Лена Голд – Развод. Идеальная измена (страница 2)

Не успеваю даже среагировать, как муж ловким движением вырывает телефон из моих рук и бросает со злостью в стену возле дверного проема.

— Она нас снимала? — снова визжит Алла. — Если Витя это увидит, то оставит меня с голой задницей!

Она и так у нее голая. По крайней мере, была минутой ранее. Нет, я не могу на это смотреть. Я не могу больше ничего сказать. Голосовые связки будто парализовало. Поднимаю с пола телефон, по экрану которого пошли трещины, и быстро выхожу, мечтая скорее оказаться на улице. Здесь даже дышать невозможно.

— Макс, сделай что-нибудь! — слышу истерику Аллы, доносящуюся мне в спину.

Что отвечает ей мой супруг, я уже не слышу. Но сделать ничего не получится. Отец тоже должен узнать обо всем.

Глава 2

Прихожу в себя я только в каком-то дворе, когда под ноги мне бросается маленькая собака.

— Ляля, нельзя, — тянет на себя поводок пожилая женщина. — Извините. И не бойтесь, — обращается уже ко мне.

Я осматриваюсь, пытаясь понять, где нахожусь. Даже не помню, как здесь оказалась. Шла как в тумане. А сейчас, когда моя бессознательная прогулка закончилась, я понимаю, что силы из меня будто все высосали. Ноги ватные, и я, не заботясь о сохранности брюк, опускаюсь на тротуар. Что собака, что ее хозяйка с любопытством на меня смотрят. Наверное, я сейчас похожа на пациентку психбольницы.

Собака влажным носом утыкается в мою руку с побелевшими пальцами, которыми я крепко до сих пор сжимаю разбитый телефон.

— Девушка, вы в порядке? — осторожно спрашивает дама с собачкой.

Киваю, нажимая на боковую кнопку смартфона, но экран не загорается.

— Можете вызвать мне такси? — прошу женщину. — Телефон разбился, — поясняю, показав бесполезные остатки металла и стекла.

— Куда вам? — немного подумав, интересуется она.

Я называю адрес офиса, хотя понимаю, что работник из меня сегодня никудышный. Но я отпросилась у Стаса только на пару часов, а сейчас даже не могу ему позвонить и сказать, что плохо себя чувствую. Хотя плохо — это еще мягко сказано. Так паршиво я себя, наверное, чувствовала, только когда умерла мама. В принципе, сегодня тоже умер мой брак.

Вспоминаю слова Аллы… Больше года вместе. Вышла замуж из-за Макса. Чтобы быть с ним.

Как же это омерзительно! Как они оба могли сначала спать друг с другом, а потом как ни в чем не бывало приходить и ложиться в постель ко мне и к отцу? Это же какими надо быть лицемерами. Это же как надо не иметь вообще ни грамма совести.

— Ваше такси приехало, — отвлекает меня от мыслей, которые вызывают тошноту, женщина.

— Спасибо, — поднимаюсь с тротуара и, погладив на прощание собаку, открываю дверь авто.

Прикрываю глаза, когда машина трогается, а перед глазами картина из кабинета Макса. Как Алла вытирает рот, поправляет платье… Как муж делает вид, будто ничего сверхъестественного не произошло. А может, мачеха вообще не единственная у него. Как я поняла, в измене он не видит ничего страшного. Почему я была так слепа? Больше года эти двое обманывали меня и отца. И мы ничего не замечали. Или не хотели замечать. Любовь слепа, наверное, мы действительно видим в любимых только то, что хотим видеть.

В любимых… Мне казалось, что я очень люблю Макса, но после сегодняшней сцены внутри осталась лишь пустота. Я бы могла сейчас придумывать оправдания мужу. Ошибся, так бывает. Или, например, мужчины полигамны, оступился, больше такого не повторится. Но нет… Он не маленький мальчик и не козел на веревочке, которого можно вести куда угодно. Он взрослый человек, который прекрасно осознавал, что делает.

Около офиса расплачиваюсь с водителем, в холле перед зеркалом поправляю волосы и блузку. Не стоит, чтобы на работе видели, в каком я состоянии. Иду не в свой кабинет, а к нашим айтишникам. Может, у них получится как-то вытащить информацию из моего телефона. Мне надо предоставить отцу неопровержимые доказательства. Алла очень красиво умеет вешать лапшу на уши. Язык у нее работает как надо. Во всех смыслах.

— Лешенька… — заглянув к парням, осекаюсь.

Ни Лехи, ни Димы здесь нет. Зато уже знакомый взгляд останавливается на мне.

— А, симпатичная леди, — улыбается мне… новый сотрудник? Его как раз я и перепутала с водителем такси на парковке. — Вы так быстро убежали, что мы даже не познакомились. Вы проходите, не стойте в дверях.

Ничего себе, ведет себя так, словно уже обжился здесь. Насколько я помню, наша организация искала специалиста по кибербезопасности. Видимо, нашли.

— Я позже зайду, мне нужен Алексей. Наверное, он на обеде, — задумчиво стучу телефоном о ладонь, а потом вспоминаю о вежливости. — Я Ольга.

