Лена Голд – Я вернулся за тобой, жена (страница 46)

— Совсем неуместно ее напоминать. И вообще, о прошлом разговаривать не хочется.

— Поэтому не повторяй одно и то же. И не проси от меня то, чего и сам делаешь. Все будет хорошо, если мы не станем прессовать друг друга. А так… Не хочу я спорить, Миша. Хватит.

Загорский не комментирует. Оставшийся путь мы едем в тишине. Радио не включено, и даже мотор звучит глухо, будто хочет, чтобы мы снова заговорили. Краем глаза раз за разом смотрю на него. Как напряжена его челюсть. Как он будто борется с чем-то внутри. Пальцы крепко сжаты на руле. А я… честно говоря, будто заново учусь дышать рядом с ним. Несмотря на то напряжение, что витает в воздухе.

Такой… Слишком родной. Слишком нужный.

Вместе идем в офис. Чувствую на себе посторонние взгляды. Уверена, некоторые сотрудники смотрят на нас и перешептываются между собой. Но не подаю вида, ровной походкой иду рядом с Мишей, пытаясь не отставать.

Поднимаемся на нужный этаж. В лифте Загорский все-таки сжимает мою ладонь, но отпускает, когда створки расходятся. Едва подходим к его кабинету, как из соседнего выходит та самая Рита.

— Что ты здесь делаешь? — голос Миши холодный.

— Вещи собираю! Никогда в жизни не видела такого неблагодарного человека, как ты! Хоть сказал своей… Бывшей женушке, что между нами было до ее появления? Нет? — зло усмехается, сверкая глазами. Бросает на меня насмешливый взгляд. — Расскажи. Посмотрим, останется ли она с тобой после этого.

Желваки на скулах Миши ходят так, будто он едва сдерживает себя, чтобы не врезать этой дамочке. Его рука в моей такая напряженная. Я чувствую, как он дрожит. Это от злости и эмоций, которые вырываются наружу. От прошлого, которое, как назло, вдруг решило напомнить о себе. Ведь когда-то мы такое проходили. Но тогда перед нами была не Рита, а Аля. И сейчас… Эта Рита смахивает на змею в женском обличье. Самодовольная, мерзкая ухмылка. Этот взгляд, полный яда.

Смотрю на Мишу. На мужчину, за которого снова решилась бороться. И в его глазах вижу… нет, не только злость. Там что-то еще. Что-то страшное. Словно он сам боится, что сейчас произойдёт. Что я поверю ей, что уйду.

Как когда-то.

— Миш, — тихо зову, стараясь, чтобы голос звучал ровно, несмотря на то, что внутри все клокочет. — Иди к себе. Мы с Ритой немного поговорим. Наедине.

Он резко поворачивается ко мне, будто не верит, что я это предложила. Лицо хмурое, губы поджаты, взгляд обжигающий.

— Вам не о чем разговаривать, Саша, — бросает он жестко. — Она несет полный бред. Не хватало еще, чтобы выдумала дичь, а ты поверила.

— Ты боишься, Миша, что я все раскрою, да? — ее голос звучит вкрадчиво, и я едва сдерживаюсь, чтобы не дать ей пощечину. — Боишься, что она снова уйдет. Потому что ты точно так же облажался несколько лет назад, да, Миша? Ты уже уходил от нее к другой. Не так ли?

Он делает шаг вперед, почти впритык. Я инстинктивно встаю перед ним, как щит. Боже, какой он сейчас яростный. Даже воздух будто гудит от его эмоций. Я сжимаю его руку сильнее, ловлю его взгляд.

— Миш, — зову тихо. — Пожалуйста. Дай мне десять минут.

Он долго смотрит на меня. Тяжело сглатывает. Будто борется сам с собой. Потом резко выдыхает, отводит взгляд. Отпускает мою ладонь и уходит, ни разу не обернувшись. Заходит в свой кабинет и закрывает дверь. Я же захожу в другое помещение, слыша за спиной стуки каблуков Риты.

Остаюсь с женщиной, что когда-то, пусть на длительный срок, но стала частью его жизни. Да, я не исключаю факта, что между ней и Мишей могло что-то быть. Она же не просто так бросает вызов. Она намерена испортить наши отношения, но я не дам этому быть.

— Он предатель! Совсем тебя не достоин, — слышу за спиной.

Прямо чувствую, как она бесится. Но больше меня злит не то, что она говорит, а то, что Рита копается в нашем прошлом, пытается посеять сомнения. И больше всего злит, что она видит, как это ранит Мишу, приводит в ярость. Но не останавливается. Жаль, что она плохо знает Загорского. Иначе должна понимать, что при желании он сам может ее уничтожить.

На что рассчитывает? Страх потеряла? Или есть, на кого положиться? Почему так дерзко себя ведет?

Почему-то мне кажется, что она действительно уходит, однако перед этим хочет разрушить все, что только может.

Я вдыхаю глубже. Разворачиваюсь к Рите и холодно улыбаюсь.

— Ну что, Рит… Десять минут. Говори. Только не вздумай лгать — я не дура, которая поверит каждому твоему слову. И да, если он предатель… Такой ужасный человек. То какого черта сама за ним таскаешься?

Ей не нравится моя безэмоциональность. Даже раздражает.

— Я за ним не таскаюсь! Хочу просто открыть тебе глаза!

— Моему сыну уже открыла. Спасибо, но я сыта твоей честностью. Ты лучше сама с собой честной будь, ладно? А к нам не лезь. Не знаю, что надо сделать, чтобы ты поняла: с огнем играешь и ничего хорошего из этого не выйдет. Лучше возьмись за ум. Уйди, не причиняя никому вреда. Ты уже сделала, все что могла.

— И что же я сделала? — сложив руки на груди, прожигает во мне дыру своим раздражающим взглядом.

Вроде бы красивая женщина, но такая… энергетика противная. И тон отталкивающий.

— Полезла туда, куда не следовало бы. Ты упорно делаешь вид, что ничего ужасного не сделала, хотя сама прекрасно все понимаешь. Повторяться не стану, ибо для того, чтобы вбить в твою пустую голову хоть что-то, нужно повторять не дважды, а раз пятьдесят.

Открывает рот и закрывает обратно. Возмущается, но ничего толкового не может сказать. Не ожидала от меня таких слов. Я сдерживаться не буду. Скажу все напрямую, чтобы свалила к черту. Может у меня получится ее убедить. Дать понять, что не там она играет и не с теми людьми. Мы столько всего с Мишей пережили… Удивить нас особо нечем. В этой жизни все что угодно случается.

— Перестань меня оскорблять. Он тебе рога наставляет, а ты…

— Хочешь сказать, он с тобой спал?

— Да! — восклицает, эмоционально взмахивая руками. — Но он от тебя скрыл, да?

— Когда это было? Два месяца назад, три?

— Всего неделя прошла!