Legion20 – Верховный Маг. Книга 2 (страница 10)

– С моим отцом всё в порядке, спасибо. Я передам ему ваши приветствия. С вашей помощью, я уверен, я смогу продолжить семейную традицию.

– Ну конечно! Родословные магов высоко ценятся здесь, на факультете света. Надеюсь, ты покажешь всем этим сопливым дворянам и бедным простолюдинам, из чего сделан настоящий маг.

«Беру свои слова обратно, – подумал Лит. – Он всё-таки дискриминирует, просто не так, как я привык. Похоже, он падок на магические семьи, а не на благородные. Полагаю, не все Профессора могут быть как Траск или Налеар».

Одна лишь мысль о её имени вызвала тёплое чувство во всём теле, которое Лит поспешно подавил. Он презирал себя за своё слабое, гормональное тело, тратящее драгоценное время и энергию на подростковые иллюзии.

Лит не мог позволить себе ни единой оплошности, скоро должен был начаться отборочный тур, и он был полон решимости блистать среди своих сверстников.

58 Важность статуса

Профессор Вастор сдержал своё слово. Он привёл их в Отделение интенсивной терапии (ОИТ) больницы и по очереди попросил диагностировать состояние пациентов.

Вастор записывал их ответы, чтобы затем сравнить их с медицинскими картами. Ему не разрешалось ставить им оценки в первый день, но он без колебаний жёстко отчитывал тех, кто упускал хоть какую-то деталь, унижая их перед всем классом.

Из-за характера задания класс разделили на две группы сразу после того, как каждый из них осмотрел своего первого пациента. Следующие раунды позволили Вастору разделить группы ещё дальше, основываясь на уровне подготовки студентов.

В первую группу вошли те, кто выбрал специализацию Мастера-целителя, соблазнившись престижем, который сулил этот титул. Однако им не хватало либо опыта в целительской практике, либо средств на хорошего наставника, чтобы это компенсировать.

Вастор смог сразу же их вычислить, поскольку они умели использовать лишь Винире Рад Ту – вездесущее диагностическое заклинание первого уровня.

Во второй же группе оказались высокомерная особа, мрачный тип, юная леди, Юриал и все те, у кого в распоряжении было личное диагностическое заклинание, а то и не одно.

К его большому удивлению, сын архимага Юриал не уступал в таланте и точности высокомерной девчонке, в то время как юная леди и мрачный парень давали им обоим сто очков вперёд, выделяясь, словно ястребы среди ворон.

Особенно мрачный тип – он оказался способен находить мелкие детали, которые в своих диагнозах упускали даже Мастера-целители академии. Это было не что-то серьёзное, но он также смог предложить способы улучшить их прогноз, ускоряя процесс исцеления.

Вастор достиг своего возраста и положения в обществе не для того, чтобы позволять чему-то незначительному, вроде личных предрассудков или предпочтений, вставать на пути его интересов.

«Простолюдины или нет, а эти двое пахнут успехом. Даже эта сопливая девчонка чертовски хороша. Она способна не уступать такому чистокровному, как Юриал. Я всегда гордился своим чутьём на настоящие таланты.

Мне всё равно, на кого направлен свет софитов – на меня или на кого-то другого. Пока я могу поддерживать свой статус и положение, всё сгодится. Я должен втереться к ним в доверие, прежде чем это сделает кто-то другой.

Когда они прославятся, я стану для них никем. А сейчас я для них – целый мир. Пора записать их имена и как следует запомнить».

– Похоже, у нас есть победители. – Говоря с четвёркой лучших студентов, голос Вастора потерял всякий след сарказма и неуважения. Он говорил мягким и дружелюбным тоном, словно дедушка, беседующий с любимыми внуками.

– Не могли бы вы представиться классу как следует? Это замотивирует их работать усерднее, чтобы состязаться с вами всеми.

«Если они настолько заблуждаются, что верят, будто у них есть хоть малейшая надежда, конечно», – мысленно усмехнулся он.

В уме Вастор уже отделил сливки от молока, а молоко – от мочи. Он просто был вежлив.

– Меня зовут Фрия Соливар. – Как и все остальные, она была в штанах, а не в юбке, поэтому, делая реверанс, она вместо юбки приподняла полы своей мантии.

– Моя мать – герцогиня Соливар, надеюсь, вы о ней слышали.

Бровь Вастора поползла вверх, пока он напрягал память, пытаясь вспомнить.

– Ах, да. Я слышал лишь хвалебные отзывы о том, как ей удалось остановить то ужасное наводнение в прошлом году. У такой гениальной женщины просто обязана была родиться одарённая дочь. Уверен, вас ждёт блестящее будущее.

Он пропустил Юриала – сомневаюсь, что даже эти тупицы могли не заметить, как тот кичился своим статусом наследника архимага Деируса.

Сделав несколько жестов одному из своих помощников, Вастор встал перед миниатюрной девочкой, добродушно улыбаясь.

– Меня зовут Квилла из Цереи. Мне двенадцать лет. – Квилла не знала этикета и не умела представляться, поэтому она просто низко поклонилась Вастору, сообщив то, что сочла важным.

