Лен Дейтон – Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 (страница 760)

– Не трогайте! – крикнул Ричард. – Никогда не знаешь…

– Почему? – Мартина вид кинжала взволновал намного меньше, чем старая зловещая камера смертника, поэтому он приподнял клинок, взявшись за край ножен и внимательно рассмотрел его. – Старинный, – сказал он, – только вот…

– Только вот что?

– Одна сторона лезвия заточена остро, как бритва. И конец лезвия такой же острый. – Он повысил голос: – Юристу и врачу лучше подойти поближе, а Рут пусть остается в стороне. Не надо, чтобы она это видела.

Повисла долгая пауза, а затем все поспешили выполнить распоряжение Мартина.

Стэннард и доктор Лорье принесли фонари. Черные глаза Стэннарда смотрели с подозрением. Доктор Лорье со звоном бросил свою толедскую рапиру поверх другого оружия и буквально на глазах преобразился. Когда Мартин передал ему кинжал и ножны, любой из его пациентов сразу же узнал бы в нем обычного доктора.

– Вот что мы нашли, – сказал доктору Мартин, – среди остального оружия. Кровь на нем… свежая?

– Совсем свежая. – Доктор внимательно посмотрел на кинжал через пенсне и прикоснулся к нему тонкими изящными пальцами. – Я бы сказал, – произнес он, втягивая щеки, – что ее пролили в последние полчаса. Но разумеется, кровь может быть и не человеческой.

– Вам не приходилось работать патологоанатомом? – спросил Стэннард.

Доктор Лорье с потрясенным видом кивнул.

– В таком случае, – продолжил Стэннард, – вы уже через несколько минут сможете выяснить, человеческая она или нет.

– Через несколько минут?

– Да, мой дорогой сэр. Вы, Рут и мистер Флит возвращаетесь домой. – Стэннард глубоко вздохнул, согнул руку в локте и посмотрел на часы. А затем улыбнулся. – Без двух минут двенадцать, – объявил он всем. – Думаю, нам с мистером Дрейком пора тянуть жребий.

Глава десятая

Через минуту все вышли из отсека в коридор между двумя дверями, обе теперь были закрыты. Кинжал в ножнах, замотанный в носовой платок, чтобы не испачкать одежду, лежал в кармане ошарашенного доктора Лорье.

Всех снова охватило состояние, близкое к истерике.

– Условия вам понятны? – спросил Стэннард.

– Вполне. – Мартин старался держаться непринужденно, но внутри у него все дрожало, как у алкоголика. – Тот, кто выиграет, запирает другого, забирает ключ, сидит снаружи и не выпускает до четырех утра, если только тот другой не начнет звать на помощь.

– Точно! – ослепительно улыбнулся Стэннард, а затем с сомнением взглянул на Рики. – Помните веревку, которой приводится в действие тревожный колокол?

– Да. А что с ней? – проворчал Ричард.

– Она очень старая. Возможно, сигнал больше не работает. Но если сегодня ночью вы услышите тревожный колокол, значит мы попали в серьезный переплет.

– Какой именно переплет?

Стэннард кивнул в сторону двери, за которой находился вход к месту казни:

– Возможно, мистер Дрейк сойдет там с ума, – ответил он.

– Почему вы, черт возьми, так уверены, – спросил Мартин, – что я буду проигравшим?

– Я везучий, – ответил Стэннард. – Никогда не проигрываю.

Судя по всему, Стэннард верил своим словам. Он, излучая уверенность, как печка излучает тепло, несколько раз похлопал себя по животу, словно его удача находилась именно там. Затем посмотрел на Рут, и его голос изменился.

– Но это не так и важно. Из чувства сострадания я хотел бы сам провести здесь время взаперти. Не думаю, что мне это доставит особые неприятности. Мой друг Дрейк обладает одним качеством, которое его постоянно подводит.

– Вы это о чем?

– О вашем воображении. Вы ничего там не увидите и не услышите, но почувствуете. И когда ваше воображение разыграется, вы в самом деле сможете увидеть, как из люка для висельников выползают тигры-людоеды вроде Хесслера, Берка Смита и хорошенькой миссис Лэнгтон, после чего ваш разум просто треснет, как фарфоровый кувшин. – Затем он повернулся и спросил: – Рут, у вас есть спички?

– Есть, – ответила Рут. – Но лучше бы не было.

– Тогда отвернитесь. Достаньте одну спичку, а потом – еще одну и отломите от нее половину. Зажмите обе спички так, чтобы были видны одни головки. Тот, кто вытянет короткую, проиграл.

Внезапно доктор Лорье запрокинул голову и рассмеялся, как священник на похоронах.

– Это так смешно, – сказал он. – Невообразимо смешно!

Стэннард слегка поклонился.

– Взяли с собой что-нибудь почитать, мой дорогой друг? – бодрым голосом спросил он у Мартина и словно фокусник вытащил из кармана маленький томик с пьесами Чехова. – Покажите! Давайте сравним наш выбор?

Мартин достал сборник рассказов.

– Что там у вас? – Стэннард принялся с интересом листать книгу. – «Берег Фалеза», «Маркхейм», «Окаянная Дженет», «Дверь сира де…». – В его ярких черных глазах сначала появилось недоумение, а затем – мягкий упрек. – Да ладно вам! Стивенсон?

