я растворяюсь в этом поцелуе.

Прерывает нас неожиданный крик ведущего, который объявляет начало какого-то конкурса, отчего уличные колонки начинают жутко фонить и просто взрывают барабанные перепонки всей площади. Оторвавшись друг от друга, мы ещё несколько секунд приходим в себя. Влад уткнулся лбом в мой лоб и тяжело дышит, глядя на мои губы. Впрочем, я не лучше. Через пару секунд мы, рассмеявшись, берёмся за руки, сбега́ем от лишних свидетелей. Впереди ждёт целая ночь, и эта ночь наша.

Музыка: «Что за черт» (NANSI & SIDOROV) «River» (Bishop Briggs)

Глава 9

«1 – это единица, 10 – это десяток, 100 – это стольник!» Из ответов учеников начальной школы на уроках (Просторы интернета)

Со мной произошла дисторсия времени[1]. Две недели, что разделили празднование в Дроздово и сегодняшний день, почему-то не отложились в моей голове. Все события смешались в кучу и уплотнились. Как будто кто-то включил быстрое воспроизведение. Днями я помогаю бабуле с садом и её многочисленными клубами, кружками и объединениями, а вечерами сбегаю на свидания с Владом, порой остаюсь у него ночевать. Ну как порой. Дома за эти две недели я ночевала трижды, когда Влад был у своей мамы.

С Владом мне легко. За исключением предпочтений в музыке у нас много общего. Мы оба любим старые детективы и научную фантастику, с удовольствием смотрим боевики и романтические комедии, ни разу не спорили по поводу еды, и даже закидоны друг друга воспринимаем спокойно. Много говорим и обсуждаем. У нас обоих хватает болезненных тем и триггеров из прошлого. Однако как-то так получается, что, проговаривая их, мы не делаем больно друг другу, а будто лечим. Медленно, но верно помогаем найти ответы.

Моя мысль, что Влад мужицкий мужик, нашла подтверждения в быту и повседневности. Мне не дают делать никакую мужскую работу: все тяжести всегда носит он, оплатить какой-то счёт просто невозможно. Он в своём безумном графике даже умудрился починить кучу всего в доме у бабули. А режим работы у него, действительно, просто адский. Он встаёт часов в 6, почти каждый день мотается в Захарино. Постоянно на созвоне с поставщиками, иногда даже сам ездит забирать заказы. Самые крутые тачки города всегда держит на контроле по ремонту, некоторые даже сам делает. Через день ездит к матери, постоянно мотается по городу ей за лекарствами и направлениями. Помогает сестре, у неё там какие-то сложности. Головин не стал делиться подробностями, но я понимаю, что вся ситуация его сильно дёргает, и не давлю. Захочет – расскажет.

Внезапно меня не бесят эти его домостроевские замашки, включая вот это мужицкое «не ссы, я сам всё разгребу». Конечно, для проформы периодически возмущаюсь, но жаркий поцелуй быстро сворачивает эти попытки. Да и если быть честной с самой собой, возможность переложить хотя бы часть ответственности на кого-то, кому ты не безразличен, делает меня счастливой. И даже его трепетное отношение к женщинам в своей семье тоже вызывает уважение. Они реально как за каменной стеной, Головину абсолютно не лень было разгребать любые сложности, даже самые мелкие.

Влада же выносила моя забота. Первые разы, когда я ему собрала «ссобойки» на работу или забегала в обед с перекусом, он просто зависал. А когда силком усаживаю и обрабатываю вечно сбитые руки, он на словах отмахивается, мол всё фигня у мужиков и так заживает, но безропотно сидит. Но больше всего Головин расплывается, когда мы вечером смотрим фильм. Он ложится головой мне на колени, и я просто делаю ему массаж головы. Вроде бы ничего такого, а пара движений пальцами превращают огромного мужика в мурчащего кота. Очевидно, женщины вокруг него привыкли полагаться на него. Для них Влад – защитник и всё тянет на себе, а о нём самом не то чтобы не заботятся, но как-то забывают тот факт, что ему тоже необходимо внимание.

Отдельным пунктом в наших отношениях был секс. Его много. Очень много. Мне кажется, эти две недели затмили весь мой предыдущий опыт. Как подростки мы ловим любой шанс насладиться близостью друг с другом и улетаем при первой же возможности. Мы однозначно по достоинству оценили огромное заднее сиденье патриота, а в его квартире обследовали абсолютно все поверхности, пригодные для страсти. Чуткий и внимательный, он мог быть диким и страстным, но никогда жестоким.

Порой я ловлю себя на мысли, что меня пугает скорость развития нашего романа. Я всю жизнь была правильной девочкой, и секс на третьем свидании точно не был нормой для меня. Во все свои предыдущие романы я входила аккуратно, неспешно, с головой. Так же как купалась в озере. Когда ты сначала пробуешь воду кончиками пальцев на ногах: тёплая или и заходить не стоит. Потом заходишь по голени, ждёшь, пока организм свыкнется с температурой. Идёшь дальше, вода уже по колено, стоишь, пропускаешь ощущения через себя. Потом по пояс, вновь замираешь, ждёшь, пока тело привыкнет к ощущениям. И только, когда организм уже привык к температуре, ныряешь с головой. С Владом же у меня ощущение, будто он поймал на берегу, разогнался и вместе со мной нырнул в самую глубину. Когда вот только что ты всей кожей ощущал жару, но вдруг окунуло в ледяную воду, и тебя перекрывает от сенсорного перегруза. Выныриваешь, пытаешь понять, где ты, и кто ты, и как выплыть на берег.