Лена Хейди – Поцелуй ирлинга (страница 20)
Я был настолько потрясён, что не мог говорить. Да после такого у любого крыша поедет. Бедная моя девочка… И адмирал… Врагу не пожелаешь того, что им пришлось пережить.
– Когда Лира была в плену, ей показывали все переговоры с её отцом. И она видела, что в ответ на угрозы избить его дочь, сломать ей кости, вырвать волосы или выбить зубы, он никогда не шёл на уступки. И она возненавидела его за это. Именно поэтому она решила отомстить ему на суде. Но в последний момент передумала, – объяснил Гринли. – Может, в этом есть и моя заслуга. Я пытался помирить её с отцом. Мягко объяснял, что адмирал был в безвыходном положении и страдал не меньше её. Наверное, она это поняла.
– Ясно… – глухо выдохнул я.
Наш дальнейший диалог был прерван звонком на мой браслет. Посмотрел – вызов исходил от одного из наёмников-пантер, охраняющих периметр.
– Слушаю, – я активировал связь прямо при Гринли.
– Командир, тут его высочество Максимилиан Макфой явился к адмиралу Ониксу. Нам его пропустить? – спросил оборотень.
– Что ему нужно? – пристально посмотрел я на Гринли.
– Не знаю, – вампир растерянно пожал плечами.
– Проведите тщательный досмотр, – отдавая приказ, я сдержал усмешку. – Вдруг это бионик? А также на предмет прослушивающих и записывающих устройств.
– Понял, – отозвался наёмник. – И что потом? Завести в дом?
– Нет. Ждите дальнейших указаний. Неизвестно, захочет ли адмирал с ним говорить, – сказал я.
– Так точно, – донеслось в ответ.
Глава 29. Максимилиан
*
– Хочешь поиздеваться над моим братом? – насупился Гринли.
– О чём ты? – я сделал вид, что не понял.
– Тщательный досмотр, – укоряюще посмотрел он на меня.
– Вопрос безопасности, ничего личного, – отозвался я, пытаясь связаться с Джоном. – Адмирал не отвечает: сигнал не проходит.
– И что теперь? – спросил Гринли.
– Пойду к бункеру. Придётся подождать, когда они с Лирой закончат разговор и выйдут оттуда, – объяснил я, поднимаясь с кресла и направляясь к двери.
– Я с вами! – вампир увязался следом.
– Гринли, сделай одолжение: прекращай путаться. Ты то на «ты» ко мне обращаешься, то на «вы». Определись уже, – обернулся я на него в коридоре.
Этот чудик смутился.
– А на «ты» можно? – уточнил он.
– Можно, – благосклонно позволил я. – И ещё одно. Ты видел, в каком состоянии Лира была утром? Тёмные круги под глазами. Контролируй свои вампирские привычки. Не тяни из Лиры энергию бесконтрольно. Включи щадящий режим. Иначе приму меры и отсеку тебя от твоей кормушки.
– Ты можешь разорвать мой энергетический канал? – с ужасом посмотрел на меня вампир.
– Не знаю, – честно ответил я. – Но могу попробовать.
– Не надо, – лихорадочно замотал он головой. – Я тебя услышал.
– Хорошо. Посмотрим, – отозвался я.
Мы с ним подошли к металлическим дверям.
– Тут заперто, – озвучил очевидное Гринли. – Постучим?
– Стучи, – равнодушно повёл я плечом. И добавил: – Но это бесполезно. Они не услышат.
– И что нам теперь делать? – растерялся вампир.
– Ждать, – отозвался я, прислоняясь спиной к стене.
Гринли последовал моему примеру.
– А Макс всё это время стоит на улице. Может, его хотя бы в дом пригласить? – голос Макфоя был полон сомнений. – Он же наследный принц, будущий король. Для него всё это унизительно. Ждёт сейчас перед закрытой дверью и терпит тщательный досмотр.
– Так ведь никто его не держит, – криво усмехнулся я. – Если не нравится такой беспредел – пусть уходит.
Что-то мне подсказывает, что именно этот братец виноват в том, что у Гринли появилась привязка к дочери адмирала. К моей истинной паре. Не удивлюсь, если он самолично налил ему зелье в бокал.
Принц тяжело вздохнул, но больше спорить не стал.
– Кстати, о щадящем режиме, – снова поднял он этот вопрос. – Я обычно всегда контролирую процесс подпитки. Да, сбивался поначалу. Но потом приноровился. А этой ночью происходило что-то странное.
– Что? – насторожился я.
– Возникло чувство, что энергия Лиры изменилась. И сильно. Стала ярче, насыщенней, слаще. Упоительней, – признался он.
– И ты включил свою присоску на полную мощность, – криво усмехнулся я.
Адские грахлики, как же хочется сломать ему нос…
Гринли проигнорировал мою реплику и озадаченно выдал:
– Я вот думаю: а вдруг это из-за того, что она беременна?
– Что??? – я едва не согнулся от прострелившей всё тело боли.
Нет-нет-нет, только не это! Конечно, я приму этого малыша как родного, но как же это усложнит нашу и без того непростую ситуацию!
– Я просто не знаю, как ещё объяснить такие изменения, – растерянно признался Гринли.
Впервые в жизни я пожалел, что ещё не вступил в полную силу. Лишь когда я заменю отца на троне – стану предводителем ирлингов, то обрету не только золотистые крылья, но и, помимо прочего, способность видеть энергетические потоки детей ещё в утробе матери. Я бы точно разглядел – беременна Лира или нет. А сейчас оставалось только гадать и ждать, когда девушка сама сообщит нам об этом.
– Может, всё же дело в чём-то другом? – цеплялся я за соломинку. – Сказался стресс после суда или радость от того, что она помирилась с отцом?
– Возможно, – принц неуверенно пожал плечами. – Но это ещё не все странности.
Он решил меня добить?
– Что ещё? – глухо спросил я.
– Я начал чувствовать её сопротивление. Словно она начала меня отторгать, – грустно признался вампир. – Присоске было сложно удержаться на её энергетическом канале, и я слегка утратил контроль: усилил напор и лихорадочно поглотил больше энергии, чем обычно. Тем более, что она стала вкуснее, чем была.
Я призадумался.
– Не хочу пугать, мужик, но кажется, у тебя проблемы, – заявил я.
Гринли побледнел:
– Ты знаешь, что это может быть?
– Точно не знаю, но догадываюсь. Возможно, такое отторжение пошло из-за того, что ты смухлевал насчёт добровольного согласия. Ты поглощаешь энергию девушки втихаря. Она даже не догадывается об этом. А так нельзя, насколько я понимаю все эти ваши вампирские штучки. Ты сам сказал, что всё должно быть добровольно. Но в твоём случае добровольностью не пахнет. Вот и пошёл магический откат. И чем дальше – тем будет сложнее, – с сочувствием посмотрел я на него. – Так что не затягивай с признанием Лире.
– Да, ты прав, – понуро согласился он.
Мне даже стало его жалко. Я понимал, что теперь, когда я дотронулся до Лиры и получил метку истинной пары, – девушка станет отторгать вампира ещё активнее. Сильнее с каждым днём. Потому что наша с ней связь истинной пары прочнее любой привязки.
Правда, понять бы ещё, почему на руке Лиры нет татуировки. Ещё одна загадка.
Когда адмирал с дочерью вышли из бункера – мы с принцем так и стояли: Гринли – в печальных размышлениях о своих вампирских проблемах, а я – в тягостных раздумьях о возможной беременности Лиры.