Лена Бонд – Ты под запретом (страница 20)
— Давай это будет нашим маленьким секретом, хорошо? — прошу я, беря её за руки. — Пожалуйста. Если Борис узнает про Илью, то может закрыть меня дома до самого отъезда в Москву. А я не хочу сидеть в четырёх стенах.
— Ты хочешь встретиться с Ильёй? — шепчет Ася, и в её глазах загорается надежда, словно она видит во мне принцессу из сказки, которая встретила своего принца.
Я хмурюсь, не зная, что ответить. Хочу ли я? Образ Ильи всплывает в памяти — его уже такая привычная ухмылка, добрые глаза, сильные руки, державшие меня в воде…
— Возможно, Ась, я не знаю... — честно отвечаю я. — Но точно знаю, что твой отец не должен об этом знать. И мама тоже. Ты меня не подведёшь?
Аська отрицательно мотает головой.
— Я знаю, что ты рассказала маме о моих планах сбежать, — добавляю я без упрёка. — Пожалуйста, на этот раз промолчи.
— Я просто не хотела, чтобы ты уезжала…
Сестра смотрит на меня виноватым взглядом, и моё сердце переполняется нежностью к этой маленькой девочке, которая так боится потерять меня. Я обнимаю Аську, прижимая её к себе.
— Я никуда не уеду, маленькая, — обещаю я, целуя её в макушку и чувствуя, как она расслабляется в моих объятиях. — Только пусть Илья будет нашим с тобой секретом, ладно?
Ася кивает, а потом поднимает на меня глаза, в которых читается свойственная ей хитринка.
— Давай про то, что я тонула, тоже не будем им говорить? — предлагает она. — Я хорошо себя чувствую. А если мама с папой узнают, то вообще не будут меня отпускать со двора.
Я улыбаюсь, глядя на неё, и внутри меня борются противоречивые чувства. Я учу свою маленькую сестрёнку недоговаривать родителям с ранних лет. Отличная сестра, ничего не скажешь. Но в то же время, я понимаю её. Понимаю жажду свободы, желание жить полной жизнью, а не сидеть взаперти из-за чрезмерной опеки. Ведь сама я хочу того же самого.
— Конечно, Асенька, — соглашаюсь я. — Вот видишь, у нас с тобой уже два секрета.
На следующий день просыпаюсь поздно. Голова тяжёлая, будто я не спала, а боролась всю ночь. Наверное, так и было — во сне я продолжала спорить с Борисом, искать Асю, бежать куда-то... Вчерашние переживания насчёт сестры, потом воспоминания о родном отце, а после и неприятный разговор с Борисом нагрузили нервную систему настолько, что даже долгий сон не принёс облегчения.
Я потягиваюсь, пытаясь стряхнуть с себя остатки тревожных снов, когда дверь распахивается, и в комнату влетает Ася. Её глаза сияют, как две звезды, а на губах играет заговорщическая улыбка, которая мгновенно заражает меня любопытством.
— Хорошо, что ты не спишь! — восклицает она, а потом прикладывает палец к губам, призывая к тишине, и оглядывается на дверь с таким видом, словно за нами следят шпионы.
Я приподнимаюсь на локтях, с интересом наблюдая, как она садится на пол и открывает свой рюкзачок. Ася достаёт оттуда что-то и поворачивается ко мне. В её руках я вижу свёрнутый лист бумаги и маленький букет полевых цветов — васильки и ромашки, перевязанные тонкой травинкой.
Сердце начинает биться быстрее, когда Ася подходит ко мне, сияя от гордости за выполненную миссию.
— Илья просил передать тебе, — шепчет она, протягивая мне цветы и записку, и в её голосе звучит такое восхищение, словно она участвует в чём-то невероятно важном.
Букетик маленький, скромный, но от этого ещё более трогательный. Васильки такого глубокого синего цвета, что кажутся почти фиолетовыми, а ромашки такие чудесные, с ярко-жёлтыми серединками, как солнышки. Я подношу цветы к лицу и вдыхаю их аромат — свежий, полевой, настоящий. Как и сам Илья.
— Где ты его видела? — спрашиваю я шёпотом, боясь, что нас услышат.
Ася гордо выпрямляется, довольная произведённым эффектом, и я вижу, как она наслаждается своей ролью посредника в нашей истории.
— Я каталась на велосипеде и случайно проезжала мимо его дома. Трижды, если честно, — хихикает она, прижимая ладошку ко рту. — На третий раз я увидела Илью. Он спросил, как я себя чувствую… А потом поинтересовался про тебя и попросил подождать пару минут. Нарвал букет, написал записку и попросил передать тебе. Ну романтик же, скажи?
Я смотрю на свёрнутый лист бумаги в своей руке. Что там? Что он написал?
— Ты не прочитала? — спрашиваю я, хотя знаю, что Аська не стала бы этого делать.
— Конечно, нет! Это же твоё личное! — возмущённо фыркает она, и в её голосе столько искреннего негодования, что мне становится стыдно за свой вопрос.
Я улыбаюсь ей, благодарная за эту маленькую деталь. За то, что даже в восемь лет она понимает границы личного пространства лучше, чем некоторые взрослые.