Подхожу ближе и протягиваю руку новому коллеге. Он поднимается и с легкой улыбкой отвечает на рукопожатие. А смотрит так… изучающе и немного странно, будто знает что-то, чего не знаю я. Может, у меня на лбу транслируется бегущей строкой: “Мой муж изменяет мне с моей мачехой”.

— Глеб, — представляется он, продолжая держать мою ладонь в своей. — Так зачем вам Алексей? Может, я смогу помочь? Знаете, кое-что я тоже смыслю во всех этих айтишных штучках.

— Мне нужна информация с разбитого телефона. Он не включается, — отвечаю, словно загипнотизированная, глядя в глаза своему новому знакомому.

— А вы не сохраняете данные в облачное хранилище? — спрашивает Глеб, возвращаясь за стол. — Если нет, то будет труднее. Если сохраняете, то вам всего-то нужно зайти в свою учетную запись с любого другого устройства.

Я даже не уверена, что видео сохранилось. Запись еще шла, когда Максим запустил мой телефон в стену.

— Не думаю, что она сохранилась в облако, — отвечаю. — И я лучше подожду Лешу.

По крайней мере, нашего айтишника я знаю давно. И если я его попрошу не смотреть, то он не станет. А этого мужчину я знать не знаю, мало ли любопытство возьмет верх. А там почти немецкое кино с мачехой и мужем в главных ролях.

— Давайте телефон, посмотрим, что можно сделать, — протягивает Глеб ладонь. — Поверьте, я знаю значение слова “конфиденциальность”.

Несколько секунд заминки — и я все же вкладываю телефон в мужскую руку. Глеб подключает смартфон к компьютеру, кажется, запускает какую-то программу. Буквально пять минут — и на мониторе высвечиваются папки из моего телефона.

Я сама подхожу и нажимаю на папку “Видео”. Последний файл сохранен сегодня без пятнадцати двенадцать. Как раз в это время я была в офисе Максима.

— Можете отправить вот этот файл на мою рабочую почту? — указываю пальцем на нужное видео. — Только не открывайте, пожалуйста. И… удалите.

— Как скажете, — усмехается Глеб, прямо при мне отправляет и удаляет. — Как насчет благодарности? — разворачивается вместе с кожаным офисным стулом и весело на меня смотрит.

— Благодарности? — хмурюсь, не понимая, что он имеет в виду.

— Боже, не надо на меня смотреть так, словно я какой-то маньяк, — поднимает руки в жесте “сдаюсь”. — Всего лишь прошу выпить со мной кофе. А может, пообедаем?

Да мне кусок в горло не полезет! Но раз уж человек мне помог, то почему бы и не выпить с ним кофе. Не такая большая цена.

— У меня в кабинете есть отличный кофе из Вьетнама, — тоже цепляю на лицо улыбку, хотя уверена, что она выглядит очень неестественной. — Идем?

— Идем, — соглашается Глеб.

Мой кабинет он рассматривает весьма пристально. Говорят же, что по рабочему месту можно многое узнать о человеке. Но программисты и психология, как я думаю, несовместимы.

— Вам с сахаром? — поворачиваюсь и вижу, что Глеб держит в руках фото, которое стояло в рамке на моем столе.

Наше с Максом свадебное фото. Какие мы были счастливые, улыбались, строили планы на будущее. И сегодня все лопнуло, как мыльный пузырь.

— Не надо сахар, — отвечает Глеб, возвращая фото на место.

Пока кофеварка фыркает, я беру двумя пальцами фотографию, словно это что-то грязное, и отправляю в мусорное ведро. Следом летит и обручальное кольцо. Кажется, у Глеба есть ко мне вопросы, но он их не спешит озвучивать. И я погорячилась — не стоило это делать при почти незнакомом человеке.

— Оля! — без стука в мой кабинет врывается Стас, и его глаза тут же становятся похожими на два блюдца. — О, Глеб Константинович, — едва ли не кланяется он. — Как мы рады, что вы наконец приехали. Но почему, — обводит рукой помещение в недоумении, — вы здесь?

— Кофе хочу выпить, — невозмутимо отвечает Глеб. — Кто же откажется от кофе из Вьетнама?

А что, собственно, происходит? И почему Стас на меня так смотрит, будто я совершила госизмену?

Глава 3

Нервный смешок вырывается, когда за Стасом и, как оказалось, нашим генеральным директором закрылась дверь. Да я сегодня просто мастер попадать в нелепые ситуации. Да еще с кем! Сначала запрыгнула в машину, перепутав автомобиль генерального с такси. Затем пришла к айтишникам и перепутала большого босса с новым сотрудником. А как вишенка на торте… пригласила его к себе в кабинет на кофе как нового коллегу. И ведь Глеб… Константинович ни словом не обмолвился о том, кто он. Шутил, представился только по имени. В шаблонное представление о напыщенном и высокомерном начальнике он вообще не вписывается.

Ладно, любопытство не порок. Продолжение фразы про свинство вспоминать не будем. Открыв поисковик, я вбила название нашей фирмы, чтобы найти фамилию генерального. Никогда не интересовалась. Мне хватало знать Стаса и директора, который пусть и наемный сотрудник, но все проходило через него.