– Так юна и так искусна! Вы поистине неогранённый алмаз. – Вастор получил от своего помощника бутылочку с фиолетовой жидкостью и с лёгким поклоном преподнёс её Квилле.

– Вот, это один из лучших тоников, что могут приготовить наши Мастера-алхимики. Пейте по стакану каждую ночь перед сном, и будете расти как на дрожжах. Уверен, вы станете прекрасной леди.

Квилла проглотила наживку вместе с крючком, леской и поплавком, покраснев от комплиментов до кончиков ушей. Она никогда в жизни не получала ничего столь ценного, поэтому держала бутылочку, как младенца, заикаясь от благодарности.

Вопреки его ожиданиям, мрачный тип достал свой блокнот и в буквальном смысле начал записывать то, что сказали другие. Он сделал блестящий ход, использовав для письма магию воды вместо ручки.

«Идеальная безмолвная магия воды. Моё чутьё меня никогда не подводит». Улыбка Вастора стала шире, он был уверен, что напал на золотую жилу.

– Проявлять уважение к соперникам – это всегда умный ход, молодой человек.

Следуя книгам по этикету, которые он хранил в Солуспедии, Лит сделал шаг назад в знак уважения к профессору Вастору, а затем низко поклонился.

– Я всегда записываю всё значимое, чтобы было легче запомнить. В конце концов, только эти трое достойны внимания.

После неудачного первого впечатления, которое он произвёл на уроке профессора Налеар, Лита распирало от уверенности. Благодаря Бодрости он был уверен, что справился лучше всех.

Впервые в жизни он не чувствовал себя той самой лягушкой в колодце. Он наконец-то нашёл то, в чём был действительно лучшим.

После того, как с ним обошлись одноклассники, Литу было плевать на соблюдение приличий. Он и так уже был изгоем, тем, в кого без зазрения совести швыряли мусор. Ему больше нечего было терять.

Лит собирался относиться к ним точно так же, как они относились к нему – со злобой и без всякой пощады.

– Меня зовут Лит из Лутии. Мне тоже двенадцать.

– Двенадцать лет? Лит? – Лит уже был выше него (П.А.: рост Лита – 1,6 м или 5 футов 3 дюйма), так что Вастор его не узнал.

– Я столько о вас наслышан. Да что там, все здесь наслышаны. Ребята… – Он якобы обращался ко всему классу, но смотрел только на остальных троих, чтобы убедиться, что они слушают.

– …Лит, что стоит здесь, – это тот, кто разгадал так называемое „проклятие“ – уникальный яд, который ускользнул даже от лучших из нас. Вы слышали об этом? – Фрия и Юриал кивнули, тогда как Квилла и многие другие покачали головами.

У Вастора сердце кровью обливалось при мысли о том, сколько бумаги уйдёт впустую, но он не мог сделать всего одну копию отчёта только для Квиллы. Другие студенты пожаловались бы на такую вопиющую дискриминацию.

Пока его помощник раздавал отчёты, он продолжал окучивать свою золотую жилу.

– Двенадцатилетний шестикастер, да к тому же с огромным талантом к магии света – вот как он сюда поступил.

Учитывая его телосложение, рост и всё, что они узнали за последние минуты, одноклассники Лита смотрели на него новыми глазами, даже с ноткой уважения. Фрия и Юриал пожалели о содеянном ранее.

Если бы вместо того, чтобы швырять в него мусор, им удалось бы заслужить его расположение, возможно, он мог бы их многому научить. На секунду Фрия подумала, что у неё одной есть ещё один шанс.

Судя по тому, что произошло ранее, этот Лит был явно падок на женские чары, а она была весьма хорошенькой. Но когда она улыбнулась ему, открывая рот, чтобы заговорить, он посмотрел на неё таким холодным взглядом, что у неё по спине пробежали мурашки.

Его глаза были пусты, как у хищника, который вот-вот разорвёт свою добычу. Фрия проглотила свои надежды и сделала вид, что ничего не произошло.

– Лит, мой мальчик, тебе следует больше улыбаться. Если ты будешь так на всех смотреть, как они заметят, какой ты красавец? – Вастор похлопал его по плечу.

«Я? Красавец? Ну и подлиза! Неужели он думает, что я не заметил, как его отношение развернулось на сто восемьдесят градусов?» – подумал Лит.

«Думаю, он знает, что ты заметил, просто надеется, что тебе всё равно, – ответила Солус. – А насчёт красавца… да, ты не на уровне Траска, но, может, если бы ты избавился от этого взгляда малолетнего серийного убийцы…»

Квилла тоже сожалела о случившемся, но по совершенно другим причинам. Она ничего не сделала против Лита, но и не помогла ему. Как и остальные, она всегда держалась на расстоянии.

Оглядываясь назад, она понимала, что должна была помочь ровеснику-простолюдину. Но он был высоким и пугающим, поэтому она приняла его за дворянина. К тому же одноклассники пугали её ещё больше.