Лемор – Bloodborne: Песочный человек (страница 57)
Женщина негромко засмеялась. Надменно, презрительно, она не считала палача достойным и пальца её ноги.
Логариус на это лишь крепче сжал кулаки.
Косы его лишили, кинув её обломки под ноги, наглядно показав, кто, несмотря на все потери, победил.
— Мы уходим.
— Мог этого не уточнять. Пошёл вон.
Старый охотник едва не зарычал. Чудовище внутри него стало намного слабее, что позволяло лучше себя контролировать, но то, как нагло сука провоцировала его…
Они не могли вернуться в Церковь. Теперь в Ярнаме им придётся скрываться. Их и так отправляли в последний путь, выставив мучениками, что поклялись отдать свои жизни за то, чтобы победить гнусную королеву.
Если правильно разыграть карты, то это должно было успокоить людей в достаточной мере, чтобы протесты постепенно затихли. Коль же нет…
Подобный жест всё равно принесёт свои плоды.
Их возвращение в Церковь исцеления лишь натравит на них высшие чины, которые точно не примут потерявшую всякую пользу группу охотников. Их, тех, кто отправился в последний путь, не могли просто расформировать и распределить по разным группам.
Но это не значит, что им совсем некуда было идти.
Как бы это ни звучало со стороны, но теперь как королева Аннализа со всеми своими слугами, так и лидер ковенанта Палачей с несколькими последователями были частью новой силы, что с каждым днём всё больше и больше разрасталась в городе.
Для кого-то культ, для кого-то обычный… «клуб по интересам», но лично Логариус называл это иначе.
Новый ковенант «Песчаной Чаши». Соглашение, договор с божественной сущностью. Ковенант под взором доброго Песочного человека, Хозяина из Песка, что скромно обосновался в пабе на отшибе Ярнама, с радостью принимая на тёплый разговор страждущие, потерянные души, угощая их элем, чей вкус почувствуют даже те, кто давно погряз в Древней крови.
Ведь как разбавленная десятки раз кровь может соревноваться с кровью того, кого можно назвать Древним воплоти?
События, несмотря на то, что город вновь погружался в серые будни, лишь закручивались.
В Ярнаме было немало пабов. Одни были побогаче, другие победнее. Как ни странно и даже закономерно, клиенты пабов тоже отличались, одни состояли преимущественно из людей среднего или даже высокого класса, когда контингент других пабов состоял из одних бедняков, отдающих за дешёвое пойло последние гроши.
Но, какими бы разными не были эти люди, в сущности они отличались друг от друга не так сильно. У них были похожие проблемы и похожие желания, свои уникальные истории и мечты.
Все они приходили в пабы напиться, поделиться какими-то проблемами, отдохнуть телом и душой в угнетающем, удушающем городе, что с каждой Ночью Охоты всё сильнее погружался в безумие, и ярнамцы чувствовали это, за неимением выбора лишь чаще желая забыться.
Охотники как никто другой нуждались в надежде, но и к обычному люду это относилось не в меньшей степени.
И такая надежда появилась, пусть и не в том виде, что, возможно, ожидали обычные жители и всё те же охотники.
Карл окинул цепким взглядом толпу, сделав глоток дешёвого пойла. Пьяные, лишённые какого-либо ума или осознанности взгляды раздражали учёного, но это малая цена за возможную награду.
Вероятно, Мастер Миколаш смотрел на них так же, когда отбирал последователей и учеников.
— Вы слышали легенды про Песочного человека? Доброго Хозяина из Песка, чей эль столь манящий, что после него любая выпивка теряет свой вкус?
— А мне снился он! — воскликнул кто-то в толпе. — Песочный человек наслал мне хороший сон, я говорил!
— Всё ты придумываешь, Джордж!
— И я про него слышал!
— Глупые байки то всё!..
В толпе поднялся гвалт, один начал перебивать другого, но это не помешало пьяному бородачу в толпе икнуть достаточно громко, чтобы толпа на миг затихла, позволив этому же бородачу задать вполне уместный вопрос:
— А… а если вся остальная выпивка потеряет вкус, то это разве не плохо⁈
В толпе поднялся хохот, и даже слушающий Карла хозяин паба, протирая кружку, улыбнулся в роскошные усы.
— О, — поднял кружку с тем самым потерявшим вкус элем Карл. — Лучше один раз испить сладкий нектар, чем всю жизнь пить помои! Неведение хуже смерти!
