Леди Найт – Отец подруги. Мой ад и рай (страница 3)

– Мне очень неловко за то, что между нами произошло, но ты должна меня понять…

– Ничего я вам не должна! – внезапно осмелела я. – Ваша дочь знает, чем вы занимаетесь с её подругами?

– Вот об этом я и хотел поговорить, Женечка. Ты права, извинений за моё импульсивное поведение недостаточно, поэтому мы поступим таким образом: я щедро отблагодарю тебя деньгами и возьму на работу, как и обещал. А ты, в свою очередь, забудешь об этом досадном недоразумении.

Разве такое можно забыть? Видимо, Егор Васильевич считает, что всё можно купить. Только что он едва меня не отымел за должность стриптизерши, а теперь предлагает мне деньги за молчание? Более испорченного и циничного человека я ещё не встречала, а он говорил это на полном серьёзе.

– Мне ничего от вас не нужно. Можно я домой поеду?

– Нет, не можно! Ты примешь мои извинения и поклянёшься, что Маша никогда не узнает о том, что произошло в этом кабинете!

– А то что? – с вызовом бросила я ему в лицо.

Голубые глаза, смотревшие на меня с толикой сожаления, мгновенно сузились и стали холодными, а лицо скрылось под непроницаемой маской. Я тут же пожалела о том, что посмела дерзить Егору Васильевичу.

– Я ведь и по-плохому могу, девочка! – пригрозил он. – И ты об этом знаешь не хуже меня.

– Хорошо, я ничего не скажу Маше, клянусь! – сдалась я, подняв ладонь для убедительности. – Довольны?

– Вполне! Но если обманешь, я тебя из-под земли достану, и тогда пеняй на себя! – Егор Васильевич поднялся на ноги и отступил на шаг. Дышать стало легче. Неужели сейчас меня отпустят, наконец? – Налички нет, я сделаю перевод по номеру телефона, – сообщил он, вытащив из внутреннего кармана пиджака свой мобильный.

– Не надо, Егор Васильевич, правда…

– Номер говори! – резко оборвал он меня.

Что за человек? Мне пришлось продиктовать номер своего телефона, лишь бы только он отстал от меня поскорее.

– Завтра тебе позвонит менеджер, и вы обсудите с ним график работы.

– Хорошо, – выдохнула я, соглашаясь на всё на свете.

Конечно же, я не собиралась работать у Романова. Я что, дура, что ли? После такого я надеялась, что вообще больше никогда его не увижу. Пусть выпустит меня отсюда, больше мне от него ничего не надо.

– Пап! – раздался голос подруги за дверью, и я забыла, как дышать. – У вас всё хорошо?

Сейчас она увидит меня заплаканную, в разорванной одежде и спросит, что случилось. И что мне ей отвечать?

4. Егор

Вот он момент, которого я боялся!

Сейчас Маша увидит свою помятую подружку, зарёванную, в рваной блузке и с засосом на шее, и я охренею оправдываться. Ну, не Женя же будет лапшу ей на уши вешать?

На девчонке и так лица не было, а теперь, когда в дверь начала ломиться Маша, она и вовсе в диван вросла. Господи, да она два слова связать не в состоянии, какие тут могут быть отмазки из её уст?

Нет, я не мог допустить, чтобы моя дочь увидела Женю в таком состоянии. Я эту кашу заварил, мне и расхлёбывать.

– Ни звука! – шикнул я на Женю и подошёл к двери. – Машунь, у нас всё прекрасно! – крикнул я дочери, гипнотизируя взглядом её подругу. – Мы почти закончили! Иди в столовую! Я скоро!

– Хорошо, пап! – откликнулась Маша, и я с облегчением вздохнул.

Нужно было избавиться от этой девицы как можно скорее. Я набрал своего водителя, которого уже отпустил на все четыре стороны, и приказал вернуться к моему дому, чтобы отвезти домой Женю.

– Мой водитель отвезёт тебя, – сообщил я девушке.

– Не надо. Я сама доеду до дома!

– Мой водитель отвезёт тебя, – с нажимом, слово в слово повторил я.

Нельзя отпускать её одну в таком состоянии. Просто непозволительно.

Женя поднялась с дивана и затравленно посмотрела на меня. Мне стало её жалко отчего-то. Чувство стыда, которое я не испытывал лет двести, пекло меня изнутри.

