Лена Харт – Рыжий приз для мажора (страница 8)

— Вера, я правда не хотел... — он говорит хрипло, словно ему тяжело дышать.

— Не хотел? — отступаю, но спиной упираюсь в стену. — Конечно, не хотел! Вы, мажоры, вообще ничего не хотите. Просто плывёте по жизни в своих золотых пузырях, не замечая людей вокруг!

— Это несправедливо...

— НЕСПРАВЕДЛИВО?! — кричу до срыва, эхом отражаясь от стен коридора. — А знаешь, что несправедливо? Работать до утра, чтобы отправить деньги домой больной сестре! Экономить на еде ради учебников! А потом какой-то принц в брендовых шмотках уничтожает месяц твоей работы, потому что лайки в соцсетях важнее людей!

В коридоре повисает мёртвая тишина. Даже Димка опускает телефон. Все смотрят на нас как на представление, которое внезапно стало слишком реальным.

Макс стоит передо мной, и впервые его идеальная маска спадает. Вижу растерянность в карих глазах, как дрожат руки, как сбивается дыхание. Бумажник всё ещё в его пальцах, но деньги он больше не протягивает.

— Я... я не знал, — шепчет он так тихо, что слышу только я.

— Откуда тебе знать? — говорю тише, но от этого ещё более жестко. — В твоём мире любую проблему решают кредиткой. А в моём каждая ошибка стоит недель работы.

Разворачиваюсь спиной к толпе зрителей и иду к своей комнате. Ноги подкашиваются, но держусь прямо. На ходу бросаю через плечо:

— Запомни, мажор: не всё в этом мире продается. Некоторые из нас ещё помнят, что такое достоинство.

Дверь комнаты захлопывается за мной с грохотом, от которого дрожат стены.

Опускаюсь на скрипучую кровать и смотрю на испорченную тетрадь в руках. Коричневые пятна превратили недели труда в мусор. Завтра семинар, а материалов нет.

Но не это главное.

Главное, что я сорвалась. Устроила спектакль перед половиной общежития. Накричала на человека, который, может быть, действительно не хотел навредить.

И ещё важнее: почему его растерянный взгляд заставил моё сердце дрогнуть? Почему, когда он назвал меня Огоньком тихим, почти нежным голосом, внутри что-то предательски отозвалось?

Почему даже сейчас, сидя в своей комнате и злясь на весь мир, я помню тепло его рук, когда он пытался поймать падающую тетрадь?

Глава 9

Максим

День 2

Захожу в комнату и с грохотом швыряю рюкзак на стол. В груди всё ещё пылает огонь унижения. Эта рыжая фурия превратила меня в посмешище перед половиной общежития, а этот недоумок Димка ещё и снимал всё на камеру.

Ещё утром день казался обычным. После пары по экономике зашёл в кофейню напротив университета. Заказал капучино за четыреста рублей. Цена обеда для обычного студента, но для меня мелочь. Бариста-хипстер с проколотыми ушами посмотрел на мой кошелёк с придыханием и даже лишнюю порцию сиропа добавил бесплатно.

Эх, парниша, знал бы ты, что это последние остатки роскоши и пополнение не предвидится в ближайший месяц... Ума не приложу, что я буду делать дальше, когда закончатся эти крохи?

По дороге в общежитие листал ленту, читал комментарии к вчерашнему сторис с обзором новых часов. Подписчики писали восторженные отзывы, девочки ставили огоньки под фотографиями. Обычный день, обычное внимание.

А потом она появилась на моём пути как ураган.

Достаю телефон дрожащими от злости пальцами. На экране уже десяток пропущенных вызовов от Игоря. Открываю групповой чат с друзьями и включаю видеосвязь.

— Макс! — орёт Игорь с экрана, размахивая бокалом в своих родительских апартаментах. — Братан, ты видел? Ты уже звезда интернета!

Желудок проваливается в пятки.

— Что значит «звезда интернета»?

— Димка из твоего общежития выложил видео! — Валерий показывает экран своего телефона в камеру. — «Мажор уничтожил труд студентки». Уже тридцать тысяч просмотров и растёт!

Пальцы немеют. Открываю соцсети, и первое, что вижу, это собственное лицо на превью видео. И рядом Вера, вся взъерошенная, с горящими глазами, кричит на меня. Заголовок подобран идеально: я выгляжу как типичный самодовольный богач, а она — как борец за справедливость.

