Lekreon – Детераль (страница 2)

– Господин судья, у нас гости из столицы, – окликнул его Энс, проходя мимо скамеек.

Добравшись до первого ряда, прямо перед столом, Энс уселся на скамью, приглашая Биларгия поступить так же.

– Позвольте представить вам Виктора Гордеца – человека, с чьей легкой руки была наказана Детераль. Его безупречно исполненный приговор настолько сильный, что он сам не смог его избежать, такая вот ирония.

– Да, мне действительно есть чем гордиться, – раздался сухой голос судьи, однако в тихих словах бурлило столько скрытой власти, что кожа Биларгия покрылась мурашками. Последний раз он ощущал что-то подобное, когда сама Фелензия благословляла его на службу.

– Здравствуйте, Виктор, – скриптор поспешил взять себя в руки, – именем Фелензии я должен записать вашу историю становления грешником, из-за чего вы были заключены в городе Детераль.

Сложив бумаги в аккуратную стопку, Виктор отодвинул их в сторону и соединил руки в замок.

– Это ваше святое право. Думаю, я могу уделить время для столь занимательной истории, – судья направил взгляд в сторону высокого окна, погружаясь в воспоминания. – Все началось с одного непримечательного поручения…

                                    * * *

Горделивый Виктор

Самоходная карета, не запряженная ни одной лошадью, чудесным образом двигалась по дороге. Когда ты – олицетворение воли богини, твоим подчиненным необязательно обладать душой или разумом, чтобы исполнять приказы. Тем более зачастую компания других людей только нервировала Виктора, и даже столь долгий, выматывающий путь он предпочел провести в одиночестве. Уже давно в круг его общения входили в основном родственники богини, так что люди с их низменными проблемами точно оставались вне его интересов. Любопытно, какими в общении будут те, к кому он сейчас направлялся с особой миссией, – одна из многочисленных затерянных цивилизаций, порожденных Фелензией, с которой ее любимцам – людям – довелось повстречаться. Но, в отличие от всех предыдущих случаев, в этот раз без внимания Виктора не обойтись, ведь новоявленные пришельцы имеют врожденный талант к такой удивительной способности, как судейство богини, а значит, и налаживать с ними контакт придется кому-то соответствующему. Признаться, Виктор и сам был заинтересован в этой встрече, что немудрено – целая раса судей. С ними эта благородная профессия заиграет новыми красками. Впрочем, загадывать было рано.

Карета сильно покачнулась и начала медленно останавливаться, свидетельствуя о том, что назначенный путь завершен. Повесив через плечо дорожную сумку, безо всякой моральной подготовки Виктор сразу покинул карету и невольно сморщился. Открывшийся ему вид с непривычки ослепил мужчину: таким белым ему показался город, в который он прибыл. Все здания, все украшения, вымощенная дорога – все было сделано из тесаного камня, отделанного белым мрамором. Поморгав, давая глазам привыкнуть, он сумел разглядеть человека, стоящего возле его кареты. Очень легкая синяя туника едва закрывала белоснежное, будто высеченное скульптором тело. Признаться, поначалу Виктор даже принял его за статую, пока эта самая «статуя» не поприветствовала его.

– Рад нашей долгожданной встрече! Меня зовут Максимус, добро пожаловать в наш полис!

Вместо привычной речи, он просто открыл рот, и черная пустота внутри озарилась синим светом, оттуда и доносился голос. Что интересно, глазницы также были пусты, и в них тоже виднелся этот свет.

– Виктор, – кратко бросил судья, – слуга и помощник Фелензии, всеобщей богини.

– Мы называем ее Предтечей.

– Здорово, – безэмоционально ответил он, – между собой – как будет угодно, но у нее все-таки есть имя.

Пустые проемы глаз безжизненно уставились на человека, и не было понятно, думает он или вообще сломался. Наконец, сначала в глазах, а затем и в открывшемся рту появился свет.

– Конечно, Фелензия, я запомню. Давайте я провожу вас к сенаторам для дальнейшего обсуждения вашего визита.

Кивнув, Виктор сразу пошел вперед по улице, будто знал дорогу, но не слишком быстро, давая возможность Максимусу догнать и исполнить роль проводника.

Местная архитектура действительно впечатляла, но, на вкус Виктора, тут было слишком много колонн. И белого цвета – как он только не пачкался? Еще, наблюдая скопление местных жителей, можно было заметить, что на их головах вместо волос красовались различные барельефы как яркое выражение индивидуальности. У кого-то наросты или же слепки формировали целые венцы, но чаще это были просто рельефы. Наблюдая за горожанами, Виктор обратил внимание на двух детей, по поведению которых можно было сделать вывод, что они во что-то играют, вот только где-то в глубинах разума он ощущал отголоски очень знакомой ему энергии.

