Лекси Райан – Эти лживые клятвы (страница 42)

– Нет, малышка. С ним все будет в порядке. Видишь? – он несет ее к Финну. Тот протягивает руку и щекочет ее босую ногу. Она хихикает и вытирает слезы.

Если бы она была человеком, я бы предположила, что ей пять или шесть лет. У нее бледная смуглая кожа и шелковистые темные волосы, как у Преты. На лбу у нее зачатки серебряной паутины, как у Преты и Тайнана, но ее большие глаза серебристые, а улыбка – такая же, как у Финна.

– Ларк, я же велела тебе не спускаться, когда у нас гости, – говорит Прета, глядя на меня. Смысл ее слов предельно ясен. Может, мы и помогаем друг другу, но мне нельзя знать о ее ребенке. Не важно, что я только что зашила ее… кем бы Финн ей ни приходился.

– Но я видела, как она попала в пожар, – говорит Ларк, указывая на меня. Она наклоняет голову, словно пытаясь решить какую-то загадку. – А твоей сестры там не было.

– Ларк, перестань! – Прета вырывает ребенка из рук Тайнана и зарывается лицом в ее волосы. – Что мама говорила по поводу использования дара предвидения?

– Прета, – мягко говорит Джалек, – возможно, нам понадобится информация об этом пожаре, если…

– Тогда найди провидца, – огрызается она. В ее глазах стоят слезы. – А мою дочь не трогай.

– Прости, мама, – Ларк кладет свои маленькие ручки на щеки матери. – Я же не специально. Я просто вижу. И я не хочу, чтобы она погибла в пожаре. С ней уже такое случалось.

Мое сердце сжимается от беспокойства в милом детском голоске.

– Я не погибла, – я вытягиваю руки. – Видишь? Давным-давно я попала в пожар. Но я выжила.

Ларк не обращает на меня внимания. Она смотрит на свою маму и говорит:

– Когда она умрет в следующий раз, это должно произойти во время церемонии связывания уз. Иначе ей не стать королевой.

У меня кровь стынет в жилах.

«Когда она умрет в следующий раз…»

– Королевой? – рявкает Джалек.

– Дорогая, перестань, пожалуйста, – по щекам Преты текут слезы. Она вне себя от горя.

Джалек поворачивается ко мне.

– Ты действительно любишь золотого принца, – он бормочет себе под нос ругательство. – Ты должна сказать нам, прежде чем что-то ему пообещаешь.

Я не обращаю внимания на Джалека и делаю вид, что не замечаю пронзительного взгляда серебристых глаз Финна.

– Я не умерла, – говорю я Ларк. – И я не стану королевой Благих.

Она хихикает.

– Нет, королевой Благих тебе не быть.

Эти слова должны были принести мне облегчение. Но все же они – маленький осколок в той полной тоски части моего сердца, которую я прячу от мира – от себя. В той части, которая хочет Себастьяна, которая хочет быть достойной того, чтобы стать…

Нет. Я не хочу этого.

Джалек бросает на Финна тяжелый взгляд, прежде чем снова повернуться к ребенку.

– Ларк, ты хотела сказать «королевой Неблагих»?

Прета бросает на него такой сердитый взгляд, что все в комнате съеживаются, но Ларк улыбается.

– Если она захочет, она может ею стать. Но, если она погибнет в пожаре, у нее не будет ни единого шанса.

– Тайнан, – говорит Прета, передавая ему дочь. – Пожалуйста, отнеси Ларк в ее комнату.

Тайнан кивает, и Ларк обнимает его за шею.

– Ты обещала, что научишь меня играть в карты. Давай поиграем? – спрашивает Тайнан, поднимаясь по лестнице.

– Хорошо, но я очень хорошо играю, – говорит она. – Не сердись, если я выиграю.

– Я буду хорошо себя вести, – говорит он, и их голоса затихают.

– Ну, это было… содержательно, – говорит Джалек.

Прета бросает на него сердитый взгляд.

– Ларк ничего не может с этим поделать, – тихо говорит Финн. – Ее магия не работает так, как твоя, Прета. Ее нельзя использовать по своему желанию. Это просто приходит.

