Лена Бутусова – Дикая охота (страница 3)
Нирина сокрушенно покачала головой.
— Что же мне делать? — Тая пробормотала, испуганно вертя головой по трапезной, словно ища, куда бы в ней можно было спрятаться. — Я не могу контролировать то, что со мной происходит. Вы же знаете, я никому не хочу зла…
— Я все знаю, девочка, — настоятельница вздохнула. — Я знаю, что ты не опасна, но ОНИ не знают. И вряд ли я смогу ИМ это объяснить. Меня никто не станет слушать. Вспомни учебник по истории магии. Как долго чародеи боролись за право пользоваться своим магическим искусством? Очень долго. Мы не можем контролировать твой недуг, и не можем объяснить наблюдателям, что он не опасен, но мы можем тебя спрятать.
— Где? — в вопросе Таи было столько доверчивой надежды, что Нирина не смогла выдержать ее взгляд и опустила глаза.
— В лесу, за оградой есть избушка, — Нирина говорила, глядя в пол. — Чащоба пропитана магией, там тебя никто не заметит, тебя не будут искать.
— В лесу? — Тая похолодела, вспомнив тоскливый вой у самого порога пансиона. — Но там же волки!
— Да, и не только они, — настоятельница все-таки подняла глаза на ученицу. — Но я дам тебе амулет, он отпугнет всех непрошеных гостей. Зверей так уж точно близко не подпустит. Мы запрем двери снаружи, так что ты никуда не сможешь выйти, пока приступ не закончится.
Тая готова была расплакаться, но спорить с настоятельницей не стала. Она лишь приоткрыла рот и судорожно всхлипнула.
— Поверь, девочка, это лучший выход для тебя.
— И когда же мне отправляться в эту избушку? — Тая обреченно опустила голову.
Взгляд Нирины стал холодным:
— Иди, собирай вещи.
— Но уже темно, — девушка слабо пискнула, понимая, что решение принято.
— Я провожу тебя, — настоятельница отвернулась и вышла из трапезной. Задержалась на пороге, — Не медли. Чем раньше ты окажешься за оградой пансиона, тем лучше для тебя же.
--------
[*]
Глава 2
На плохо гнущихся ногах Тая побрела в свою каморку, что находилась под лестницей, ведущей на спальный этаж.
Обычно приступ ее странной болезни начинался с восходом на небосводе полной луны и длился два-три дня, в течение которых Тая впадала в странный транс, бормотала непонятные слова на неизвестном языке и все время рвалась в лес. Когда это случилось в первый раз, с ней с трудом справились трое сестер-охранниц. Таю связали и спрятали в чулане, но слух о странном поведении меченой служанки быстро распространился по пансиону. Очень скоро о нем знали все послушницы, и девушку ждала очередная волна насмешек и издевательств.
В тот раз приступ закончился также резко, как начался, а Тая еще пару дней чувствовала себя вялой и разбитой. После этого девушка вернулась к нормальному состоянию, и до следующего Полнолуния ничто не напоминало о ее странной болезни.
Нирина попыталась понять причину недуга, но, как и в случае с ожогом Таи, все ее попытки были безуспешны. Целительница сослалась на последствия тяжелого шока от пережитого насилия, и прекратила поиски лекарства. И хоть девушка чувствовала, что ей недоговаривают что-то очень важное, добиться от Нирины бОльшего она не смогла. С тех пор она так и жила в кладовке под лестницей. Несмотря на заверения настоятельницы в безопасности Таиного недуга, Нирина не желала селить ее в одной комнате со своими ученицами, словно еще ярче подчеркивая разницу между ними.
Тая быстро собрала вещи и выскочила из комнаты. Нарастающее беспокойство заставляло ее торопиться. Перед приступом чутье Таи становилось невероятно тонким, она слышала и видела такое, чего никогда бы не заметила в нормальном состоянии. До ее вдруг обострившегося обоняния донесся запах недавно закончившегося в трапезной ужина, запах свежей сырой земли на грядках под окнами, запах пыльных занавесок на чердаке. А еще она чувствовала будоражащий запах страха и возбуждения, что струился от одной из комнат для старших девушек. Следом за запахом ее тонкий слух различил суетливую возню за этой дверью и приглушенные стоны. Тая хотела уже бежать обратно к настоятельнице, но любопытство взяло верх, и ноги сами понесли ее в сторону девичьих спален.
Старшие послушницы жили по двое в комнате. Таина главная недоброжелательница Сьерра жила вместе с подругой Лилой, пухленькой аппетитной блондинкой. Обе они должны были выпускаться в этом учебном сезоне, и Тая с нетерпением ждала того момента, когда сможет спокойно вздохнуть без их насмешек и придирок.
Девушка тихонько подкралась к полуприкрытой двери в спальню и заглянула в узкую щелку. И стыдливо покраснела от того, что открылось ее глазам. Ученицы пансиона Илларх не должны были знать мужчины до момента выпускных испытаний, но на подруг одного с ними пола этот запрет, судя по всему, не распространялся. В комнате были обе девушки, Сьерра и Лила, и они были так увлечены друг другом, что не замечали соглядатая.