Комментарии сыплются не переставая:

«Типичный мажор — думает, что всё покупается за деньги»

«Девочка молодец! Поставила богатенького на место»

«Смотрите, как он достал деньги! Думал, откупится»

«Кто этот принц? Красивый, но мозгов ноль»

«Его лицо, когда она закричала — бесценно»

— Чёрт побери, — шепчу, прокручивая ленту комментариев. Каждый отзыв бьёт по самолюбию как физический удар.

Ролик уже подхватили популярные паблики. «Золотая молодёжь получила урок реальности». «Когда мажор встретил принципиальную девушку». «Деньги не всё покупают».

— Да ладно тебе расстраиваться! — смеётся Игорь, и в его голосе слышится плохо скрытое злорадство. — Хайп же! Теперь тебя знают все слои населения.

— Как придурка знают, — огрызаюсь. — Все думают, что я последний мудак, который пытается подкупить людей на каждом шагу.

— А разве не пытаешься? — ехидно спрашивает Валера, отпивая коктейль. — Помню, как ты официанту в ресторане сотку баксов сунул, чтобы нас без очереди посадили.

— Это другое! — взрываюсь, но понимаю, как глупо звучу.

Закрываю глаза и массирую виски. Головная боль пульсирует от злости и унижения. Никто никогда не смел так со мной разговаривать. Никто не осмеливался отказаться от моих денег. А она... она вообще меня не боится. Более того, открыто презирает.

И самое странное: её презрение почему-то задевает больше, чем смех друзей или комментарии незнакомцев в интернете.

— Знаете что, — говорю медленно, и в голосе звучит холодная решимость. — Пусть она думает, что выиграла.

— О-о, Макс строит планы мести? — оживляется Игорь, и его глаза загораются предвкушением.

— Не мести, — усмехаюсь, но улыбка получается хищной. — Завоевания.

Делаю паузу, давая друзьям переварить слова.

— За месяц она окажется в моей постели.

Друзья взрываются смехом и свистом.

— Неужели? — фыркает Валера. — Эта принципиальная дикарка? Она же тебя возненавидела! Ты видел, с какой яростью она на тебя кричала?

— Именно поэтому это будет интереснее, — отвечаю, откидываясь на скрипучий стул. — Все женщины одинаковые в конечном счёте. Найди правильный подход — и любая растает.

Но даже говоря это, понимаю, что не очень-то верю собственным словам. Вера Рыжова не похожа ни на одну девушку из моего окружения. Она не смотрела на мои дизайнерские вещи с завистью. Не оценивала стоимость часов взглядом. Её вообще не интересовали мои деньги, разве что как объект презрения.

— А если не получится? — провоцирует Игорь, и в его голосе слышится надежда на мой провал.

— Получится, — отвечаю с большей уверенностью, чем чувствую. — У меня есть козыри, о которых она пока не догадывается.

— Какие, например? — спрашивает Валера, наклоняясь ближе к камере.

Задумываюсь. Какие у меня действительно козыри? Деньги не работают. Внешность? Она на неё вообще не отреагировала. Связи? Ей плевать на статус.

Остаётся только одно: узнать её слабые места. Понять, что заставляет её мир вращаться. И использовать это знание.

— Я знаю про её семью, — говорю наконец. — Про больную сестру. Про финансовые проблемы. У каждого есть точки давления, просто у неё они не в тех местах, где я привык искать.

— Жестоко, — замечает Валера, но в его тоне одобрение.

— Эффективно, — поправляю я.

Отключаю связь и снова открываю злосчастное видео. Смотрю, как Вера кричит на меня, как сверкают её зелёные глаза, как дрожат от ярости руки. Как она говорит про достоинство и вещи, которые не продаются.

Она невероятно красива в своём гневе. И неприступна, как средневековая крепость.

Но любую крепость можно взять, если знаешь её уязвимые места. А у меня теперь есть время их изучить.

Встаю и подхожу к окну. Вечер опускается на Москву, зажигая тысячи огней в окнах высоток. Где-то там, может быть через несколько стен от моей комнаты, сидит рыжая девочка и думает, что поставила меня на место.