– Мы будем обсуждать ее видение? – спрашивает Джалек.

– Точно. О смерти в пожаре, – Финн смотрит на меня, и его брови исчезают в копне кудрей. – Есть какие-нибудь соображения, принцесса?

– Я думаю, она просто ребенок и это ничего не значит, – я вытягиваю руки. – Видишь? Я не погибла. Люди после смерти не продолжают ходить.

Джалек хмыкает. Я понятия не имею, что это значит.

Прета вытирает слезы и делает глубокий вдох, собираясь с духом, а потом поворачивается к Финну.

– Спроси своих шпионов в Неблагом дворе, не планируется ли нападение на Золотой дворец. Может быть, что-то, связанное с огнем или взрывчаткой, – она поворачивается ко мне и заставляет себя улыбнуться. – А ты… Будь осторожна, если попадешь в пожар, поняла?

Я еле сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза.

– Может быть, продолжим обсуждать лагеря и беженцев?

Финн выглядит более потрепанным и усталым, чем я когда-либо видела, но мне нужно знать.

– Это прекратится, если ты сядешь на Трон Теней? – спрашиваю я.

– Я не могу менять законы Благих, – говорит Финн, – но мог бы улучшить жизнь при моем дворе. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы моим подданным не пришлось бежать из своих земель. Все, что я делаю, я делаю, чтобы защитить свой народ и дать ему безопасный дом, – он смотрит на меня так пристально, что можно подумать, будто только я одна могу вернуть ему трон его отца. – Это истинная обязанность короля.

Мне нужно вернуть Джас, и это должно оставаться моим главным приоритетом, но я не могу перестать думать о Неблагих детях, которые живут в настоящих тюрьмах и которым говорят, что они менее достойны из-за того, кем они родились. Если Финн свергнет Мордеуса, сделка будет недействительна. Финн вернет мою сестру. Точно вернет.

– Скажите, как я могу помочь.

Лицо Финна становится холодным, и он поворачивается к Джалеку.

– Поможешь мне добраться до моей комнаты?

– Она хочет помочь, – говорит Джалек.

Финн встает со стула и, вздрагивая от боли, выпрямляется.

– Или я дойду сам.

– Прекрасно, – Джалек долго не сводит с меня пристального взгляда, а потом идет помогать принцу подниматься по лестнице.

– Я что-то не так сказала? – спрашиваю я у Преты.

Она качает головой.

– Думаю, на сегодня волнений достаточно. Давай вернемся в замок пораньше.

Глава 17

Себастьян принес зеркало неделю назад. Неделю я сидела в замке, пыталась отвлечься на отщепенцев Финна и спрашивала себя, не забыл ли Мордеус обо мне и о нашей сделке. Неделю я настойчиво просила зеркало показать мне сестру. Я видела, что она счастлива и что о ней заботятся – и только это помогало мне вытерпеть ожидание. Во дворце было столько людей – но все равно мне очень одиноко. Я могу хоть чуть-чуть доверять только Себастьяну – но не могу все ему рассказать.

Я начинаю сомневаться, будет ли король забирать зеркало, но не пропускаю ни одной тренировки. Эти странные навыки могут понадобиться мне, когда я буду искать следующую реликвию. Хотя, честно говоря, мне больше нравится проводить время с Неблагими отщепенцами. Когда Прета увозит меня из дворца в дом Финна, я заканчиваю день с улыбкой и чувствую, что… еще не все потеряно.

Сегодня я училась растворяться в тени и проходить сквозь обереги и стены. Я стала лучше контролировать свои силы, но, как только Прета попросила меня превратить ее в тень, мы уперлись в стену. В прямом и переносном смысле.

– Давай сделаем перерыв на обед, – говорит Прета, выходя из библиотеки. – Джалек делает бутерброды.

Когда мы заходим на кухню, Джалек и Тайнан уже сидят за столом вместе с Финном. На столе стоят еще три тарелки, но я не вижу никаких признаков их красноглазого Неблагого друга.

– Я не знаю, куда Кейн пошел сегодня утром, – бормочет Джалек, заметив, что я смотрю в сторону фойе. – Но я уже слишком голоден, чтобы ждать его, так что просто садитесь.