Лена Эль – Отчаянная помощница для генерального (страница 2)

Если подумать, то просто эффектно упала в дверях, а еще очаровала Сергея. Думаю, этого достаточно.

– Ничего, на что стоит вызывать полицию, – сдержанно отвечаю я. – Пока. Это может быть промышленный шпионаж. Поэтому просто разыщите и вежливо проводите ко мне.

Мария Салтыкова

День не задался с самого утра. Вчера моя мама решила пойти на принцип и выставила меня с вещами из дома – впрочем, это было ожидаемо. Она терпеть не может когда что-то идет не так, как она запланировала. В детстве я была тише воды и ниже травы и послушно выполняла все ее команды. Но вот когда я получила паспорт что-то изменилось.

Может, дело было в словах моего отца: “Теперь, Машенька, ты взрослый человек и сама несешь ответственность за то, что происходит в твоей жизни”. Меня как будто ударило током – если так дальше продолжится, мама мне и жениха найдет, а потом будет являться к нам в дом при каждой удачной возможности и наводить там свои порядки.

При мысли об этом я передергиваю плечами.

– Промокли? – интересуется симпатичный парень, помогавший мне в дверях.

Я смущенно улыбаюсь. Растянуться в дверях компании, по дороге на собеседование – так себе начало. Я претендую на должность офис-менеджера, а для такой позиции очень важна устойчивость на каблуках и – я вздыхаю – аккуратность.

За меня в детстве все выполняли бесконечные нянечки и горничные. Мама как будто нарочно старалась чтобы в мои руки не попадало ничего тяжелее расчески и помады. Так что краситься я умею и у меня практически модельный шаг. Проблема в том, что обувь, которую я одолжила у институтской подруги, велика мне на полтора размера и даже подложенная под носок ватка не помогла. Дурацкая туфля съехала со ступни в самый неподходящий момент. Вот и результат.

Еще раз аккуратно бросаю взгляд на парня, который мне помог.

Надеюсь, мой потрясающий полет не видел никто из начальства и вскоре окажется, а этот добрый человек и вовсе офисный клерк.

Крепче сжимаю в руках папку с собственным резюме.

Сегодня мама поставила мне условие: если я не сделаю так, как она хочет, то всему в моей жизни конец. Для мамы все это деньги. Поэтому мои карты заблокированы и у меня нет даже денег на проезд обратно из этой компании.

А все дело в том, что сегодня я сказала, что я самостоятельный человек.

Мама долго и театрально смеялась, как умеет только одна она, а потом ледяным тоном отрезала:

– Машенька, ты сильно заблуждаешься. Даю тебе поиграться две недели. А потом ты сама ко мне на коленях приползешь.

Не хочу я приползать на коленях!

Поэтому первое что я сделала это выяснила адрес компании в которой раньше работал мой отец. Я конечно знаю, что папа больше не работает – он поправляет здоровье в купленном еще во время брака доме в Испании, но я и сама не хотела бы пользоваться покровительством отца. Для мамы это будет очередная красная тряпка и повод потыкать бывшего супруга в больные места.

Все, на что я надеялась, что в компании еще помнят нашу фамилию и отнесутся ко мне с пониманием.

Деньги нужны мне прямо сейчас и достаточно.

Я могла бы пойти и устроиться в кафе напротив универа, но я слишком хорошо знаю мою маму – назавтра же туда явится проверка и найдет сто одно нарушение, а потом хозяин заикаясь и отводя глаза попросит меня уволиться. Лидия Витальевна неумолима и пряма как стрела, когда добивается своих целей. Проходили уже.

Единственный, кто мог бы с ней соперничать – бывший партнер папы Никольский Николай Андреевич, человек, который по словам папы начинал свой бизнес с того, что в тринадцать лет собирал лом на свалке и продавал его втридорога. С тех пор он, говорят, ни разу не останавливался, становился сильнее, богаче и зубастей.

Словом, Никольский мой шанс.

Прижимаю папку к груди и рассматриваю занятый у подруги костюм. Она-то как раз подрабатывала в офисе у папы этим летом до начала первого курса.

Одежда выглядит помятой и потертой, как будто работа в офисе была ничуть не проще чем разгружать вагоны с углем – а это то, чем мама меня отродясь пугала. Прижимаю папку плотнее к груди на пятом этаже. Здесь выходит несколько человек. Помятые листы так и грозят выскользнуть наружу.

