Legion20 – Верховный Маг (страница 8)

– Он не лжёт. Во время последней бури Литу было скучно, и он попросил отца научить его читать, писать и считать. Вот доказательство, – Элина протянула Нане деревянную линейку.

Возражение Элины застало её врасплох. Нана поняла, что задела за живое. Изучив линейку, Нана была вынуждена признать, что это весьма хитроумное учебное пособие.

– Скажи своему мужу, что эта штука – и вправду отличная идея. Он мог бы продать её учителю Хавеллу. Лишние деньги никогда не помешают.

Элина не позволила ей сменить тему, пока та не извинится за то, что назвала её сына лжецом.

– Это не Рааз её изобрёл. Это сделал Лит, чтобы он мог заниматься один, никого не беспокоя.

Нана была потрясена всеми этими внезапными открытиями. Гордость мешала ей извиниться, но намёк на то, что и Элина лжёт, на глазах у всех этих людей повредил бы репутации её семьи.

– Итак, молодой человек, сколько будет семью шесть?

– Сорок два.

Нана взяла книгу из рук Лита и, открыв её на случайной странице, вернула ему.

– Что здесь написано? Начинай с самого верха страницы.

Лит подавил усмешку. – Первое, что нужно понять при изучении магии, – это то, что она всего лишь инструмент. Любой может им воспользоваться, но лишь немногие способны применять её должным образом. На самом деле…

– Ладно, этого достаточно. Я должна перед тобой извиниться, Лит, – однако сказала она это, глядя на Элину. – Похоже, твой сын и впрямь благословлён светом, дорогая.

Комната вновь наполнилась гулом голосов, но на этот раз все обсуждали одну и ту же тему.

– Что Нана имеет в виду под «благословлён светом»? Разве это не просто сказка?

– Вот бы мой сын был таким же умным. Каждое утро отправить его в школу – это целая война на измор. Не говоря уже о том, чтобы добиться хоть каких-то результатов!

Таковы были самые частые комментарии.

Лит решил ковать железо, пока горячо.

– Могу я… – внезапно он понял, что не знает слова «одолжить». – Взять её с собой на время? Я верну её в том же виде. Обещаю.

– И что ты будешь с ней делать? Ты уже умеешь пользоваться магией? – Обычно ответ Наны был бы совсем другим, но на сегодня с неё хватило сюрпризов, и она не могла позволить себе больше ни сарказма, ни скептицизма.

– Да, умею, – ответил Лит, прежде чем осознал свою ошибку.

«Я идиот! Я только что себя выдал! Годы тщательного планирования псу под хвост из-за моего длинного языка. Единственное, что я могу сделать, – это попытаться исправить положение», – подумал он.

– Правда? И что же ты умеешь?

– Да, Лит. Что же ты умеешь? – упрекнула его Элина. Её правая нога в раздражении яростно отбивала ритм по полу. Лит понял, что у него неприятности.

– Я умею в бытовую магию ветра и воды, – сказал он тихим, виноватым тоном, уставившись на свои ботинки.

– Прости, мам, я знаю, ты запретила мне учиться магии. Но все остальные в доме постоянно ею пользуются, а мне было так скучно.

Гомон стал громче. Элина была очень зла, но не могла отругать его на людях. Не тогда, когда все смотрели на них с восхищением.

«Кажется, Нана очень впечатлена. Может быть, это поворотный момент в жизни Лита. Если она возьмёт его в ученики, в нашей семье появится целитель. Я не могу упустить эту возможность», – подумала она.

Элина молчала, размышляя о будущем своего сына.

– Не мог бы ты мне показать? – попросила Нана, впервые улыбнувшись.

«Назвался груздем – полезай в кузов. Эх, была не была», – подумал Лит.

– Брезза!

Лит дважды покрутил средним и указательным пальцами, создав столько же крошечных вихрей, которыми он быстро подмёл комнату. Время от времени он притворялся, что теряет контроль. Его целью было произвести впечатление, а не хвастаться или пугать людей до смерти.

– Ох! Ох! Ох! – восхищённо рассмеялась Нана. В этом маленьком бесёнке она видела всё больше и больше от себя. Нана тоже была не по годам развитой проказницей. В его возрасте её талант был выше, но и на Лита стоило посмотреть.

Обычно мужчины были менее одарены в магии, поскольку женщины, с их прерогативой давать жизнь, от природы были более созвучны с жизненной силой планеты. Некоторые называли её мировой энергией, другие – просто маной.

К тому же деревенские парни обычно были тугодумами. Они были более склонны усердно трудиться в полях или в армии, нежели проводить годы за книгами.

