Лена Бутусова – Огонёк для слепого (страница 30)
Под натиском его колдовства, черно-фиолетовые щупальца съеживались и втягивались в Разлом, но тут же на смену каждому покалеченному тентаклю из-за границы мира протягивались еще два. Словно многоглавая гидра, чудовище Пустоты отращивало все новые и новые конечности взамен отрубленных.
Прекрасный сверкающий дракон завис в центре уродливого клубка, что свивали вокруг него черные щупальца. И этот клубок начал сжиматься. Золотистый свет начал меркнуть.
– Гор, мы должны сделать что-нибудь! Он же погибнет в одиночку! – Лана схватила Горгорона за плечо, встряхнула, но ректор лишь обессилено опустился на колени. На лице его застыло выражение удивления, недоверия и даже страха.
– Гор, что с тобой? – Лана отвлеклась от кипящей в небе битвы. Обхватила обеими руками лицо мужчины, попытавшись заглянуть в его глаза, но он прикрыл веки, не позволяя ей этого.
В небе над ними раздался оглушительный рев. Одно из щупалец обхватило золотого дракона за шею, и от его сияющей шкуры повалил едкий черный дым. Ра ревел и рычал от боли, но не мог стряхнуть с себя чудовище. Тут же в него вцепился еще один отросток, третий ударил по крылу, лишая дракона возможности нормально летать, и дракон, увитый смертоносными щупальцами, начал медленно опускаться на землю. У Ланы перехватило дыхание от страха. Ра был последним заслоном на пути Пустоты, если он сейчас упадет, то миру Истроса наступит конец.
И тут Лана вспомнила про свое главное сокровище. Про Осколок, в котором ждали своего времени души истинной пары драконов, души тех, чью любовь не смогли разрушить ни Пустота, ни даже сама смерть. Она вытащила из тряпицы колдовской уголек, смело взяв его голыми руками. Камешек обжигал ее, но девушка не чувствовала боли. Осколок мерцал и переливался, словно внутри него и впрямь бились два влюбленных сердца. Два Сердца Пламени.
– Помогите нам, пожалуйста, – Лана обратилась к угольку, словно к живому. – Помогите спасти ваш мир, помогите мне… – девушка осеклась, с трудом сдержав слезы, – помогите мне спасти вашего сына. Кажется, мы с ним не истинная пара. Уж точно не истинная пара драконов.
Лана говорила это, глотая слезы, а уголек на ее ладони мерцал все ярче. Все шире с каждой пульсацией становился его сверкающий ореол, и вот сияние окутало голову и плечи Ланы, и она перестала видеть то, что происходило вокруг, утонув в этом ослепительном свете. Она лишь чувствовала, как через ее руки струится Поток невероятной силы, настолько мощный, что, казалось, ему подвластно все: созидать и разрушать миры, запечатать вход в Чертоги Пустоты, укротить Негасимый Огонь… Когда способность видеть вернулась к Лане, девушка подняла голову и в изумлении открыла рот.
В небе вокруг разлома кружили три дракона: ослепительно-золотой, нежно-серебристый и черный, словно уголь.
***
Лана повернулась к Горгорону:
– Гор, ты чувствуешь это?
Дракон сделал усилие, рывком поднявшись на ноги. Казалось, он внимательно прислушивался к тому, что происходило в небе:
– Невероятно. Невозможно, – он качал головой, хмурил лоб. Губы его подрагивали, и Лана могла только догадываться, какая буря эмоций бушует сейчас у него в груди.
– Они вернулись, чтобы спасти тебя, ты понимаешь? – Лана прижалась к мужчине. Она почувствовала, что его бьет озноб, и обняла, пытаясь согреть. Хотя как может человек согреть огнедышащего дракона?
– Да, все трое, – Гор произнес странную фразу, но Лана решила, что сейчас не лучшее время, чтобы уточнять, что именно кроется за его словами.
Мужчина, словно встрепенувшись, обнял ее в ответ, поцеловал рыжие волосы:
– Прости меня.
– За что? – Лана пожала плечами. Она пыталась казаться невозмутимой, но глаза ее застилали слезы, мешая следить за драконьим танцем в небе.
А посмотреть там было на что. Подобной красоты Лана не видела за всю свою человеческую жизнь. Три дракона кружили вокруг Разлома, и всех троих окутывал светящийся золотистый ореол. Черный дракон, самый крупный и устрашающий на вид, явно был ведущим в этом танце, свет вокруг него был наиболее ярок, он первым проделывал немыслимые пируэты, уклоняясь от дымных щупалец, и серебристый дракон тут же повторял все его движения. Оба, черный и серебряный драконы, кружили вокруг золотого, точно напитывая его шкуру своим светом. Золотая чешуя разгоралась все ярче, затмевая сиянием солнце, что стыдливо пряталось за тучки, смутившись своей тусклости.
Девушка вытерла лицо рукавом и всхлипнула. Она так завидовала этой паре с самого своего появления в Облачной Академии, мечтала о том, что в новом сказочном мире отыщет настоящую любовь, и ее глаза будут также лучиться счастьем от одного взгляда на любимого. Она думала, что Гор – это он, тот самый, единственный, но он раз за разом отталкивал ее, не желая дарить всей своей любви жалкой человечке, чьи соплеменники уничтожили его семью.
