реклама
Бургер менюБургер меню

Лена Голд – Я вернулся за тобой, жена (страница 6)

18

Я уже собираюсь спросить у Ромы, что с ним и почему нет настроения, как его мобильный на столе подаёт признаки жизни. Посмотрев на экран, он быстро проглатывает еду и, запив чаем, встаёт. Сначала целует в щеку свою маму, потом меня.

— По делам. Машину Степа вернет к обеду.

Он уходит.

— Я не знаю, — отвечаю на немой вопрос Алевтины. — Между нами ничего не произошло, если ты об этом. И раз Рома не захотел объяснять, я и спрашивать не стану. Может, что-то личное…

— Его личное с недавних пор — ты. Ну и мы, конечно. Что-то не нравится мне его поведение. Ведёт себя странно. Может, какие-то проблемы по работе?

— Без понятия.

Через полчаса дети собираются в помещении, который в прошлом году построили именно для моей работы. Занятия длятся гораздо больше привычного времени. Но я довольна. Тами тихо сидит в сторонке, наблюдает за нами. А потом приходит Стёпа. Положив ключи от автомобиля на стол, кивает Тамерлану, чтобы тот вышел.

— Я его увез. А вам хорошей прогулки.

— Спасибо.

Сегодня насыщенный день. Поэтому времени для лишних мыслей нет. Да я и не горю желанием убивать себя ими. Каждый раз, когда я думаю о возможном появлении Загорского, у меня дрожат руки и потеют ладони. Во рту сразу становится сухо. И появляется ощущение, будто меня кто-то душит.

Поэтому не зацикливаюсь. Если он в деревне, то рано или поздно появится на моем пути.

На базаре проводим около часа. Алевтина любит покупать продукты, а вот затащить ее в магазин одежды всегда было трудно. Но я ссылаюсь на то, что мы будем выбирать спортивные костюмчики для Тамерлана, и уговариваю ее пойти со мной. И да, для сына я быстро все выбираю, а потом тяну ее в отдел женской одежды.

С горем пополам заставляю ее хоть что-то купить. Сама беру ей платье, спортивный костюм, сумочку и обувь, хоть она и возмущается.

— Ну вот… Опять не разрешаешь. Поэтому куплю все на свой вкус, — недовольно ворчу я, направляясь к кассе. — Или можем сделать так… Мы вернёмся, и ты выберешь сама. То, что тебе по душе.

Аля чуть ли глаза не закатывает, глядя на меня. Сдерживается только потому, что вокруг есть люди.

— Да у меня все есть! Не надо на меня тратиться!

— Ни о какой трате и речи нет! Ты для нас с Тамерланом столько всего сделала, что я за всю жизнь с тобой расплачусь.

— Мне и не надо, чтобы ты расплачивалась. Я все с любовью делала, а не для того, чтобы ты мне что-то возвращала.

— Вот и я с любовью делаю, — смеюсь я, подхватывая ее за руку. — Нравится мой выбор или меняем?

Выдохнув, она наконец сдается.

— Ну ладно… Ты слишком упрямая. Пусть остаётся то, что ты взяла. Но… Давай ты и себе что-нибудь купишь?

— Хорошо.

Беру джинсы, свободную кофту и кроссовки. В последнее время я одеваюсь именно так. Хотя раньше предпочитала блузки и юбку-карандаш. Со временем все изменилось.

Домой возвращаемся, когда очередная группа детей собирается в нашем дворе. Даже переодеться не успеваю, сразу приступаю к занятиям. Я каждую минуту хочу провести с пользой для учеников. А ещё люблю, когда родители меня хвалят. Говорят, как я стараюсь. И что их дети стали учиться лучше.

Это очень приятно.

— Сашуль, — зовёт Аля, едва я провожаю ребят.

— Да?

— Иди сюда, поешь что-нибудь. Ты и утром нормально не позавтракала. А уже вечер.

— Зато вечером поем как следует. Не переживай. Я в школу поеду, чтобы парни пешком не возвращались.

— Да ничего с ними не будет! Зато свежим воздухом подышат.

Я усмехаюсь. Потому что это она говорит так, а думает-то иначе. Она же мать…

Еду в школу. Пусть мне и удалось на несколько часов забыть о Загорском, однако весь путь я думаю о нем. Сердце колотится. У меня ощущение, что кроме его стука я ни черта не слышу.

Останавливаюсь около детского сада, который находится на противоположной от школы стороне, и выхожу из салона. Ноги будто ватные.

Та машина снова тут. Внедорожник, который я дважды видела у ворот своего дома. И тот запах, исходящий от Тамерлана… Его рассказ о каком-то мужчине.

Ну нет же… Разве может быть столько совпадений? Да еще в течение одного дня?

На заднем дворе парень и девушка говорят на повышенных тонах. Подходя, убеждаюсь, что парень — это Степан. А вот слова девушки мне совершенно не нравятся:

— Ты переспал с моей матерью! Ещё и ждёшь какого-то доверия?! Да как у тебя наглости хватает предлагать мне остаться с тобой?!

— Да это бред чистой воды! Кому ты вообще веришь?!

— Конечно матери! Не тебе же! — цедит девушка.

— Ты правда не понимаешь, для чего она это делает?! Полина, прекрати нести чушь! Мы встречаемся два года, а ты так и не узнала меня?!

Стёпа замолкает. Потом оборачивается и замечает меня.

— А вот и ваша любимица пришла! — змеей шипит девушка. — Которая для вас и воздух и вода!

— Заткнись! — рявкает Степа,.

Я не верю своим ушам.

— Ещё одно лишнее слово — и это и правда будет наш последний разговор, — добавляет он.

— Вот оно как… Из-за нее? Получается, не только Ромочка влюблен в нее, но и ты?

От удивления я распахиваю глаза. Из горла вырывается нервный смешок. Я не лезу в их разговор, но всем видом даю понять девушке, как она неправа. Молчу, желая услышать, что эта дурочка ещё скажет.

— Вали на хрен. Удали мой номер. Бегать за тобой я больше не стану. Верь всему на свете, но только не мне, окей? Такая идиотка мне даром не нужна.

Схватив за локоть, Степа толкает девушку прочь. Она же, усмехнувшись, показывает ему средний палец.

— Посмотрим ещё, кто за кем бегать будет!

Развернувшись, Полина уходит.

— Это с ней ты до глубокой ночи разговариваешь по телефону? — спрашиваю тихо.

— Да. Все мозги мне… — Он вздыхает, не договорив. — Ее мать всякую чушь несёт. Перегнула до такой степени, что у меня дым из ушей.

— Ага, я слышала. Рома ещё не закончил?

Стёпа опускает глаза на наручные часы.

— Ещё десять минут.

— Окей. А Тами где?

— В туалет побежал. Как раз перед твоим приходом.

— Пойду его найду… Но имей в виду: наш разговор не окончен.

Стёпа кивает.

Захожу в школу. Оглядываюсь. Сворачиваю, иду по пустому коридору. И… застываю, хотя нужно повернуть направо. Потому что слышу до ужаса знакомый голос:

— Как тебя зовут говоришь?

— Тамерлан.

— А лет сколько?

— Почти шесть, — бесхитростно отвечает Тами.