И тут мой взгляд падает на колготки. Да что ж это такое! На коленке виднеется дыра. Мне хочется плакать от злости и бессилия. Кто же ходит к потенциальному работодателю в таком неопрятном виде?

Никольскому и так придется столкнуться с моей мамой, а если я буду выглядеть как неумеха и неряха, то маловаты мои шансы.

Теплая мужская ладонь ложится мне на плечо и я невольно вздрагиваю, поворачивая голову.

– Тебе на шестой, – поясняет парень, который взялся помогать.

– Большое спасибо!

Повисает неловкая пауза.

– Кстати, я Сергей, – он протягивает руку ко мне.

– Маша, – сжимаю его пальцы. – Очень приятно.

Сергей улыбается так, как будто я выполнила его заветное желание. Хотя что такого я сделала?

– Пойдемте, провожу, – предлагает он, когда лифт останавливается на шестом этаже.

Я выхожу следом за Сергеем.

– Как вы нас нашли? – спрашивает он.

Мы уже успели обменяться несколькими фразами и я рассказала, что иду на собеседование.

– Просто хотела здесь работать, – признаюсь я, решив умолчать о том, что вчера просто позвонила по номеру отдела кадров, указанному на сайте компании и спросила, есть ли у них вакансии для девушек без опыта.

Не стала называть ни своего имени, ни фамилии. Мне не хотелось чтобы кто-то знал о том, кто я до того как в компанию заявится мама, а она точно это сделает. Но я почему-то верю в Никольского – столько всего папа о нем рассказывал, что у меня создалось впечатление будто это несгибаемый человек. Для него нет угроз и преград.

– А на какую должность претендуете? – продолжает Сергей.

Я останавливаюсь для того чтобы порыться в бумагах и наконец достаю оттуда распечатанный на плохоньком принтере листок – не на всю информацию хватило краски и по правому краю проходит белая полоса.

– Офис-менеджер, – читает Сергей, высоко приподнимая брови.

– Да, – вытягиваюсь по струнке, я всегда невольно так делаю когда волнуюсь. Привычка разговаривать с матерью, которая обычно разгоняется от ласкового и дружелюбного тона до крика за пять минут.

– Это должность вроде секретаря, – продолжаю я, – мне сказали, что у вас сейчас появилась декретная ставка. Ну то есть кто-то уходит в декрет. Мне надолго и не надо, у меня ведь институт…

– Я хорошо знаю бухгалтерию, – улыбается Сергей, возвращая мне лист. – Там будет много работы.

– Я работы не боюсь.

Главное чтобы меня взяли.

Сергей останавливается у двери с табличкой “Отдел кадров”, а я замечаю, что в коридоре сидят две девушки, заполняющие анкеты. Мне вдруг становится тревожно – должно быть, это другие кандидатки.

Я аккуратно берусь за ручку двери и чувствую, что пальцы становятся холодными. После этого я отступаю.

– Эм, может, подскажешь, как мне себя вести? – с этими словами я обращаюсь к Сергею.

Тот в этот момент опускает взгляд и хлопает себя по брюкам.

– Это от шефа, – говорит он мне, – глядя на телефон.

– Срочно? – понимаю я.

– Ага, – Сергей кивает, все еще улыбаясь мне. – Он у меня такой… не терпит никаких нарушений правил, которые сам же и установил. Самодур – вот как его тут называют.

– Сочувствую, – я правда знаю о чем говорю. Моя мама тот еще самодур.

– Не приведи бог тебе такого шефа, – говорит Сергей.

– Тогда не задерживаю, – с этими словами я снова поворачиваюсь к двери.

Сергей как будто хочет что-то сказать, но в этот момент разрывается между телефоном и мной. Наконец он все-таки откладывает телефон.

– Давай встретимся через час внизу. На первом этаже есть кафе.

Я отвечаю удивленным взглядом.

– Угощу кофе и дам пару советов, – подводит итог Сергей, не оставляя мне никаких других вариантов кроме как согласиться.

После этого я наконец толкаю от себя дверь.

За компьютером сидит худая темноволосая женщина. Она поднимает голову и внимательно вглядывается в меня сквозь толщу очков.

– Вы у нас?… – наконец произносит она.