— Спасибо, Ась, — говорю я, обнимая её свободной рукой и чувствуя, как сильно я люблю эту маленькую девочку. — Ты настоящий друг.
— Я твоя сестра, — поправляет она меня с важным видом. — Это больше, чем просто друг!
Я киваю, соглашаясь. Она права — сестра это намного больше, чем просто друг. Это человек, который всегда будет рядом, что бы ни случилось.
— Ну, читай же! — нетерпеливо подпрыгивает она, и я открываю записку…
Глава 14
Разворачиваю сложенный лист бумаги и вижу крупный размашистый почерк Ильи:
Невольно смеюсь над этим уточнением, чувствуя, как тепло разливается по телу. Боже, какой же он... Илья всё-таки нашёл способ, как затащить меня под этот крест.
— Что там? Что он написал? — Ася подпрыгивает от нетерпения, как маленький кузнечик, и её глаза сверкают любопытством.
— Он хочет научить меня плавать, — отвечаю я, всё ещё не в силах стереть дурацкую улыбку с лица. Чувствую, как румянец ползёт по щекам, и они начинают гореть, будто я стою перед раскалённой печкой на кухне этого дома.
— Ура! — Аська взрывается восторгом, хлопая в ладоши и кружась по комнате, как маленький ураган. — Это же здорово! Ты согласишься, правда? Ты же согласишься?
Её детский энтузиазм заразителен, но я не разделяю его. Прикусываю губу, пока сомнения накрывают меня ледяной волной. Перед глазами мгновенно встаёт вчерашняя картина: бледное лицо сестры, её безжизненное тело на берегу, паника, сковавшая всё моё существо. Эти болезненные воспоминания заставляют меня вздрогнуть.
— Не знаю, Ась... Я боюсь эту речку после вчерашнего.
Ася подходит ко мне, и её маленькие тёплые пальчики заботливо обхватывают мою ладонь.
— Ты ведь будешь с Ильёй. С ним ничего не страшно, — уверенно произносит она.
Её детская вера в неуязвимость Ильи трогает меня до глубины души. Для неё он как супергерой из комиксов, неуязвимый и всемогущий. А для меня? Кто он для меня?
— За родителей можешь не переживать, — продолжает Ася, и в её глазах пляшут хитрые искорки, делая её похожей на маленького лисёнка из мультика. — Я без проблем прикрою тебя. Скажу им, что мы с тобой идём на речку. Вы с Ильёй пойдёте туда, а я пойду к девочкам в конец улицы. Там у Катьки есть большой надувной бассейн, она как раз звала меня. Потом зайдёшь за мной, как вернёшься.
Я смотрю на свою сестру с изумлением. Когда эта восьмилетняя девочка успела стать такой предприимчивой?
— Ты точно моя младшая сестра? — спрашиваю я, качая головой. — Откуда такие навыки конспирации?
Аська хихикает, прикрывая рот ладошкой, и её глаза сияют от гордости. Она явно принимает мои слова за комплимент. Что ж, моя сестра уже умеет недоговаривать и даже врать родителям в свои восемь, и радуется этому. Нет, я точно ужасная старшая сестра…
— Ну так что, ты пойдёшь? — Ася смотрит на меня своими огромными зелёными глазами, полными надежды.
Я тяжело вздыхаю, но в глубине души уже знаю, что соглашусь. Не потому, что Ася так убедительна, а потому что я сама хочу увидеть Илью. Хочу понять, что это за странное, волнительное чувство, которое возникает внутри каждый раз, когда я думаю о нём.
— Ладно, — сдаюсь я, ощущая, как внутри разливается предвкушение, смешанное со страхом. — Но если что-то пойдёт не так...
— Всё будет хорошо, Полька! — перебивает меня она, снова подпрыгивая, как на пружинах. — Вот увидишь! Только тсссс, ведём себя естественно и не привлекаем внимание родителей. Договорились?
Сестра протягивает мне кулачок, и я отбиваю его, ощущая себя участницей какого-то тайного заговора. Теперь мы сообщницы, связанные клятвой молчания.
Время до трёх часов тянется мучительно медленно. Я придирчиво разглядываю свои купальники, которых у меня с собой всего три, и после мучительных сомнений останавливаюсь на синем. Он самый скромный, но при этом идеально подчёркивает фигуру, не делая меня похожей на вульгарную девицу. Сверху надеваю лёгкий сарафан на тонких бретельках — белый, с мелкими васильками, под цвет тех, что передал для меня Илья.
Аська, как и обещала, до обеда канючит у родителей и просит отпустить её со мной на речку. День сегодня и правда выдался адски жарким, поэтому мама и Борис сдаются и разрешают нам пойти освежиться, а сами едут в районный центр на несколько часов, сославшись на дела, в которые я даже не хочу вникать.
Немного грызёт совесть, что оставлю Аську без присмотра, но эта общительная девочка бывает дома реже меня, постоянно где-то и с кем-то гуляя, поэтому, думаю, что ничего страшного не случится, если я на пару часов оставлю её у новой подружки. В конце концов, ей там будет веселее, чем со мной на речке, где она будет третьей лишней... Так, стоп! Я что, уже думаю о нас с Ильёй, как о паре? Боже, Полина, возьми себя в руки! Он просто научит тебя плавать…