– Если вы один из тех недалеких людей, которые не любят Стивенсона, то вам уже ничего не поможет разглядеть всю изысканность его мастерства, – медленно проговорил Мартин. – Но вы обратили внимание, как называется первый рассказ в книге? «Ночлег».

Стэннард вернул ему книгу:

– Точно!

Рут повернулась, держа головки спичек в зажатом кулаке. Ее рука слегка дрожала.

Наручные часы были только у Мартина и Стэннарда, однако тишина стояла такая, что было слышно, как они тикают. Мартин облизнул губы. Стэннард с легкой улыбкой кивнул на спички:

– Не хотите вытянуть первым, мой дорогой друг? Если нет, то…

– Ну уж нет! – сказал Мартин.

Они оба потянулись к разным спичкам. Рики Флит так глубоко засунул руки в карманы своей куртки, что вытянул те чуть ли не до колен, наблюдая за происходящим выпученными и полными надежды глазами. Затем оба соперника мельком взглянули на свой жребий и раскрыли ладони. Рут нервно выдохнула.

Короткую спичку вытянул Стэннард.

– Поверьте мне, – тихо и совершенно искренне сказал он, – это даже к лучшему. – Затем он резко оживился: – Мой дорогой Дрейк, вот ключ от железной двери, еще возьмите фонарь и две запасные батарейки. – Он указал на фонарь, который лежал на полу: – Мистер Флит, берите этот фонарь и выведите остальных к главным воротам. Время уже за полночь.

Мартин почувствовал, как Рики похлопал его по плечу, словно одобряя итог жеребьевки.

– Все это замечательно, мистер эксперт по призракам, но сюда нас привели вы, – сказал Рики, упершись локтями в стену и даже не пытаясь скрыть своей антипатии к Стэннарду. – Думаете, мы сможем сами найти выход?

– Ага. Вы обращали внимание на пол у вас под ногами?

– Нет, не особенно.

– В проходе, по которому я вас вел, на полу лежит толстая белая веревка. Я положил ее там сегодня днем, чтобы выбраться из этого лабиринта. Следуйте вдоль этой веревки, и она приведет вас прямо к воротам.

«Со Стэннардом все будет хорошо! С ним все будет хорошо!» – неожиданно подумал Мартин.

Совсем скоро они со Стэннардом останутся одни. Остальные с большим волнением наблюдали за тем, как Мартин подошел к железной двери, повернул ключ в замке и убрал его в карман. Они увидели белую вспышку от фонаря Стэннарда, который остался стоять внутри рядом с крошечным зарешеченным оконцем на двери.

– Так забавно, – заметил барристер, – что никому даже не захотелось взглянуть на место для казни. Мы с вами можем разговаривать через оконце, – многозначительно добавил он, – если возникнет необходимость. – Его голос разнесся дрожащим эхом, которое постепенно стихло.

Раскачивающийся луч фонаря Ричарда, красный свитер и черные брюки Рут, улыбка доктора Лорье – все исчезло среди шуршащих кип бумаги. Мартин выключил фонарь. Какое-то время он молча смотрел на Стэннарда через зарешеченное оконце.

Держа фонарь впереди себя, Стэннард открыл дверь к месту казни и посветил внутрь. Он слегка вздрогнул, хотя наверняка уже имел представление, как выглядит это помещение. А выглядело оно…

«Хватит!» – Мартин Дрейк усилием воли подавил свое воображение.

Стэннард, лицо которого выглядело уже не таким румяным, как обычно, рассматривал то, что находилось за дверью. Он развернулся и вошел в камеру смертника, а через минуту вытащил оттуда уродливое кресло-качалку, которое Мартин так хорошо запомнил. Неуклюже держа кресло в одной руке, Стэннард вернулся в помещение для казни, вошел в него, пятясь, и захлопнул за собой дверь. Тюрьма Пентикост погрузилась в полный мрак и тишину.

Мартин быстро включил фонарь. От тюков с бумагой железную дверь отделяло расстояние футов в десять. Кирпичные стены и кирпичный пол. Он поставил фонарь в углу.

Ему нужно было на что-то сесть.

Встав на цыпочки, Мартин снял один из тяжелых длинных тюков. Затем ногой отодвинул фонарик в сторону и опустил тюк практически в угол так, чтобы можно было сидеть спиной к стене и видеть то, что происходит за железной дверью. Он проверил время и подумал, что часы Стэннарда, вероятно, отстают, ведь его показывали всего пятнадцать минут первого.

Мартин наконец уселся у стены, расслабил спину, вытянул руки и ноги и вдруг осознал, что у него кружится голова. Сердце стучало часто, но не так быстро, как несколько минут назад. На лбу выступил пот, рубашка на спине стала мокрой. До этого момент он даже не ощущал, насколько здесь жарко, какая гнетущая атмосфера пропитала все это место. Остальные, как и он, выглядели запыленными мрачными фигурами, и только Рут необъяснимым образом удавалось сохранять свежесть и хорошую прическу. Но прежде Мартин тоже не обращал на это внимания.