Я поверил, что Женя девственница. Не знаю почему. Просто поверил, и всё тут.

Что она за птичка мне ещё предстояло разобраться, но сейчас я взглянул на неё немного другими глазами, не как на легкодоступную шлюшку. Её невинность и неприступность мне даже больше зашли.

Вечер и без того был нескучным, а теперь во мне проснулись совершенно иные инстинкты. Последняя девушка, которую я покорил – моя покойная супруга. Остальные женщины мне давали и так. Как же давно я не охотился?

Если Женя не врёт, и её ещё никто не трахал, было бы интересно стать у неё первым. Открыть для этой красавицы мир страсти и порока, сделать её своей. Фантазии понесли меня так далеко, что я снова почувствовал эрекцию, которая была сейчас крайне неуместной.

Дурацкая привычка Жени перечить мне и вступать со мной в спор мне тоже зашла. Такая себе на уме, значит?

– Маша… Вдруг она меня сейчас увидит и спросит о чём-то? – обеспокоенно произнесла Женя.

Умненькая. Сразу усекла правила игры.

– Пойдём, милая, – как можно ласковей сказал я. – Выведу тебя через чёрный ход. Водитель вот-вот подъедет.

– Моя сумочка… – спохватилась девушка. – Она у Маши в комнате. Принесёте?

– Сейчас, – пообещал я.

Девчонка выпучила на меня свои глазищи, когда я начал снимать с себя пиджак, а потом начала пятиться, когда я набросил его ей на плечи. Нужно было как-то прикрыть её от чужих глаз. Я не хотел, чтобы мой водитель пялился на её полуголые сиськи.

– Жди меня здесь, – приказал я Жене и вышел из кабинета на поиски её сумки.

Едва ли не бегом поднявшись в спальню дочери, я обсмотрел каждый уголок её комнаты, но никакой сумки не нашёл. Пришлось возвращаться обратно ни с чем.

К счастью, водитель уже сообщил, что ждёт пассажирку у ворот моего особняка. Когда я снова вошёл в кабинет, то не обнаружил там никого. Мой пиджак небрежно валялся на диване, а девчонка будто испарилась.

– Сука! – вырвалось у меня.

Я бросился обыскивать дом по горячим следам, но нашёл лишь дочку, ковыряющую в тарелке вилкой со скучающим видом. Женя сбежала! Просто, блять, свалила!

– А где Женя? – удивлённо спросила дочь.

– Она очень торопилась, поэтому я попросил Бориса отвезти её домой, – врал и не краснел.

А что мне оставалось? Я дал водителю отбой и сел за стол, где меня ждал давно остывший ужин.

– Странно, что Женька не попрощалась, – заметила Маша. – Это так на неё не похоже. Может, ты её обидел чем-то?

– Я? – удивлённо воскликнул, продолжив отыгрыш. – Чем же я мог её обидеть, скажи, пожалуйста? Наоборот, Женя ушла радостная. Я взял её на работу и даже аванс небольшой ей перевёл.

– Правда? – просияла дочь. – Спасибо, папочка! Ты самый лучший!

– Только вот не понравилась мне Женя, честно признаться.

– Почему?

– Мутная какая-то. Ты хорошо её знаешь, Маша?

– Ничего она не мутная, – вступилась за подругу дочь.

– Мне она показалась странной. Я бы не хотел, чтобы ты водила её к нам домой.

– Пап, ты чего? Женя умная и скромная. Она мне всегда с конспектами помогает. Она отличница в нашей группе. Не шляется нигде, не пьёт и не курит. Ты мне сам говорил, чтобы я тщательней подруг выбирала. Я выбрала, а тебе опять не нравится? С кем мне тогда дружить? С монашками?

– Умная и скромная, говоришь? – повторил я за дочкой. – Может, она денег у тебя просила в долг, например?

– Да нет же! Она на работу устроилась только что! Ты о чём вообще?

– Ну, ладно, не кипятись, Машунь! – сказал я, поняв, что перегибаю, и дочка только сильнее встаёт на защиту подруги. – Я просто волнуюсь за тебя. Сама знаешь, что обеспеченными девочками не прочь воспользоваться менее обеспеченные.

– Спасибо, папа, но это не про Женю. Она очень гордая и самостоятельная. Не все девочки из бедных семей шкуры!

На этом наш разговор с дочерью закончился. Вроде бы она поверила в мой бессовестный пиздёж, и слава богу!