Лана не удержалась и снова всхлипнула в голос. Ей бы надо было бояться ужасного чудовища, с которым сражались в небе прекрасные драконы, а она стояла, понурив голову, и оплакивала свою несостоявшуюся любовь.
Гор, слыша, как она плачет, еще крепче прижал ее к себе:
– Я прошу тебя, не плачь. Не бойся, все будет хорошо.
Дракон ласково погладил Лану по голове, провел рукой по ее лицу, вытирая слезы. А она не могла объяснить ему, почему плачет. Гор наклонился к девушке, коснувшись кончиком носа ее волос:
– От тебя пахнет горной розой.
– До сих пор? – Лана спросила сквозь слезы. – Я больше не пользовалась этими духами.
Гор тихонько усмехнулся:
– Мне кажется, это твой собственный запах, тебе не нужны для этого духи.
Он поцеловал ее мокрые от слез глаза, лоб, щеки, и Лана непроизвольно задержала дыхание, настолько желанной была для нее сейчас эта ласка.
– Что там происходит в небе? – Горгорон спросил, не отрываясь от поцелуев.
Девушка нехотя посмотрела наверх, и сердце ее сжалось от тревожного предчувствия. Черно-фиолетовое щупальце вновь обвилось вокруг золотого дракона, и два его собрата принялись кружить рядом, поливая врага яростным огнем, но отросток лишь еще крепче сжимался на гибком драконьем теле. И только тут Лана с ужасом поняла – черный и серебряный дракон не были настоящими. Это были призраки, фантомы, они могли дарить Ра силу своей любви, но их пламя не причиняло темной твари ни малейшего вреда.
Лана всхлипнула, на сей раз действительно от страха:
– Драконы уступают Пустоте… Это конец…
Горгорон наклонил голову к Лане, и они коснулись друг друга лбами.
– Конец? – Мужчина проговорил, словно через силу, – поцелуй меня, Лана.
Девушка судорожно вздохнула и с готовностью потянулась к его губам. На миг дыхание перехватило, и все ее тело окутало невесомым трепетным облаком. Где-то высоко над головой ревели разъяренные драконы, проигрывая свою последнюю битву, но Лана не боялась небытия. Она целовала любимого, крепко прижимаясь к нему и несмело надеясь, что ее любви хватит им одной на двоих.
Но тут Гор прервал поцелуй. Между их губами совсем не оставалось пространства, Лана чувствовала теплое дыхание мужчины, с наслаждением вдыхая воздух, которым он дышал. Она закрыла глаза и замерла в ожидании своей судьбы.
– Я люблю тебя, Лана.
Она резко распахнула глаза, недоверчиво посмотрев в лицо мужчине. Он больше не опускал век, не прятал от нее свои глаза, и они сверкали, словно два изумруда чистой воды.
– Я люблю тебя. Прости, что не сказал этого раньше.
***
Лана засмеялась, от радости и облегчения. Он смог, он все-таки сказал это!
– И я люблю тебя, ректор Горгорон!
Он поморщился:
– Я просил не называть меня так. Очень длинно и пафосно.
Мужчина снова припал к ее губам. Но на сей раз поцелуй был коротким. Над головой ярились драконы, все больше уступая под натиском чудовища.
– Нам нужно подняться к ним, – Гор сделал шаг в сторону от Ланы, собираясь сменить облик. – Не побоишься лететь?
Девушка помотала головой, разбрызгивая в стороны остатки слез:
– Нет. Я буду там твоими глазами.
– Я буду твоими крыльями, – он проговорил чуть слышно и обернулся драконом.
Лана ловко забралась ему на спину, и Гор взмыл в небо. В несколько сильных взмахов он поднялся к Ра, увитому темно-фиолетовыми щупальцами. От его красивой золотой шкуры шел черный дым, чешуя потускнела и больше не сверкала. А два призрачных дракона кружили вокруг него, оглашая небеса тоскливым ревом, не в силах помочь своему собрату.
Лана почувствовала, как драконья шкура под ее пальцами стала еще горячее. Горгорон распахнул пасть, и из нее хлынул поток яростного пламени. Послышался истошный визг, и черные дымные щупальца отдернулись от золотого дракона. Ра отпрянул в сторону, чтобы перевести дух, и его место занял Гор с всадницей на спине.
«Ты готова?» – в голове Ланы прозвучал мягкий спокойный голос ректора.
«Да», – девушка крепко обняла дракона за шею, с вызовом глядя в фиолетовый Разлом.
Лана почувствовала на разгоряченных щеках, на кистях рук ласковое теплое дуновение. Магия Горгорона вновь струилась к ней навстречу, обволакивая и баюкая в своих объятиях. И человеческая девушка ответила на его призыв, растворяясь в этом волшебстве, отдаваясь во власть драконьего Потока.
Она потеряла ощущение реальности, словно зависнув над землей, удерживаемая некоей силой. Лана больше не видела перед собой Разлома, она видела Горгорона. Он стоял перед ней в человеческом облике и СМОТРЕЛ на нее влюбленными глазами. И протягивал к ней руки. Девушка засмеялась и сделала шаг к нему. Их ладони коснулись друг друга, Потоки слились в единый сверкающий водоворот. Их закрутила неведомая сила, поднимая ввысь. Они неслись все выше и выше, к самой вершине. Лане казалось, что она не может дышать от переполняющего ее восторга и наслаждения. Она видела лишь мягкий золотистый свет, затмивший все вокруг, и ярко-зеленые глаза любимого.