Лена Харт – Одержимость (страница 2)
Я хочу знать, что он делает, куда направляется. Почему он здесь, из всех возможных мест? И самое главное — я возвращаюсь к его лицу, которое смеялось и улыбалось, — действительно ли он счастлив? Достаточно счастлив, чтобы смеяться и чувствовать радость, после того, что ты сделал?
Глеб останавливается у газетного киоска впереди. На тротуаре, ведущем из здания, собралась толпа офисных работников в костюмах. Сейчас уже больше семи часов вечера, а я гуляю с полудня. Мне пора домой, но я не могу заставить себя уйти. Заказать немного еды и найти способ провести время…
Но я не могу заставить себя оторваться от него. Я прижимаю телефон к уху, чтобы скрыть своё лицо, пока Глеб осматривает тротуар, ожидая своей очереди. Он поднимает руку, оплачивает пачку сигарет — какой-то марки в белой упаковке — и убирает её в карман.
Меня охватывает желание подойти ближе. Глеб, вероятно, не узнал бы меня. Мы никогда не встречались, по крайней мере официально. Нет. Но мы только что вместе пережили ужасное событие, находясь в нескольких комнатах друг от друга.
Ты — в одной комнате.
Его жена и ребёнок — в другой.
Чувствую кислоту, подступающую к горлу — последствия выпитого натощак кофе и стресса, который я испытала, быстро шагая по тротуару за мужчиной, от которого мне следует держаться подальше.
Глеб ненадолго задерживается у газетного киоска, и на его лице вновь появляется улыбка. Он заводит разговор с мужчиной, который работает за прилавком.
Отступаю назад, прислоняюсь к кирпичной стене здания и достаю маленький блокнот, где веду свой список дел. Я не писала в нём уже несколько недель, а может, и месяцев.
Ведь нет смысла составлять список дел, когда нечего делать. Но сейчас я всё же решаюсь сделать запись.
Я дважды проверяю время на телефоне, словно это самая важная информация, и возвращаюсь к своему занятию.
Четверг, 19:13.
Идёт по Западной 12-й улице и останавливается у газетного киоска на углу.
Курильщик.
Смеётся. Улыбается. Счастлив?
Последнее слово заставляет меня задуматься. В наши дни представление о счастье похоже на басню или сказку. Мечта, частью которой хочет стать каждая маленькая девочка, выросшая в плохом доме, но в глубине души она знает, что это лишь выдумка.
Глеб тепло улыбается продавцу газетного киоска и, неторопливо повернувшись, продолжает свой путь, словно ему всё равно. Мне хочется схватить его и спросить: «Ты правда счастлив?» Или, возможно, сказать: «Я знаю, что ты притворяешься. У тебя это получается лучше, чем у меня. Невозможно, чтобы ты снова стал целым. Не после того, что мы с тобой сделали». Это не имеет смысла.
Он не имеет смысла.
Когда его шаги ускоряются, у меня перехватывает дыхание. Я должна продолжать следовать за ним. Нет, мне нужно продолжать. Впервые за несколько месяцев мной внезапно движет цель. Внутри меня зарождается жажда, что-то, что может поглотить меня целиком. Как? Почему?
Оглядываясь назад, я отступаю в толпу и встречаю взгляд молодой женщины с длинными светлыми волосами и охапкой книг. Кажется, она собирается что-то сказать, но потом я понимаю, что она, вероятно, просто надеется, что я уберусь с её дороги. Как и все в этом городе, кроме меня, она спешит. Хотя теперь у меня тоже есть цель.
Впервые с тех пор, как
Не знаю, куда иду и что произойдет, когда я туда доберусь.
Но я знаю, что должна идти за ним.
Глава 2
— Ах да, чуть не забыла — у меня есть для тебя сюрприз! — я выскользнула из кровати и выдвинула ящик комода.
— Вернись сюда, — произнёс Андрей, его голос звучал мрачно и игриво одновременно. — Я тоже хочу преподнести тебе сюрприз. И даже больше, чем ты!