Тая вся превратилась во внимание, каждой клеточкой тела впитывая атмосферу запретного соблазна, которая была разлита в ученической келье. Хоть она не была девственницей, ее единственный горький опыт не давал понимания того, как происходит настоящая близость между людьми. Девушка частенько видела волнующие сны, в которых испытывала сладкую истому, такую же, что подарил ей белый волк, но никогда в тех снах не было ни мужчин, ни женщин. Лишь смутные образы бледного призрака и полной луны на ночном небосводе. В ее памяти не осталось подробностей о самом сношении, а узнать о них в пансионе было невозможно. Однако, Сьерра и Лила, избалованные дочки знатных родов, хорошо знали о том, как доставить друг дружке удовольствие, и явно делали это не в первый раз.
Лила, в задранной до пояса юбке, лежала на спине. Она глубоко прерывисто дышала, и ее пышная грудь, видневшаяся из наполовину расстегнутой блузки, тяжко колыхалась на каждом вздохе. Девушка широко развела ноги в стороны, а между ними с опасным лезвием в руках замерла полностью обнаженная Сьерра. Пепельноволосая магичка осторожно скоблила лобок своей подруги, освобождая его от волосков. Она то и дело макала пальцы в стоявшую рядом емкость с ароматным раствором и вспенивала ее содержимое на коже Лилы, чтобы облегчить процесс бритья. Мыльные пальцы Сьерры скользили в промежности подруги, и с губ той то и дело срывались едва сдерживаемые стоны.
— Тише ты! — Сьерра шипела на Лилу, в очередной раз проводя лезвием внизу ее живота. — Если нас застукают, не видать нам магической степени.
— У тебя так хорошо получается, — Лила выдохнула, силясь скрыть очередной стон.
— Я всего лишь сбриваю лишнее, — Сьерра плотоядно посмотрела на полные груди подруги. — Я еще даже не переходила к самому интересному.
— Так давай уже! — Лила вновь повысила голос, и Сьерра снова цыкнула на нее:
— В этом деле спешка может только навредить.
Наконец, когда с бритьем было покончено, и лоно Лилы стало гладким, словно спинка голубки, Сьерра спрятала лезвие и ополоснула живот подруги чистой водой. Тая, понимая, что ее ждет настоятельница, и что у нее самой остается все меньше времени до Полнолуния, никак не могла оторваться от запретного зрелища, испытывая одновременно страх, стыд и жгучее желание смотреть дальше.
А дальше действо набирало обороты. Сьерра наклонилась над Лилой и протянула руки к ее груди. Девушка с готовностью выгнулась навстречу ладоням подруги, и пепельноволосая волшебница принялась мять мягкие груди, словно тесто, распаляясь от каждого движения. Щеки ее раскраснелись, рот был полуоткрыт, а в глазах блестели похотливые искорки.
— Ниже, давай ниже, — Лила простонала, раздвигая ноги еще шире, но Сьерра не реагировала на ее призывы. Она увлеченно щупала девичью грудь и, наконец, не удержавшись, наклонилась и укусила Лилу за сосок.
Лила коротко вскрикнула, но Сьерра тут же зажала ей рот, навалившись сверху всем телом. Она была выше подруги, но стройнее и легче ее. Лила, единственная из учениц, была пышкой и имела соблазнительную полную грудь, и теперь Сьерра лежала на ее прелестях, нежась, словно на мягком диване. Девушка сделала движение бедрами, имитируя движения мужчины при сношении, еще раз с силой сжав в ладонях груди подруги.
— Так не интересно, давай делай, как раньше, — Лила капризно надула губки.
— Погоди, сегодня будет еще интереснее, — Сьерра хитро улыбнулась и снова подмахнула бедрами, прижавшись пахом к раскрытому лону Лилы. Затем привстала на коленках и запустила руку промеж ног подруги. Лила довольно охнула и выгнулась навстречу ласке. Ее партнерша ловко перебирала влажные нежные складочки, массируя и дразня спрятанный между ними тугой бутончик. Лила стонала все самозабвеннее, но в такой-то момент Сьерра прервала ласку и убрала руку, глядя на подругу с запретным вожделением.
— Ну, что же ты? — Лила едва не плакала с досады. — Давай продолжай!
— А дальше продолжит вот это, — Сьерра сунула руку под подушку и извлекла оттуда крупный лиловый кукумбер — продолговатый округлый овощ, из которого часто готовили рагу на кухне пансиона.
Лила приподнялась на локтях, с испугом глядя на подругу:
— Нам же нельзя так…
— Нам нельзя с мужчинами. А так — можно. Не бойся, тебе понравится, — Сьерра уложила подругу обратно на подушки и возобновила ласку рукой. И очень быстро сомнения Лилы были развеяны.