— Если считаешь мой эль помоями, то можешь проваливать, — хмыкнул хозяин.
Толпа вновь засмеялась.
Никто не воспринимал происходящее всерьёз.
— Попробовав эль Песочного человека, ты моментально изменил бы своё мнение, хозяин! — воскликнул Карл.
— Если его эль настолько хорош, то я закрою свой бизнес, — не остался в долгу хозяин. — А теперь проваливай. Не забудь только заплатить.
И теперь это была не шутка.
Неприхотливая толпа вновь разразилось смехом и под этот же смех Карл ушёл, впрочем, не испытывая по этому поводу никаких эмоций.
Слушок там, история-другая тут. Он проносился тенью сквозь каждый уголок Ярнама, подготавливая почву. Сам Хозяин из Песка уже сделал достаточно, чтобы его имя узнавали, но Карл заходил ещё дальше, принося то, что звучало лишь во сне, и в явь.
Пройдёт немного времени и он пойдёт дальше. Благо, Школа Менсиса и Мастер Миколаш в частности научили его тому, кого и как искать. Так ли Школа Менсиса отличалась от культа?
То, что школа была частью Церкви, делала ситуацию лишь немного более щепетильной, не более.
С деньгами у него уже совсем скоро появится больше связей, получится начать организовывать встречи в… более подходящих местах, не боясь привлечь лишнего внимания Церкви.
Всему своё время.
«Поляна белых цветов. Символичное место, чтобы умереть», — пронеслась мысль в голове Джуры.
Он стоял на коленях, спиной к Герману и Кукле, ожидая собственной смерти. Или, правильнее будет сказать, пробуждения.
Столько раз пройдя через смерть, охотник перестал её бояться. Даже если слова Германа окажутся ложью и он по-настоящему умрёт, то для Джуры это уже не будет играть особого значения: он умер в тот момент, когда попал в лапы обращённого человека.
Возможно, маленькая миссия, что Великий дал ему, была лишь малым искуплением всех тех грехов, что он совершил.
«…в таком случае, помощь другой сущности — грех?» — криво усмехнулся Джура.
По какой-то причине ему казалось, что он поступил скорее правильно, чем нет. С того момента, как он поделился с Германом вестью, что-то в нём изменилось.
И не только в нём, но и в странной Кукле, то и дело разглядывающей ветки иллюзорных деревьев, словно пытавшейся отыскать кого-то. Джура вполне допускал, что хитрая сущность могла воспользоваться им, чтобы попасть в Сон Охотника.
Впрочем, для Джуры это не имело никакого значения.
Ведь, в отличие от Песочного человека, сковавший его Великий в принципе не давал ему выбора. Ничего не предлагал, не выходил на связь и не вёл никаких бесед. Просто через Германа поставил перед фактом.
Даже если сам Песочный человек, как и Присутствие Луны, видел в нём лишь разменную монету, какого-то дешёвого наёмника, он, по крайней мере, смог дать ему то, о чём Присутствие Луны даже подумать не могло:
Всё ту же надежду. Их всех можно было купить ей, всех до единого.
— Ты отлично справился, добрый охотник, — произнёс Герман. — Близок конец ночи. Теперь я окажу тебе милость. Ты умрешь, позабудешь этот сон и проснёшься в лучах утреннего солнца. Ты будешь свободен.
Герман медленно поднялся из инвалидной коляски, встав на протез. Кукла протянула наставнику охотников косу, которую Герман направил на Джуру.
— Я верю, что и ты получишь свободу, Герман, — напоследок произнёс бывший пороховой бочонок.
Рука Первого охотника на миг дрогнула, после чего он резко взмахнул косой.
Голова Джуры упала, покатившись по белым цветам, после чего рассыпалась на частицы света, исчезнув. Его ждало пробуждение с частичным помутнением рассудка.
Он будет помнить, что видел ужасные сны, но детали не сохранятся в его сознании, как не сохранятся и у будущих охотников Сна Охотника.
Впрочем, кое-что Джура запомнит: своё желание навсегда покинуть Ярнам и слабое тлеющее чувство надежды на то, что некая сущность сможет помочь утопающему в безумии городу.
Во Сне Охотника незаметно появилась первая могила.
Герман тяжело вздохнул, плюхнувшись в коляску.
— Мы будем ждать следующего охотника…