– А теперь я хочу, чтобы ты кое-что для меня сделал. Ты ведь сказал, что умеешь создавать воду, верно?

Лит кивнул в ответ.

– Теперь призови воду, неважно, как мало. Однако ты не должен дать ей упасть. Ты должен заставить её парить, вот так. – В полуметре от раскрытой ладони Наны появилась идеальная сфера воды размером с кулак.

Лит не мог понять причину такой конкретной просьбы, но подчинился.

– Йорун! – Он сотворил меньше стакана воды, сохраняя её форму неровной и нестабильной. Лит не мог позволить себе больше ошибок, его сосредоточенность достигла предела в попытках сделать потерю контроля убедительной.

Вода парила три секунды, прежде чем упасть. Но вместо того, чтобы удариться о пол, она снова взмыла в воздух, став ещё одной идеальной сферой, вращающейся вокруг заклинания Наны, подобно тому как Луна вращается вокруг Земли.

Лит был ошеломлён. Не контролем Наны над потоком маны – он и сам был способен на такое же, если не на лучшее.

Он не мог отвести глаз от развернувшейся перед ним сцены. Обе водные сферы непрерывно вращались вокруг своей оси, отражая на своей поверхности всё вокруг. Они ловили солнечный свет и превращали его в радужные блики.

Лит всегда видел магию как силу, с которой нужно считаться, как отличный инструмент для построения своего будущего. Но он никогда не думал, что она может быть прекрасна.

Впервые за более чем три года он не притворялся. Он был по-настоящему изумлён, глядя на танцующие огоньки, пока воспоминания о его прошлой жизни наводняли его разум.

Он вдруг вспомнил все те часы, что провёл в детстве, прячась в планетарии вместе со своим младшим братом Карлом. Они мечтали стать космонавтами, сбежать к звёздам, где никто и никогда больше не сможет причинить им боль.

И вот так, внезапно, его горе вернулось, сильное как никогда, вытесняя радость. Боль от потери Карла захлестнула его, и из глаз хлынули слёзы.

– Лит, ты в порядке? – Голос Элины вывел его из оцепенения.

Осознав, какую слабость он себе позволил, Лит почувствовал глубокое отвращение.

«Вода – это просто вода, нечего раскисать из-за жалкого светового шоу. Соберись и следуй плану». Лит взял себя в руки и запечатал все чувства, которые счёл бесполезными. «С меня хватит боли», – подумал он.

– Да, мамочка, я в порядке. Я просто растрогался от магии этой тётушки.

– Меня зовут Нереа, Лит. Но все зовут меня Нана.

– Почему Нана? – Наной обычно ласково называли бабушку в семье.

– Видишь ли, когда я была ещё юной девой, все звали меня по имени. Но потом прошло время, и я помогла стольким детям появиться на свет, что они начали называть меня Мама. Прошло ещё больше времени, у тех детей появились свои дети, и они стали звать меня Нана, – она взъерошила волосы Лита.

– У меня к тебе есть предложение. Сейчас ты ещё слишком мал, но когда тебе исполнится шесть, вместо того чтобы ходить в школу вместе с этими болванами, ты мог бы приходить сюда. Сможешь читать эти книги, сколько захочешь. И, может быть, научишься ремеслу. Моему.

Лит склонил голову набок, прикидываясь дурачком.

– Не знаю, вы не кажетесь доброй. А вот книги мне бы хотелось, – ответил он, прячась за матерью так, что за её ногами виднелась лишь половина его лица.

Элина не знала, смеяться ей или плакать. Её мечта сбылась, но Лит не понимал, от чего отказывается.

– Пожалуйста, простите его, Нана. Ему всего три года, он понятия не имеет, что говорит. Он даже не знает о важности ученичества.

– Три года, – повторила Нана. – Это почти слишком хорошо, чтобы быть правдой. Но ты права, если бы ему пришлось выбирать между золотом и игрушками, он, вероятно, выбрал бы последнее.

– Мы вернёмся к этому разговору через три года, – она опустилась на колени, глядя Литу прямо в глаза.

– Если ты не поглупеешь, как все остальные мальчишки в этой деревне, я возьму тебя в ученики. Если, конечно, ты всё ещё будешь интересоваться магией и книгами.

Лит кивнул, хватаясь за платье матери и ища у неё защиты.

Его слабый и напуганный вид скрывал внутреннюю ярость.

«Три года? Да я к тому времени с голоду помру! И всё из-за тебя, жадная карга», – подумал Лит. Ему так надоело голодать, что от досады хотелось её укусить.