Я усмехнулась и стиснула мой сюрприз в ладони, спрятав руки за спиной.
— Знаю, как ты расстроился, когда несколько недель назад потерял брелок с футболкой Овечкина, — сказала я.
Андрей кивнул.
— Мой тренер подарил мне этот брелок на мой шестой день рождения, — произнёс он. — Я показал его самому Алексу в ту ночь, когда меня позвали в профессионалы и я встретил его. Он сказал мне, что когда-нибудь люди будут носить с собой брелки с моим номером на футболке.
Я улыбнулась и вытащила руки из-за спины, открывая свой сюрприз.
— Хорошо, Алекс Овечкин — умный человек, — сказала я, глядя на Андрея.
Он сел на кровати.
— Чёрт возьми, где ты это взяла?
— Сделала сама, — ответила я, и глаза моего мужа наполнились слезами.
Он взял в руки крошечную копию своей сине-красной футболки «Нева Сталь» с счастливым номером пятнадцать и провёл по ней пальцем.
Я указала на небольшой дефект:
— Видишь, внизу красная краска попала на синюю часть? Я собираюсь попросить переделать, но мне не терпелось отдать его тебе.
Андрей с улыбкой ответил:
— Это не краска. Это кровь моего противника. Не нужно ничего менять, я люблю его таким, какой он есть.
— Есть ещё кое-что удивительное. Парень, создавший этот брелок, хочет получить лицензию на его распространение. Я дала ему номер телефона твоего агента, и они уже обсуждают условия контракта. Он готов вложить полмиллиона для начала. Только представь, сколько шестилетних мальчиков будут ходить с этим брелоком и мечтать когда-нибудь стать такими же, как ты!
Андрей нежно притянул меня к себе и прижался щекой к моей щеке.
— Мне нравится. Спасибо.
Я в ответ потёрла свой нос о его.
— Пожалуйста.
— У меня тоже есть кое-что, что я хочу подарить тебе, Мара.
Я игриво закатила глаза и усмехнулась.
— Ты уже сделал это.
— Ах так? — неожиданно спросил он, подхватив меня с кровати и подняв в воздух.
Я вскрикнула, и Андрей усадил меня обратно к себе на колени, мои ноги оказались у него на талии.
— Ты помнишь, что я сказал, когда делал тебе предложение? — спросил он.
— Что?
— Я сказал, что всю свою жизнь хотел только одного: выиграть чемпионат по хоккею. Но с того дня, как я встретил тебя, этого уже было недостаточно. Мне нужны были три вещи: ты, чемпионат и семья. Мне повезло уговорить тебя выйти за меня замуж. Полгода назад моя мечта о победе в чемпионате осуществилась. Всё, что мне сейчас нужно для полноценной жизни, — это семья. Я хочу ребёнка. Знаю, что много путешествую ради игр, но я всегда буду наготове, когда буду дома. Обещаю. Ты родишь мне ребёнка, Мара?
Я прикрыла рот рукой.
— Правда?
Он кивнул.
— Правда. Знаю, что ты только что начала свою практику там, где хотела. Так что если ты захочешь подождать, я пойму. Но я готов, когда ты будешь готова, детка. Я более чем готов.
Андрей был прав. Последние несколько лет я надрывалась, чтобы компенсировать свои внутренние переживания. Я трудилась в двух больницах и психиатрическом центре, берясь за самые сложные ночные смены, чтобы обеспечить пациентов необходимыми направлениями. Сейчас будет нелегко сделать шаг назад. Но будет ли когда-нибудь подходящее время для того, чтобы завести ребёнка?
— Я могу найти психиатра, который будет работать неполный рабочий день и поможет сможет помочь, — предложил Андрей. — Возможно, это будет другая мама, которая хочет вернуться на работу, но может работать только по полдня.
Я кивнула.
— Мы справимся. Мы обязательно справимся.
На губах Андрея заиграла широкая мальчишеская улыбка.
— У нас будет ребёнок, — прошептал он.