– Максимус, – окликнул он проводника и остановился, уставившись на детей.

– Что такое?

– Чем это они занимаются? – судья указал на объекты своего интереса пальцем и долго не спешил его опускать.

– Они просто играют…

– Я и так вижу, что они играют. Что это за игра? – слегка раздраженно огрызнулся мужчина.

– Это называется преторский щелбан. Легкие, веселые просьбы к Предтече, – несмотря на сложность распознавания эмоций у этой расы, в голосе Максимуса можно было расслышать недоумение.

– Вы используете волю Фелензии… для развлечений?

– Ну да, в той или иной степени этот дар используется во всех сферах нашей культуры. Что-то не так?

– Ты вел меня в сенат, так? – вместо ответа задумчиво произнес Виктор.

– Верно.

– И там будет кто-то из ваших лидеров?

– Разумеется, консул Гиперион.

– Отлично, тогда поспешим к нему, – так же резко, как остановился, Виктор направился дальше по дороге, вынуждая проводника снова его обгонять.

Спустя некоторое время они добрались до высокого здания в форме круга, обставленного многочисленными колоннами, где их добродушно встречали различные чиновники. Рассыпаясь в приветствиях, они провели гостя внутрь. В богато украшенном зале находился еще один представитель сената, чей рост был значительно выше остальных, а пластины на голове формировали роскошную тиару. Белые тога, накидка, плащ, шарф и прочие, пусть и легкие, но столь многочисленные одежды делали его фигуру грузной и массивной. Заприметив Виктора, он приветственно развел руки.

– Как я рад видеть столь дорогого гостя в нашем полисе! Уверен, этот день станет началом долгой и великой дружбы! Меня зовут Гиперион, я буду ответственен за взаимоотношения наших народов.

– Да, я тоже очень рад знакомству, – с нескрываемым пренебрежением ответил Виктор. – К слову о взаимоотношениях. Сразу хочу спросить, понимаете ли вы, что люди, и я в частности, представляют божественное королевство, что может накладывать некоторые правила и обязательства на другие народы. Например, на ваш.

– Да… да, конечно, понимаю, – в легкой растерянности произнес консул, – уверен, наши народы могут многому научиться друг у друга.

– Безусловно, – все так же сухо продолжил судья, – и я заранее хотел бы потребовать, чтобы вы пресекли занятия преторским щелбаном и прочие еретические практики среди своих граждан.

Среди сенаторов пронесся удивленный и недовольный шепот. Консул же молча стоял в раздумьях, сложив руки вместе. Наконец, он снова заговорил тем же дружелюбным голосом, в котором, впрочем, появились нотки волнения:

– Совсем скоро мы сможем обсудить любые вопросы и, я уверен, придем к взаимопониманию и все решим.

– Если вы не расслышали, это не просьба, – уже сурово произнес Виктор.

– При всем уважении попрошу вас не спешить вторгаться в нашу культуру.

– Что ж, если вы настаиваете…

Сложив руки за спиной, Виктор опустил голову, что могло быть расценено как согласие с собеседником. Но неожиданно за его спиной вспыхнули огненные крылья, свидетельствующие о том, что он взывает к силе богини.

– Перед ликом Фелензии я беру на себя право судить и выносить приговор. Причина – ересь. Наказание – запрет на использование практики божественного судейства в быту и для развлечения.

После его слов крылья за спиной сплелись терновыми ветвями, закрепляя приговор и приводя его в исполнение волей богини. Божественный огонь потух, но вспыхнул новый – общественный – сенаторы возмущенно обсуждали произошедшее. Консул сделал шаг назад, шокированно выставляя руки перед собой, но, несмотря на произошедшее, пытался сохранять дипломатический тон.

– Господин Виктор, при всем уважении вы переходите границы. Раз уж нас объединяет дар исполнять волю Предтечи, давайте решим все разногласия в суде, во взвешенном и разумном диалоге.

– Отличная идея, – беззаботно ответил судья.

– Замечательно. Тогда не будем дальше омрачать нашу встречу, мы назначим в ближайшие дни заседание и…

– Нет, я не хочу ждать, давайте сейчас.

– Да что он себе позволяет?! – раздался голос одного из сенаторов, но жест консула заставил его замолчать.

– Хорошо. Хорошо, вы правы, давайте сразу разберемся со всеми разногласиями, чтобы они не досаждали нам в будущем. Надеюсь, вы не будете против, если вашим оппонентом буду я?

– Зачем мелочиться? – удивился Виктор. – Противопоставляйте весь сенат разом.

– Боюсь, сейчас не время для шуток, – заметно нервничая, говорил консул.

– Я не шучу…

В зале повисла тишина. Минуту назад желанный гость теперь морально возвышался над остальными, источая угрозу, которую почти физически могли ощутить сенаторы на своей мраморной коже.